Опустив голову, я попыталась расслабиться. Затем Кай взобрался на кровать, просунув свои сильные руки под мои ноги и спину. Осторожно он поднял меня к своей потной груди.
Кай раскачивал меня из стороны в сторону и сказал:
— Мне так жаль, детка. Я... не осознавал, что они вытворят подобное. Я понимал, что они взбешены, но преследовать тебя... Они гребаные ревнивые сучки. Бесятся, что я бросил их никчемные задницы пару дней назад. Они не восприняли это хорошо.
Моя нижняя губа дрожала. В комнате все были шокированы. Кай пробормотал что-то себе под нос и затем накрыл меня моим рваным и окровавленным платьем.
Кай погладил меня по волосам и сказал с болью в голосе:
— Черт, Ли.
Я не могла говорить. Мой желудок завязался в узел, а постоянная дрожь ощущалась невыносимой.
Кай сделал глубокий вдох и сказал:
— Они прикоснулись к тебе? Я пришел слишком, бл*дь, поздно?
Когда я умудрилась кивнуть головой, соглашаясь с ним, ярость Кая была ощутима. Затем он резко встал и направился в уборную. Несколько секунд спустя он вышел оттуда с мокрой белой мочалкой. Сев на край кровати, Кай начал очищать мои повреждения в самой деликатной манере.
Вкус кровь уже казался обычным в моем рту.
Выражение лица Кая было непоколебимым. С каждым новым найденным повреждением, он все больше напрягался. Когда прижал мочалку к моей раненой щеке, я вздрогнула. Кай спросил напряженно:
— Ли, какого хрена ты делал здесь сегодня вечером? Я говорил тебе о правилах. Говорил никогда не ходить здесь без меня. Это опасно.
Кай принуждал меня ответить своим суровым взглядом. Помогая себе руками сесть чуть выше на кровати, я собралась с мыслями и, чувствуя себя довольно глупо, сказала:
— Я... я искала тебя.
Кай свел брови вместе и внезапно его выражение лица смягчилось.
Он прикоснулся пальцами к моему лбу и убрал мои волосы.
— Ты искала меня?
— Да, — прошептала я, фокусируя взгляд на постельном белье. — Я видела, что ты вернулся домой, и хотела поприветствовать тебя. Я видела, как ты въехал во двор, и почувствовала... почувствовала ошеломляющее волнение, что увижу тебя снова.
— Да? — прохрипел Кай, и мой взгляд вперился в его. — Детка... — я наблюдала, как он сделал глубокий вдох, затем поднял мою голову, прижавшись в поцелуе к коже на затылке.
Мое дыхание было рваным, а сердце затрепетало в груди.
— Тем не менее, сладкие щечки, ты не должна быть здесь одна. Для сучки не безопасно.
— Извини, — сказала я и начала плакать. — Тифф и Джулс последовали за мной в твою комнату и напали. Они сказали, что хотят выяснить, почему ты предпочел меня им, почему оставил их ради меня... затем они трогали меня, сняли мою одежду и продолжали говорить, что я красивая, когда прикасались ко мне против моей воли...
Температура в комнате упала на пятьдесят градусов, когда лицо Кая стало холодным.
— Что сделали эти ублюдошные шлюхи? — проревел он сквозь стиснутые зубы.
— Кай, — я забеспокоилась, когда увидела, что отблеск ярости вернулся и ярко загорелся в его глазах.
Но Кая было невозможно успокоить или приручить.
— Я, бл*дь, убью их! — Спрыгнув с кровати, он помчался к двери и выбежал в коридор.
Сжимая простыню, я встала с кровати, пытаясь дышать сквозь боль на лице. Я обернула простынь вокруг себя, прикрывая обнаженную кожу, и быстро шмыгнула в бар за Каем.
Заметив, как он помчался по коридору и распахнул дверь, я увеличила свой темп и вошла как раз вовремя, когда Кай сметал на своем пути отдыхающих мужчин и столы. Я следовала по пути его разрушения. Тифф и Джулс находились под усиленной охраной Ковбоя и Хаш.
— Вы ублюдошные шлюхи! — закричал Кай невероятно громко, привлекая внимание всех в гостиной. Их испуганные глаза были направлены на закипающего и рвущегося к ним Кая, и они попытались отступить в явном испуге.
— Я собираюсь убить вас! — угрожал Кай. Внезапно АК схватил его сзади, удержав, пока он не добрался до них.
— Отпусти меня, нахрен, брат! — ревел он на АК, когда Смайлер прыгнул рядом с Каем, помогая АК сдерживать его.
— Успокойся, брат. Какого хрена эти близняшки-лизуньи тебе сделали? Укусили тебя за член или что-то подобное? — спросил Викинг, смотря между Каем и женщинами.
Кай замер, а затем взорвался:
— Что они сделали?! Эти прошмандовки напали на Лилу! Прижали ее к кровати и лапали своими пальцами ее титьки и совали их в ее киску, пока она кричала!
В комнате повисла тишина, когда все Палачи замерли, понимая серьезность ситуации.
Кай пытался освободить хватку АК и Смайлера, закричав:
— Я убью вас обеих, уродливые гребаные шлюхи! УБЬЮ ВАС!
Тифф был перепугана агрессией Кая, ее нижняя губа дрожала, но лицо Джулс исказилось от горечи. Она подняла подбородок, защищаясь:
— Она, бл*дь, заслужила это! — сказала она резким голосом. У меня перехватило дыхание от ее слов. — Мы ублажали твой член годами, и ты никогда не говорил о том, что сделаешь кого-то из нас или обеих своими старухами. Ни единого гребаного раза, хотя ты использовал наши киски все время, везде, когда угодно! Но затем появилась она, черт, появились все три сектантские сучки, и у каждого чертового брата теперь отвисает челюсть каждый раз, когда они проходят мимо, как будто вы все под гребаными чарами. А ты... — Она дернула подбородком в сторону Кая, — ты повторял имя блондинистой сучки, пока врезался мне в задницу, каждый гребаный раз желая, чтобы я была ею! Она как будто гребаная ведьма вуду или что-то подобное, сделала тебе слепым и своей гребаной марионеткой!
Мне внезапно поплохело от ее слов. «Она как будто гребаная ведьма вуду или что-то подобное... своей гребаной марионеткой». Я не хотела представлять Кая с двумя этими женщинами, как он берет их самыми соблазнительными способами. В действительности, если быть полностью честной, я не хотела думать о нем ни с какой другой женщиной, кроме меня, и точка. Но я понимала, что ни один мужчина не мог по-настоящему полюбить Окаянную. Ни у одной из Окаянных не могло быть чистой любови. Пророк Давид убедился, что я поняла это еще с детства. Я запоминала Писание, на случай, если забуду свою роль в этой жизни.
Кай улыбнулся саркастичной и невеселой улыбкой. Джулс настороженно наблюдала за ним, когда он прошипел:
— Потому что вы чертовски грязные потасканные шлюхи! Лила чистая и не будет трахать мужчину просто ради того, чтобы трахнуть Палача, получить деньги на кокс, или что вы там еще вдыхаете носом или втираете в свои мерзкие десны. Вы хороши для траха, потому что у вас нет границ, но вы не подходите ни для чего другого, тупые, грязные шлюхи.
Джулс побледнела, а Тифф, которая теперь плакала, прижала Джулс к груди. Но Кай не мог остановиться. Он был в ярости.
— Вы — дешевый трах и ничего больше. Я терпел вас из-за ваших всегда готовых кисок, но вы тронули Лилу, и это сломало меня. Я хочу сделать вам больно. Я хочу, чтобы вы, бл*дь, ощутили боль Ли, когда вы прижали ее к кровати, ударили по красивому лицу и разорвали гребаную одежду, пока ВАШИ МЕРЗКИЕ ПАЛЬЦЫ ТЕРЛИ ЕЕ ЩЕЛЬ!
— Брат, остынь, — сказал АК, пытаясь сдерживать Кая, в моих ушах еще звенело из-за громкой речи Кая. — И, бл*дь, поговори с нами. Что нахрен произошло?
Но Кай не слушал АК. Ситуация выходила из-под контроля, а я не хотела еще больше насилия. Я больше не хотела, чтобы насилие было связано с моим именем.
Это было мое проклятье. Сводя мужчин с ума из-за похоти, дьявол играл в игру своими пешками ради своего больного развлечения. И Кай стал очередной жертвой, поступаясь всем, что знал, и людьми вокруг ради моего спасения.
Поэтому найдя в себе смелость, я решила войти в бар, чтобы остановить безумие, моя нога ступила на скрипучую половицу. На звук старого дерева под моими ногами море глаз посмотрели в мою сторону. Все братья напряглись, когда заметили меня.
Я не видела свое изувеченное лицо, но предполагала, что оно было в плохом состоянии. Я могла ощущать это. Братья никогда не видели меня без чепца, мои светлые волосы были выставлены напоказ, моя соблазнительность играла в полную силу. И я была завернута в простыню.
Я блудница.
АК потряс Кая, прошептав что-то ему на ухо. В конце концов Кай перевел свое внимание от двух дрожащих женщин, почти впечатанных в стену, и сфокусировался на мне.
— Лила! Какого хрена, детка, — сказал он раздраженно, вытягивая руки из хватки АК и Смайлера. Теперь у них не было выбора, кроме как отпустить его. Кай направился ко мне, сгреб в объятия, не оставив время на протесты.
Он прижал губы к моему лбу, и в его крепкой хватке я чувствовала себя в безопасности.
Хватка Кая была почти болезненной, когда он схватил меня за ноги. Кто-то сзади прокашлялся, и когда я посмотрела в сторону, Летти шла с Буллом, Тэнком и Красоткой не далеко позади. Должно быть, они находились в дальней части комнаты.
— Позволь мне позаботиться о них, ВП, — сказала она с сильным акцентом. Татуированное лицо Булла сияло гордостью, когда он стоял рядом с женой, его огромные руки были скрещены на груди. — Ты больше никогда не увидишь их. Они не посмеют вернуться. И спасибо, бл*дь, за это, потому что меня тошнит от их никчемных кисок, которые постоянно охотятся на мужчин. Я уже заскучала и разборка с ними сделает мой день. Они облажались, прикоснувшись к Лиле. Они, бл*дь, больше не подойдут к ней снова.
Кай замер на мгновение, но в конце концов уступил.
— Сделай это чертовски медленно, Летти. Заставь тварей страдать. — Повернувшись на пятках, Кай вышел из комнаты со мной на руках и отнес меня обратно к себе. Он сел на край кровати, держа меня в своих объятиях, и сказал: — Мы приведем тебя в порядок. Затем я на хрен увезу тебя отсюда.
— Куда мы поедем? — прошептала я удивленно, все еще не оправившись от насилия. Всего этого было так много. Я не могла вытерпеть это. Я хотела бежать из этого места. Все, что я могла видеть, как Тифф и Джулс удерживают меня.
Соблазняю... я всегда соблазняю людей...