— Наконец-то! Я уже начал всерьез опасаться, что он удрал, прихватив с собой фамильные активы, или таковых уже попросту не осталось в наличии? Как ты его находишь?
Сара ненадолго задумалась.
— Серьезный, честный и умный.
— Рад слышать. — Он предложил ей руку. — Ну, идем послушаем, что он желает нам сообщить.
Сара приняла его руку с выражением горестной решимости.
— В горе и в радости, милорд! Я проводила его в малую гостиную, поскольку это одна из комнат, которую я не переделывала. Пусть знает, что мы бедны, если он еще не понял этого по бумагам.
Они пересекали вестибюль, когда по лестнице спустилась вдовая графиня с тросточкой в руке.
— Я слышала, прибыл Бут. Хочу повидать его.
Роб заколебался.
— Быть может, чуть позже? Мы с Сарой намерены присоединиться к нему, и, скорее всего, наш разговор станет тягостным обсуждением семейных финансов.
— Именно поэтому я и хочу присутствовать, — сварливо ответила старуха. — Почти пятьдесят лет Келлингтон оставался моим домом, и я имею право знать, что происходит.
Это было трудно отрицать.
— Как вам будет угодно, мадам. После вас.
Она кивнула и первой направилась в малую гостиную, отрывисто постукивая тросточкой.
Когда они вошли в комнату, поверенный быстро поднялся и поклонился. Роб увидел перед собой мужчину лет сорока, среднего роста и среднего же телосложения. Бут и хозяин поместья окинули друг друга внимательными оценивающими взглядами.
Спустя несколько мгновений стряпчий обратил внимание на вдовствующую графиню.
— Леди Келлингтон. Рад видеть вас в добром здравии.
По губам ее скользнула презрительная улыбка.
— Вы лжете столь же неумело, сколь и ваш отец. — Она выбрала кресло и опустилась в него, держа тросточку наготове, словно намереваясь обломать ее о чей-либо череп.
Роб сказал:
— Рад знакомству с вами, мистер Бут. Я уже было собрался в Лондон на ваши поиски. — И он протянул стряпчему руку.
Бут явно не мог решить, стоит ли отнестись к словам сыщика уголовного полицейского суда как к шутке или нет.
— Прошу простить меня, лорд Келлингтон. Я намеревался отписать вам сразу же после получения вашего письма, но положение весьма сложное. Чтобы собрать все необходимые сведения, мне понадобилось больше времени, нежели я рассчитывал, и вскоре я понял, что мне лучше встретиться с вами лично. — Выпустив руку Роба, он перевел взгляд на Сару. — Прошу прощения, мисс, не имею чести быть с вами знакомым.
— Еще одна леди Келлингтон, — жизнерадостно отозвалась та.
Стряпчий вновь поклонился.
— Прошу прощения, миледи. Я не знал, что лорд Келлингтон женат.
— Мы поженились только вчера, поэтому нет ничего удивительного в том, что вы не знали. — Глаза ее лукаво сверкнули. — И прежде чем вы преисполнитесь беспочвенных надежд, спешу сообщить вам, что у меня нет приданого, которое могло бы существенно улучшить финансовое положение Келлингтона. Быть может, мы все же присядем и начнем?
Мистер Бут неуверенно возразил:
— Это будет скучный деловой разговор. Возможно, леди предпочтут удалиться?
— Моя супруга знает, как управлять поместьем, лучше меня, — отрезал Роб, провожая Сару на диван напротив Бута. — Скорее всего, и моя бабушка тоже. И поскольку обе они лично заинтересованы в успешных делах поместья, то имеют полное право принять участие в нашем разговоре.
И он опустился на диван рядом с Сарой. На низком столике перед Бутом лежала аккуратная стопка бумаг.
Сара бросила адвокату молчаливый вызов, положив перед собой пухлую папку с документами.
— Разрешите же наши сомнения, мистер Бут. Неужели нам придется предоставить замок Келлингтон в аренду, а самим поселиться в небольшом домике где-нибудь подальше отсюда?
— Вижу, вы уже думали об этом, миледи, — с одобрением отозвался адвокат. — Нет, положение сложное, но не настолько скверное.
Сара взяла Роба за руку и крепко стиснула ее. Он ответил ей таким же крепким пожатием, испытывая невероятное чувство облегчения. Похоже, он питал к этому проклятому фальшивому замку куда более сильную привязанность, чем мог предполагать. Взяв себя в руки, он спросил:
— У вас есть список всей собственности Келлингтонов? Полагаю, все недвижимое имущество, не ограниченное в отношении наследования и отчуждения, заложено?
— К сожалению, вы правы. Здесь перечень недвижимого имущества и закладных на него. — Поверенный подцепил верхний документ из своей стопки и положил его на стол перед ними. — Как видите, все до единой закладной просрочены. Не исключено, что со смертью вашего отца, а потом и брата держатели закладных решили выждать, чтобы узнать, кто станет новым графом, прежде чем взыскать по ним долги.
— В слабой надежде на то, что новый граф обладает большим состоянием? Их ждет горькое разочарование. — Роб пробежал глазами список. Помимо замка Келлингтон, который считался заповедным имуществом и не мог быть заложен, здесь значились с полдюжины поместий поменьше, включая Килварру в Ирландии. В перечне присутствовали также несколько объектов недвижимости в Лондоне и три деловых предприятия в центральных графствах Англии: плавильное производство, гончарная, мастерская и нечто вроде мельницы.
Робу стало плохо, когда он мысленно суммировал колоссальные долги. Намного больше ста тысяч фунтов. Черт возьми, куда могли потратить такие деньги его отец и брат? Он передал листок Саре.
— Я не вижу закладной на городской особняк Келлингтон-Хаус. Он ограничен в порядке наследования и отчуждения?
Бут кивнул.
— Ваш дед добавил его к заповедному имуществу. Кроме того, он был тем, кто приобрел большую часть недвижимости, не ограниченной в праве наследования или отчуждения. — Он отвесил вдовствующей графине уважительный поклон. — Ваш супруг был превосходным финансовым управляющим, миледи.
Пожилая леди изучала список недвижимого имущества и долгов, который передала ей Сара.
— Увы, это свойство, похоже, не передается по наследству. Мой покойный муж внес Келлингтон-Хаус в список заповедного имущества, чтобы у семьи было достойное пристанище в Лондоне.
Сара обратилась к Буту:
— Здесь, наверху, к главным апартаментам была добавлена безумно экстравагантная ванная комната. Не знаете ли вы, было ли сделано то же самое и в городском особняке?
Бут поморщился.
— Да, я видел счета, когда они проходили через меня. Грабеж средь бела дня.
— Напрасная трата денег, — чопорно согласилась с ним Сара, но Роб заметил озорной блеск ее глаз.
— И каков же совокупный доход от всего имущества? — поинтересовался Роб. — Или, пожалуй, я должен спросить: каков он был во времена моего деда по сравнению с тем, что есть сейчас?
— В лучшие времена, когда ваш дед работал с моим, годовой доход превышал шестьдесят тысяч фунтов.
Роб негромко присвистнул.
— И каков же он сейчас?
— От двадцати до тридцати тысяч, — ответил Бут. — Поскольку ваш брат умер до того, как успел получить доход за первый квартал, этот платеж находится в вашем распоряжении. Я привез вам банковский переводной вексель на сумму около шести тысяч фунтов.
Вместе с деньгами, полученными от Бакли, этой суммы должно было хватить на то, чтобы покрыть текущие расходы поместья за несколько месяцев.
— В таком случае мы можем начать кое-какие преобразования здесь, в замке Келлингтон. Сара, мой друг Эштон и я составили план того, что необходимо сделать в первую очередь. — Роб достал конспект из папки Сары и протянул его стряпчему.
— Вы имеете в виду герцога Эштона? — Когда Роб согласно кивнул, Бут уважительно заметил: — Он считается одним из лучших и самых прогрессивных землевладельцев в Британии. Вам очень повезло, что он согласился работать с вами.
— Он муж моей сестры, — пояснила Сара.
Адвокат проникся еще большим уважением, просматривая планы и хмуря брови.
Роб пояснил:
— Нам придется работать поэтапно, разумеется. На первой стадии мы планируем осуществить самый необходимый срочный ремонт и приобрести породистый племенной скот, чтобы повысить доход в последующие годы. План весьма приблизителен, естественно, поскольку мы не приводили точные цифры.
Бут перешел ко второй странице.
— Тем не менее ваши предложения и цели выглядят очень здраво.
— Теперь, после разговора с вами, мы можем уточнить и доработать нашу стратегию, — сказал Роб. — Полагаю, с заложенной собственностью, по которой задолженность не погашена, мне придется расстаться. Поскольку особняк Келлингтон-Хаус расположен весьма удачно, его можно сдавать в аренду, чтобы и он приносил хоть какую-нибудь прибыль. Но ведь вы куда лучше меня знакомы с фамильной собственностью, и потому я с радостью выслушаю ваши предложения.
— Лорд Келлингтон, слушая вас, я вспоминаю вашего деда, — с одобрением заметил Бут. — Вы правы, у меня действительно есть кое-какие мысли относительно того, как должно развиваться дело.
— Какова сумма личных долгов? Я не намерен возмещать игорные долги моего отца и брата, но счета торговцев я постараюсь оплатить. Я не хочу, чтобы семьи оказались на улице из-за расточительности моих предшественников.
— Список подобных долгов я могу вам предоставить. — Бут поморщился. — После смерти вашего брата торговцы и ремесленники буквально взяли мою контору в осаду.
— Большинство таких долгов можно уменьшить в ходе переговоров, — вмешалась в разговор вдовствующая графиня. — Портной, который опасается, что ему не заплатят вовсе, согласится получить хотя бы половину. — Она фыркнула. — Скорее всего, он изначально завысил цену, потому что знал, как трудно будет получить деньги.
С чувством некоторого облегчения Роб заявил:
— Мистер Бут, я даю вам разрешение на ведение переговоров по таким счетам и по их оплате.
Адвокат кивнул и сделал пометку.
— Я подсчитал активы и пассивы поместья, лорд Келлингтон. У вас есть какие-либо значительные личные авуары?
Роб регулярно оплачивал свои счета и имел достаточные накопления, которые помогли бы ему пережить трудные времена простоя в работе, но это были не те деньги, о которых спрашивал Бут.