– Ним, что ты тянешь? Открывай уже комнату. – Не выдержала Парвати.
– А, да задумалась. – Повинилась я, и отправилась в прогулку по коридору, усиленно представляя необходимую конфигурацию комнаты, в этот день по сложности не уступающую приему в Орден.
– А где дверь? Ним? – С некоторой растерянностью уточнила подруга, когда я три раза прошлась по коридору.
– Не мешай! Нимфа что-то грандиозное готовит, как во время приема новичков. – Предположила Падма, так же с нетерпением дожидаясь, когда появится дверь, выручай комнаты, однако дверь не появлялась.
– Что-то не так. – Обеспокоенно произнесла я, повторив свой заход. – Замок не реагирует…
– Надо еще раз попробовать, отойдите для гарантии. – Попросила я и медленно, четко представляя в голове самую банальнейшую прямоугольную комнату, прошлась трижды мимо приметной картины, но дверь так и не появилась.
– Занято? – Озвучила общую догадку Дафна.
– Да, уходим, быстро. – Приказала я, примерный список людей, которые знают об этом помещении у меня был составлен и ни с кем из этого списка встречаться без подготовки я не собиралась.
– Проследим? – азартно предложила Парвати.
– Да, но не так, как ты хочешь, так, скорее, за нами проследят, – кивнула я. – Фэй, бегом к Поттеру, и все внимание на его карту, можешь сама взять попользоваться, можешь вместе с ним рассматривать, оправдавшись поиском тайных ходов. Только к нам карту не неси, и не пропусти того кто выйдет из выручай комнаты.
– Я буду внимательна! – Энергично закивала головой девчонка.
– Давай, я знаю, что ты не подведешь, жду результатов, – напутствовала я разведчицу.
Фэй не задерживаясь поспешила выполнить поручение и доказать свою полезность. Завтрак только закончился, и её цель обнаружилась там, где и ожидалось в гостиной Грифиндора.
– Гарри, что делаешь? – радостно выкрикнула девочка, и с разбегу плюхнулась на диван рядом с парнем, и демонстративно не замечая успевшую увернуться Лаванду.
– Фэй, а я думал, ты с подругами сегодня будешь.
– Слизеринки… – Фыркнула Лаванда, но это ее замечание проигнорировали уже все.
– Еще успеем поболтать, сегодня на празднике, все равно ведь наших парней не заставить танцевать, а слизеринцев на всех не хватит. – Тяжко вздохнула девочка, стрельнув глазами в сторону внезапно смутившегося Гарри.
Нимфадора, обучает своих подруг не только магии, но и кое-каким более насущным вещам, а уж Фэй, обитающая во враждебной среде получает вообще занимается по индивидуальной программе, уже успевшей избавить ее от скромности.
– А, ну я… – Промямлил Гарри.
– Гарри, давай лучше карту посмотрим, сейчас наверняка Большой зал к празднику украшают, хочу посмотреть, кто этим занимается. Будет весело угадать, как все будет…- Насладившись красной физиономией парня, сменила тему девочка.
– Держи. – Легко согласился парень, выудив заветную карту из внутреннего кармана мантии.
Фэй быстренько ее расстелила у себя на коленях, так чтоб был виден Большой Зал с одинокой отметкой Филча. И аккуратно отогнула уголок, с частью коридора напротив, выручай комнаты.
– Кстати, а где Рон? – Продолжила она беседу, не давая акцентировать внимание на своих действиях, а заодно отрабатывая еще одно поручение.
– А Рон? Он в спальне, у него зубы разболелись.
– Фи! – Всплеснула руками Фэй, – не удивительно! Он ест, как свинья наверняка его кто-то проклял! – Честность залог успеха, и Фэй этому правилу своей госпожи намеревалась следовать скрупулезно.
– Не мели чушь! Всего пару месяцев назад вылезла из магловской помойки и уже считаешь себя великой колдуньей? Да ты хоть представляешь себе, что такое настоящее проклятье? – Рыкнула Лаванда, желая макнуть собеседницу в ее невежество, но резко замолчала, уставившись на Поттера. Он ведь тоже вылез из магловской помойки, и мог воспринять все сказанное на свой счет. Толстокожесть очкарика сыграла Лаванде на руку, однако девушка все равно решила успокоиться, когда рядом эта лысая слизеринская шавка совершенно невозможно держать себя в руках, но надо, Поттер считает ее другом…
– Знаю я, что такое проклятья, – беззаботно продолжила Фэй, проигнорировав оскорбления, она тоже знала, что Гарри не нравилось, когда его друзья ссорились и обычно он становился на сторону оскорбленного, да и не стоит это бледное подобие ведьмы того, чтоб на нее тратить слова. – Всем известно, что тот-кого-нельзя называть проклял должность зоти, еще в школе, Гарри ты ведь знаешь эту историю? Нет? Сейчас расскажу…
– … И вот теперь преподаватели дольше одного года на этом посту не задерживаются.
– И что никто не может снять это проклятье? А как же Дамблдор? – Уточнил Гарри после увлекательного рассказа.
– Да, кто ж его снимет, это же проклятье, его только тот, кто наложил и может снять, а Дамблдор он светлый маг, конечно великий, но светлый, и в проклятьях ничего не понимает… – Продолжила давать пояснения Фэй.
– Да действительно. – Согласился Гарри, и внезапно всполошился. – Постой, а как же Рон, он тут причем, не мог же его проклясть тот-кого-нельзя-называть?
– А что Рон? Ты сам не желал ему за едой подавиться, когда крошки из его рта по всему столу разлетались? – Спросила Фэй, чуть прищурившись.
– Ну, э, я же не всерьез, и я не темный маг, Рон мой друг я бы…
– Да никто не темный маг, но когда всем факультетом желаешь одного и того же, это может и сбыться, особенно сегодня, ты же знаешь что сегодня за день в магическом плане?
– Самая длинная ночь в году.
– Ага, а ночь, это темнота и проклятья! – Наставительно приподняв пальчик, заявила Фэй, Лаванда предпочла не комментировать это замечание и вообще держать язык за зубами, чтоб не устраивать перед Гарри ссор, в которых она сама и окажется виноватой и крайней, проверено.
– Вот и получилось, что мы всем факультетом прокляли Рона, не специально, конечно, но…
– И что же делать? Надо ему помочь!
– Не знаю, я ведь тоже почти ничего о проклятьях не знаю, так прочитала немного… – Открестилась Фэй.
Сказанного и так достаточно чтоб Гарри побежал к Рону и убедил того что его страшно и массово прокляли, а насколько Фэй поняла из объяснений госпожи этого и так будет достаточно чтоб напитать проклятье силой, а уж если составленная ей история расползется по факультету…
– Надо его отвести в больничное крыло! – Нашел выход Поттер и все рассказать о проклятье.
– Ну, да, – с сомнением протянула девочка, – это лучший вариант, – демонстративно почесав лысину и с еще большей неуверенностью Фэй, продолжила свои псевдологические выкладки, – только не думаю, что мадам Помфри признается, что на Роне проклятье, это же фактически признание в том, что весь наш факультет темные маги…
Правда, оно конечно хорошо, но в условиях недостатка информации правдой может быть все что угодно. Конечно же, относительной правдой, и тот факт, что о Ньютоне и его теории никто из собравшихся не знал, никак не влиял на эту самую относительность.
В любом случае речь не пропала даром, и Поттер убежал в мальчишеские спальни за Роном. У рано поседевшего страдальца к тому моменту зубная боль почти прошла, а из последствий выделялся лишь полный рот гнилых, черных зубов, несомненно, требующих лечения. Но забота друга, посвятившего Рона в причины болезни и хорошенько раздвинувшие границы бедствия, вернули боль, на место, усилив ее десятикратно. Нет, это еще не было действием набирающего силы проклятья, точнее, в какой-то степени и оно отметилось, но больше всего виновато самовнушение.
Несчастного отконвоировали в больничное крыло, что добавило слежке Фэй неудобств, сидеть на диване разглядывая карту, чуть удобнее, чем брести со всеми поглядывая на карту, но требовалось выразить солидарность. Мадам Помфри осмотрела больного, и ожидаемо отмахнулась от сообщения о проклятье, точнее восприняла его не так, как требовалось, а попыталась выяснить, что за заклинанием это сделали, но, не обнаружив следов такового, тоже не сильно удивилась. После чего попеняла Рону на плохой уход за зубами и чрезмерное увлечение сладким.
Парой заклинаний она сначала избавила больного от гнилых зубов, а потом вырастила новые, и даже не стала, как обычно оставлять пациента в стационаре, видимо в честь праздника.
– Надо было сразу идти в больничное крыло, а не мучиться! – радостно вещал Рон, по пути обратно в гостиную.
– Бесполезно, это ведь проклятье, и пока его причина не исчезнет, тебе не вылечится, разве что последствия убирать… – невзначай заметила Фэй, подливая масла в огонь. – Гарри, надо узнать обо всем больше! Мы должны помочь Рону.
– Рон ты уверен, что здоров? Проклятья даже Дамблдор снять не может, а мадам Помфри вообще ничего не заметила… – Тут же приступил к расспросам уже проникшейся идеей проклятья Поттер.
Думаю, никого не удивит тот факт, что спустя пять минут столь настырного внимания и заботы, уже и сам больной ощущал странности в собственных зубах и вообще был уверен, что он коварно проклят…
Но Фэй уже не особо интересовалась разгоревшимся между парнями спором, на тему авторов такого коварного проклятья. Девочка с нетерпением ждала, когда появится гостиная и можно будет вернуть карту и найти предлог, чтоб уйти. Она выполнила задание и увидела, кто вышел из тайной комнаты, еще раз убедившись во всеведении своей госпожи. Она ведь с самого начала все знала, поэтому и не стала поджидать этого "неизвестного", а предпочла столь удаленное наблюдение. Удаленное, зато гарантирующее незаметность.
– Хорошая девочка. – Привычно произнесла я, поглаживая лысину разведчицы и обдумывая её доклад. Я подозревала, кто мог занять комнату, и чувствовала, что крестражи трогать не стоит.
Но одно дело подозревать, а другое точно знать. Знать о том, что Дамблдор, не только знает о крестражах Тома, но еще и использует их и его в личных целях, исправляя внесенные мной флуктуации в четко разработанный план. Хотя, нет, еще рано делать такие выводы только на основании того, что Дамблдор и Квирелл зачем-то вместе посетили, выручай комнату. Может у них там интимная встреча была, Квирелл, конечно не маленький мальчик, но по сравнению с бородачом, вполне вписывается в эту категорию.