Щеколда поддалась очень быстро, и взглянув вниз я заметила под окном широкий парапет, а недалеко от моего окна приставленную к нему лестницу, по которой, похоже, недавно залазили монтажники. Сердце с бешеной скоростью забилось в груди, притупляя всякий страх.
Осторожно коснувшись правой ногой выступа, я старалась не смотреть вниз, чтобы не запаниковать и не свалиться кому-нибудь на голову. Приклеившись к стене, я начала медленно скользить к лестнице, а достигнув ее, громко выдохнула от облегчения, осознав, что часть пути пройдена.
Понимание, как же я сглупила, пришло, когда на последней ступеньке меня подхватили огромные лапищи и за шкирку приподняли в воздух.
— Смотри, Ген, кто тут у нас. Хозяйская подстилка решила дать деру, — посмеиваясь, бросил, поймавший меня, огромный бугай своему приятелю.
— Верни ее в комнату, а то Шкуров нам уши повыдирает, — второй охранник явно не разделял веселья первого, а потому быстро отошел от нас в сторону.
Тихонько зарычав от бессилия, я выхватила припрятанные в заднем кармане джинсов ножницы и, решив, что терять уже нечего, замахнулась ими. Резкий удар по руке, и я, вскрикнув, разжала ладонь, наблюдая, как единственное имеющееся у меня «оружие» падает на землю.
Мужчина очень разозлился, но ударить не решился, боясь, наверное, подпортить товар. Подталкивая в спину, он повел меня обратно через парадный вход в дом, но стоило нам достигнуть гостиной, как запищала выглядывающая из кармана его пиджака рация.
— Андрюх, а чего он так рано приперся? Мне сейчас все бросить и бежать принимать товар? Охренеть, просто! — отключившись, он взглянул на меня с перекошенным от злости лицом, — запру тебя пока в подвале, посидишь, подумаешь над своим поведением. Времени нет с тобой сейчас возиться, а там хотя бы охрана на дверях есть, и в окно ты не пролезешь.
Сменив маршрут, он повел меня вниз по лестнице, минуя цокольный этаж.
Подвал был небольшим, всего с одной железной дверью, рядом с которой дежурили двое мужчин. Я сразу поняла, что просто так они бы тут не сидели, а значит внутри уже кто-то был.
Неужели Шкуров себе гарем решил завести, и я не первая жертва?
Громко лязгнул железный засов, открылась дверь и меня толкнули внутрь. Не успев вовремя затормозить, я, громко ахнув, больно упала на колени, и не вставала, пока дверь за мной не закрылась.
За спиной раздался хриплый стон.
— Есения?
Оставив дочь с Искрой, Никитой и Ратко, которые решили на время переехать в дом, что принадлежал Ратмиру, Ангел сел за руль и направился в Черный лес, где не был вот уже три года.
Если бы не Есения, он ни за что бы не стал вмешивать своих братьев, у которых, скорее всего, уже семьи и дети, в разборки с ведьмаком, какой бы могущественной не была у того организация. Но на кону жизнь его женщины, а значит рассчитывать он может только на помощь самых близких.
У Яна за спиной встанут все вервульфы, стоит только бросить им клич, и эта сила ему бы сейчас очень пригодилось.
Вспомнив свое прошлое, Ангел думал о встрече с семьей, как о радостном событии, где будут присутствовать его жена и дочь, а теперь едет в одиночестве, да еще с просьбой оставить своих родных и дом и рвануть с ним в другой город, чтобы сровнять с землей хренова Шкурова с его бандой. Это не их война, не их враги, но у него больше никого нет.
От Зарграда до Черного леса было всего несколько часов пути и, если ехать без остановок, добраться можно было намного быстрее. Когда у резиденции остановился черный джип, вышедшая его встречать охрана не поверила своим глазам.
Ангел, живой!
— Твою мать, ущипните меня уже кто-нибудь, — выдал начальник охраны, а по совместительству правая рука его брата Яна Борис, — вроде не пил накануне, а уже призраки мерещатся.
— Вы, я смотрю, похоронить меня уже успели? — невесело усмехнулся Цанев, хлопая старого знакомого по плечу.
— Типун тебе на язык! Ну да что я, вон, Ян с Захаром в резиденции, все тебе расскажут. И как искали, и как ждали, — они направились ко входу, а оставшаяся охрана провожала своего принца с открытым ртами, все еще не в силах поверить в произошедшее чудо.
— Чтобы я еще раз отпустил Ами к ее родственничкам! Лучше сразу меня пристрели, — ворчал ходивший из угла в угол по тронной зале Захар, — еще и Беату с собой забрала, девочке еще года нет. Чертов «дядюшка» Сайлаш ее теперь долго не отпустит.
— Они должны уже скоро вернуться, — протянул Ян, раскинувшись на троне и придерживая скачущего у него на коленях сына, — Ия без Тима даже часа не продержится.
Голос его звучал бодро, но волнение за жену не желало отпускать короля вервульфов. Не то чтобы в Аду ее поджидала какая-то опасность, даже наоборот, но Ян так привык к тому, что Ия находится все время рядом, что долгое ее отсутствие отражалось на его настроении.
Адом называлось измерение, где проживали демоны и демонессы, и где Властелином был, родной брат жены Захара, Дэмристель, который чуть более двух лет назад сверг бывшего правителя, мерзавца Кроули, что был повинен в похищении Яна Цанева.
Теперь это место стало по истине райским, и жены братьев время от времени, вот как сегодня, телепортировались туда в гости, навестить Властелина и его семью.
Скрипнула входная дверь и первым внутрь вошел Борис.
— Ваше Величество, вы, черт возьми, не поверите, кого принесла нелегкая! — он отошел в сторону, и братья застыли на месте, не веря в происходящее.
Перед ними, живой и вроде бы здоровый, стоял их младший брат, которого они не видели уже три года.
Ангел.
Стало так напряженно-тихо, что казалось, будто время остановилось. Первым в себя пришел Ян.
Поднявшись с сыном на руках, он усадил того обратно на трон и направился к Ангелу. Встал рядом с ним и прочистил внезапно пересохшее горло.
— Братишка… гребанные три года… — громко рассмеявшись, король обнял Ангела и начал радостно похлопывать его по спине.
В этот момент опомнился и Захар. Бросившись к братьям, он заключил их обоих в медвежьи объятия, чувствуя, как уже три года обхватывающие его сердце металлические оковы, растаяли в воздухе.
— Эта, мать ее, гадалка не обманула! Вернулся!
— Какая гадалка? — хриплым, от переполнявших его чувств голосом, поинтересовался Ангел, когда братья, наконец, выпустили его из своей хватки.
— Чуть больше года назад мы с моей женой Амарилис ездили в джунгли Багрида, и навестили там одну гадалку. Она сказала, что ты вернешься домой через год или два, и не ошиблась. А я, дурак, жалел несчастные тридцать тысяч златых. Гадалки официально перекочевали из моего черного списка в белый.
— Рассказывай, что с тобой произошло и почему ты не выходил на связь, — заметив, что брат чересчур напряжен, Ян растерял всю веселость.
— История будет не из коротких, и вы должны знать, что пришел я не просто так, мне нужна ваша помощь.
Захар хмыкнул и ударил брата по плечу.
— И об этом гадалка тоже упомянула. Мы готовы ради тебя на все, братишка, так что не тяни, рассказывай.
И Ангел поведал им обо всем, начиная с самого начала. Как женился после исчезновения Яна на Есении, как она пропала, и как он бросился за ней вдогонку, а по дороге попал в засаду гроллохов. Как его нашел Шкуров и стер память, и как Есения помогла ее вернуть. Рассказал о том, как работал под прикрытием на Трибунал и о своей маленькой малышке Еве, которая осталась с его коллегами. А закончил описанием последних событий, когда жена вытащила его из рукава Снов, и что ему теперь во что бы то ни стало необходимо спасти ее от гребанного ведьмака.
— Как видите, задача предстоит не простая, и я пойму, если вы откажитесь.
— Как же плохо ты нас знаешь, — хохотнул Захар, — да ради хорошей драки, я готов хоть сейчас свой байк оседлать, и да, про Шкурова твоего я тоже наслышан. Премерзкая личность. Мои ребята из полицейского участка несколько раз устраивали облавы на его лаборатории, где ведьмы производили наркотики. Но сам он упорно ускользал из наших рук. А тут такая возможность.
Ангел и Захар перевели взгляд на Яна, который успел вернуться к трону и подхватить клюющего носом сына на руки.
— Ну чего уставились? С новыми членами семьи знакомить тебя будем позже, и историями своими делиться тоже. Сейчас отдам последние распоряжения своим воинам, передам Тимура Стеше и отправляемся в путь. Мы освободим твою женщину, братишка, и разберемся с этой мерзкой падалью, — сидевший у него на руках светловолосый мальчуган, с фиалковыми, как у его матери глазками, сверкнул своими маленькими вампирскими клычками.
— Дя, мейзкай падайю! — у Яна от страха округлились глаза.
— Черт, Ия меня за подобные его словечки по голове не погладит.
Осторожно толкнув дверь на кухню, Ангел вошел внутрь, и огляделся по сторонам.
С того времени, как он последний раз, как обычно, в поисках Есении, посещал это помещения, прошло уже несколько лет, но время не тронуло здесь ничего.
Все по-прежнему на своих местах, и стол в углу, и божественный запах от бурлящей кастрюли на плите, и бегающая туда-сюда их кухарка Стеша, приемная мать его лисенка.
— Привет, Стеш! — бросил он, весело хмыкнув, когда женщина, от неожиданности, подскочила на месте. Обернувшись, она округлила глаза и уже через мгновение сжимала в своих объятиях вернувшегося домой принца.
— Прошу, скажи, что она с тобой, — плача взмолилась женщина, и они оба понимали о ком идет речь.
— Еще нет, но скоро будет. И она, и наша маленькая Ева. Я привезу их к тебе, обещаю, — отступив в сторону, Стеша фартуком вытерла скатывающиеся по щекам слезы.
— Она не говорила мне о ваших отношениях, скрывала, глупенькая. Чего-то все время боялась. А я все видела, догадывалась. А потом она исчезла, и ты вслед за ней. Я не знала, что думать, но всегда верила, что ты найдешь ее и вернешь обратно.