– Пусти! Пусти мне больно! – Заплакала я и вцепилась руками в лицо противника, полоснув по щеке любовно заточенными ногтями.
– Ах ты тварь! – Взревел рыжий и отшвырнул меня в сторону.
Чем я и воспользовалась, прошмыгнув к Поттеру.
– Гарри, ты ведь не такой, помоги. За что они меня – Прохныкала я, для достоверности пустив слезу и прячась за спину мальчишки.
Рыжий был уже рядом с ясно читающимся намереньем пустить в ход кулаки, но ставка на порядочность Поттера себя оправдала.
– Рон оставь ее!
– Да она тварь слизеринская!
– Она девочка! И она ни в чем не виновата! – Решительно заявил мой защитник. – Фэй, иди в спальню.
Поттер с Роном продолжили спорить правомерность моего избиения, в то время как остальные пострадавшие от кулаков Крэба и Гойла потеряв лидера, предпочли рассосаться, ну и я не задерживалась и прошмыгнула в девчоночью спальню. Рона завтра ждет повторная встреча со свитой Малфоя. Я предполагала, что он с первого раза не поймет изменение ситуации, и то, что Фэй нельзя больше безнаказанно трогать, но не думала что он такой тормоз, ладно это поправимо.
В спальне было темно и сумрачно, соседки еще торчали в гостиной. Учитывая разыгравшуюся там сцену, они вряд ли сами будут меня задирать, хотя на грифиндоре вражде факультетов придают большое значение. А если даже и так, то всегда можно их спровоцировать и показать что у Фэй помимо защитников наруже, еще и собственные зубки появились. Это первый слой сегодняшней операции, второй же в том, чтоб качественно нагадить тем, с кем у Фэй теоретически может завязаться дружба, то есть ее соседкам, тем самым исключив, даже малейшую вероятность потери влияния на нее, но об этом слое операции я никому говорить, не собираюсь.
Дружбой тут и без меня не особо пахнет, точнее именно пахнет. Вся кровать Фэй облеплена какой-то гадостью. Я ожидала нечто подобное, тем более что Фэй рассказывая о своем житье-бытье, упоминала, кнопки в туфлях мантии на утро заляпанные грязью или вообще исчезающие в неизвестном направлении, вот сейчас дошли и до кроватей. И не только до них в сундуке, самом обыкновенном без расширения пространства и защитных чар все вещи так же облиты вонючим раствором и без длительной стирки ни к чему не пригодны. На крышке же поясняющая надпись "Слизеринской шавке", не оригинально.
Надо будет ей временно передать сундук Гермионы, или чтоб не обижать подругу мой собственный, все равно я им не пользуюсь, а Фэй будет, где хранить свои обновки и украшения. Но вообще-то я рассчитываю объяснить всем, новую ситуацию доходчиво, так что Вещи моей слуги никто не посмеет тронуть.
Они что рассчитывали, что Фэй стерпит это надругательство над собственным спальным местом, как и всегда? Фэй может и стерпела бы, характер у нее совсем не боевой, да и зашуганная она, но я-то не Фэй!
Первым делом я поменяла местами свой изгаженный матрас на один из чистых, после чего занялась планомерным вредительством. В порыве "гнева" порвать подушки, облагодетельствовать кровати парочкой зелий добавляющих вонючести. Залить их же в сундуки, правда, только в три, четвертый принадлежащий Лаванде оказался защищен чарами, я его вскрою, но для Фэй это невыполнимая задача, так что придется оставить. Все полный погром!
Красивая картина. А зачем оставлять одну чистую кровать? Я же тут спать не собираюсь, не собираюсь.
Домовики чистят комнату и кровати, но происходит это днем, когда все на занятиях и сейчас в этой комнате спать невозможно, а уж конфликт с соседками после такого гарантирован.
Соседки объявились примерно через час, весело перешучиваясь и обсуждая, как эта уродина вся измазалась. Интересно о ком они? Пропустив их в комнату, я захлопнула дверь и перегородила путь наружу своим телом, комнаты звукоизолированы так что подмоги снаружи можно не опасаться.
– Что ты тут устроила тварь! – Взвизгнула Лаванда первой, оценив состояние собственной кровати, и выхватив палочку, наставила ее на меня, продолжая нечленораздельно возмущаться.
Остальные от нее не отставали, бросившись к своим сундуками и отчаянно завывая. Самая опасная тут естественно Лаванда, она будет использовать магию. Демельза Робинс мелкая шустрая девчонка с темными волосами, сейчас со слезами перебирающая свое заляпанное зельем богатство, пожалуй, вторая по опасности, если схватится за палочку. И даже если не схватится, очень уж она шустрая.
Следующая по опасности Эмели Бигс, высоченная дылда с лошадиным лицом и жутким крючковатым носом. Хотя насколько я помню у нее с магией совсем плохо, как и блондинка Лефти Уоринг. Этой толстухе с сарделькообразными пальцами вообще ни одного заклинания нормально не исполнить. Вот ей, надо не горевать из-за одежды, а радоваться, поскольку мое зелье по сравнению с вонью от ее постоянно потеющего, жирного тела, сойдет за изысканный парфюм. Что я и высказала, подлив масла в огонь и твердым голосом продолжила.
– Я вас больше не боюсь! Пусть я и слизеринская служанка, но теперь я вас не боюсь! Нимфадора меня защитит, она обещала! Никто не сможет обидеть меня безнаказанно! Вы слышали, она вас всех накажет, и я вас больше не боюсь!
Речи, теоретически, могли бы сработать, до того как я изгадила вещи, а сейчас я все это говорила, просто с целью донести информацию и показать что больше не собираюсь безнаказанно терпеть унижения. Кстати к утру, домовики все вычистят, мне ведь не надо выводить нашу потасовку на уровень преподавателей, но, сейчас, на эмоциях, об этом никто и не вспомнил.
Тем удивительнее была реакция Лаванды на мою речь, она опустила свою палочку и явно искала мирный выход из сложившейся ситуации. Слова про обещанную защиту Нимфадоры она восприняла серьезнее всех. Но закончить дело миром не позволила Эмели.
– Ничего нам твоя слизеринская подружка не сделает, а вот я тебе за мое платье! – С этим выкриком она бросилась ко мне, с явным желанием вцепится в волосы.
– Лови! – Воскликнула я, бросая маленький флакончик с зельем.
Сразу после броска я крепко зажмурилась, поэтому и не видела, хватило ли Эмели дурости поймать неизвестное зелье брошенное врагом. Да это было и не важно, спустя мгновенье по глазам резануло яркой вспышкой света ослепившей даже меня, а ведь я не просто не смотрела на свет, но еще и дар метаморфа должен сглаживать такие неприятности.
– Ступефай. – Услышала я голос Лаванды, и предпочла за лучшее упасть на пол, протего есть протего, но лучше не рисковать.
Пару секунд ушло, чтоб проморгаться. Лефти и Эмели подвывали и терли глаза, лаванда замерла в центре комнаты и колдовала на себя щит, а вот мелкой Робинс досталось меньше всего, она была спиной к вспышке, да еще и Эмели ее прикрыла собой. Вскочив на ноги, я толкнула Лефти на Лаванду сбивая той заклинание, а сама проскочила к практически зрячей Робинс, вцепившись ей в волосы и полосуя лицо ногтями. Она попыталась ответить мне тем же, но в первое мгновенье растерялась, а потом я придавила ее к сундуку, выбив из груди воздух. Развивая успех, я швырнула свою противницу в Эмели, и та, приняв ее за меня, вцепилась в добычу, и парочка принялась метелить друг друга.
– Tenebris! – Наколдовала Лавада, это даже не заклинание, а команда светильникам в комнате на отключение.
Прекрасный ход, чтоб сравнять шансы, вот только темнота мне не помеха. Подскочив к размахавшейся палочкой ведьме я выдернула у нее из рук палочку и хлопнла ладошкой в нос. Воспользовавшись ошеломлением противницы я применила на ней уже опробованный прием с тасканием за волосы и расцарапыванием лица, весело смеясь от азарта схватки. Однако в этот раз кое-что пошло не по плану. Мне в спину что-то сильно толкнулось, и я больно ударилась носом в лоб своей противницы.
– Ууу… – простонала я.
– Эээмууу… – Ответила мне Лаванда.
– Вииии! – Завизжала я, когда свалившаяся на нас сверху Эмели дернула меня за волосы, стаскивая с Лаванды. Я еще успела заметить, как на последнюю навалилась Робинс а потом мою голову затрясли во все стороны.
Улучив момент я уже прекратив забавляться по серьезному хлопнула противницу по ушам, естественно она сразу разжала захват и с моей помощью отправилась в объятья не затронутой общим весельем Лефти. Чуть не попалась!
Следующие минут пятнадцать я находилась вне схватки, следя, чтоб накал страстей не утихал и, вмешиваясь, если противницы соображали что бьют не меня, а друг друга. А у Лаванды помимо расцарапанного лица еще и пару клоков волос выдрали. Робинс, вообще свернулась калачиком и поскуливала, ей из-за схожести фигур доставалось больше всего, а вот толстухе Лефти наоборот. Ее очень трудно было спутать со мной и ее почти не трогали. Поддавшись азарту, я лично решила исправить это упущение, за что и получила могучий удар по ребрам и укушеную руку, но ничуть об этом не жалела, поскольку от души прошлась ногтями по лицу противницы, наградив ее в дополнение парой пинков по голени. Все теперь обделенных нет
В ходе противостояния, мои противницы растеряли свои волшебные палочки, но я бережливо их подняла, и не только их, на хранение в браслет отправились выдранные клоки волос и даже кусочки плоти из-под ногтей. Лишними такие приобретения не будут, особенно учитывая тот факт, что я знаю как их при нужде использовать. Дождавшись момента, когда эмоции начнут стихать, а силы участниц иссякнут, отошла в сторонку и слегка "запыхавшимся" голосом наколдовала.
– lux, – Включилось освещение и вслед за этим десяток обездвиживающих заклинаний, из них получилось только четыре, но больше и не требовалось, а комедию с плохим колдовством отыграла, все равно на сопротивление они уже почти не способны.
– Поняли теперь?! Поняли? Я вас не боюсь! Я сильная, как Нимфадора и говорила, я сама могу вас наказать и я это сделаю! – Эмоционально выдохнула я, после чего продемонстрировала всем золотое колечко с брильянтом. – Видите это? Видите? Это мне Нимфадора дала! Как и зелье! Она единственная кто верит в меня! Она верила, что я сильная и справлюсь! А сейчас его черед! – Я потрясла кольцом! – тут чары позволяющие сделать колдофотографию, и теперь никто из вас, меня не тронет! – Убедившись, что все безмолвные зрительницы уяснили предназначение кольца, я приступила к завершающей части банкета.