Командующий липецким военным аэродромом сидел в своём кабинете и заваривал чай. Пакетик липтона улетел в мусорное ведро, хрустнул разрезаемый вафельный тортик. Полковник Орлов подул на горячий чай и уже было пригубил, когда дверь в кабинет открылась, без стука, влетел лейтенант:
– Абстерго вышли на связь.
– И? – недовольно спросил полковник, – тебя стучаться не учили? Что случилось?
– Нам позвонили из компании. Сегодня прилетит новая партия самолётов, приказано разместить их со всеми удобствами. Двадцать восемь машин!
Орлов, сколько себя помнил, со времён развалившегося не знал таких крупных поступлений. Однако же, его занимали сейчас совершенно иные мысли. Он оставил чай на столе и вышел в коридор, следом за ним вышел и офицер, принесший пренеприятнейшее известие.
– У нас и так мест почти не осталось… Где мы их разместим?
– Не могу знать. Но что-то мне подсказывает, что если мы сейчас откажемся, дела наши пойдут хуже…
– Придётся тесниться, – Орлов вздохнул, – где они будут? Когда?
– Через час уже должны быть здесь….
На аэродроме царила настоящая паника. Началось это с того, что в небе послышался гул самолётов. Гул, однако, был привычен липецку уже много лет, но сегодня было особенно громко. А после этого началось. Первым зашёл на посадку огромный бомбардировщик-ракетоносец Ту-160-АБС. В тот же момент, как он свернул на рулёжку, на посадку заходил второй такой же бомбер, следом за ним – ещё один. Привычных надписей-названий на самолётах не было, номеров тоже. Только красные звёзды на крыльях.
– Божеж ты мой, они что, сдурели? – спросил генерал, командующий всей авиабазой, – где мы на этих монстров топливо то найдём? Нам самим не хватает… У нас тут не база стратегических бомбардировщиков!
– Погодите, обещали потом ещё прислать. Их ещё и ставить почти некуда, разве что между рулёжками поставим…
– Не положено, – нахмурился генерал, – нет, так нельзя. Придётся как-то выкручиваться…
Но то генералитет. Простые офицеры о таком не думали – впервые в жизни они видели такое количество новых самолётов. И это количество их радовало. Прежде всего тех, кто летал раньше на Су-24, устаревшем фронтовом бомбардировщике. Самолёт не пользовался большой популярностью и пересесть на новейшие СУ-34-АБС было для них пределом мечтаний.
Самолёты садились один за другим, не переставая. Техники уже едва ли не плакали – мало того, что техника новая. Так её обслуживать… и ведь командование не посмотрит, что мало технарей – всех загоняет вусмерть. Но и они были по-своему рады сменить старые сушки на новые тушки.
Гул стоял над аэродромом почти час – последним сел ИЛ-76, в странной, гражданской ливрее – целиком и полностью насыщенного синего цвета, отливающего серебром на солнце, с белым, слегка светящимся в вечернем сумраке, треугольником Абстерго под опознавательными знаками.
– А это что за? – спросил генерал, поднявшись с кресла. Он смотрел с высоты за представлением. Ответил ему старший диспетчер:
– Борт RA-98077, согласно документам – везёт сопроводительные грузы, инструменты, инструкции, чехлы, расходные материалы.
Аврал – из отпусков, отгулов, срочно выдернули всех. И аврал был страшный. Всю ночь убили на то, что бы разместить самолёты, накрыть их чехлами, приписать к базе, как положено. Чаяния народа сбылись – самолёты были предназначены для замены устаревших. Устаревшие подлежали списанию, разделка на металлолом – тут же, на месте. Получив от министра подобный приказ, генерал тут же распорядился растащить старые самолёты, по закоулочкам, а их места занять новыми. За день на авиабазе полностью списали все фронтовые бомбардровщики Су-24, уже порядком устаревшие. Их место заняли новые, большие и мощные, модернизированные 34-ки. Так уж повелось в русском оружии, что цифра тридцать четыре – самая счастливая, плохой техники с таким индексом не было. Танк Т-34, ружьё ТОЗ-34, всё снискало себе славу лучшего в своём классе. Новый бомбардировщик грозил продолжить традицию, так как обладал выдающимися ЛТХ.
На следующий день пришло известие – начинается раздача слонов! Причём, липецкий авиацентр временно становится чисто учебным, и базироваться на нём будут все виды авиации, вплоть до гражданской. Топлива приказали не жалеть, ресурс двигателей – тем более, всё равно перед постановкой на боевое дежурство двигатели заменят. Генерал лично зачитал перед всеми пилотами и техниками, построившимися на плацу, приказ министра обороны. «Ура» прозвучало три раза.
И началась настоящая работа. Налёт среднестатистического русского лётчика совершенно не устраивал ни министерство, ни Абстерго, ни самих лётчиков, поэтому, после того, как в часть поступило топливо, началась интенсивная подготовка, количество учебных вылетов увеличилось в разы.
Но это было только одной стороной сложной фигуры. Второй стороной стала система виртуальной реальности, совмещённая с различными видами техники. Первой стал самолёт – кабина самолёта разместилась на четырёх робо-манипуляторах, для имитации движений. Перегрузки оно не имитировало, но было значительно лучше, чем ничего. Такие кабины, с весьма совершенной системой виртуальной реальности, а так же большим списком учебных игр-симуляторов, поступили во многие учебные заведения страны. Вторым – танковый симулятор.
Предприятия Абстерго так же начали работу над компьютерной системой, которая могла бы симулировать процесс морского боя. В отличии ото всех остальных симуляторов, этот получил огромную известность, так как его тестовая версия была выставлена на ВДНХ, десять боевых рубок различных кораблей. Игрокам, за тысячу рублей предлагалось поучаствовать в симуляции морского боя. Афонское сражение, Гангут, Керчь, Цусима, Наваринское сражение, Чемульпо и бои второй мировой… правда, рубка была всё так же современная, но отдача приказов была стандартизирована и голосовая, а смоделировать разные корабли, вплоть до древнерусских ладей, было несложно. Через неделю аттракцион собрал всех морских гиков, заседавших на «цусимских форумах», а через две недели количество симуляторов увеличили до ста штук, полностью выделив им один из павильонов. Патриотическое воздействие оказалось весьма неплохим – аналогов такого аттракциона пока что не было. Военные моряки проявили интерес к системе самостоятельно, без приказа сверху. Венцом симулирования стало создания сети, объединившей сто морских симуляторов и позволявшей вести длительные морские баталии между участниками, или вместе с друзьями участвовать в масштабных сражениях. Цена на аттракцион не увеличилась, даже уменьшилась для некоторых категорий лиц - тех, кто учится в военно-морских академиях и военных. После тестового использования она стала широко доступна для интерактивного обучения тактике морского боя. Ни о каком обучении всему морскому бою тут речи не шло – слишком это сложный и многогранный процесс, что бы его можно было запихнуть в один симулятор, не то что бои в воздухе или на земле.
Поступление в авиацию новых самолётов вызвало подъём патриотических чувств – телеканал «Звезда» бодро рапортовал о поступлении на вооружении новых самолётов, впервые совершивших полёт в этом году. Кадры с двумя дюжинами Ту-160 в сопровождении полусотни СУ-34-АБС заставили по-новому посмотреть на нашу авиацию, к информированию населения подключился Первый Канал.
Изменения в армии коснулись и пехоты. Прежде всего – крайне жёсткой борьбой с дедовщиной в армии. Поскольку и министр, и президент, понимали, что эту армию им в бой посылать, то вопрос решали радикально. Прежде всего – всех мусульман выделили в отдельные военные части, преимущественно, инженерные и в таких местах, где им не светит увидеть вне части ничего, кроме чукч и пингвинов. Наказание за сокрытие фактов дедовщины – пять лет в дисбате, за выполнением следили контролёры – завербованные в ФСБ молодые люди, кадровые сотрудники, которые призывались в разных военкоматах по всей стране. Первый месяц операции принёс такие результаты, что впору было задуматься о масштабном расширении штрафбатов. Пока что решали, что с этим всем делать… Набор на военные специальности, особенно в авиацию, значительно расширился после промо-акций, которые устроило Абстерго-Авиа, под руководством директора компании. В центре Екатеринбурга поставили двенадцать самолётов Су-34-АБС и один старый ТУ-160, с надписью на бортах: "Требуются военные лётчики" и номера телефонов военных училищ лётчиков, штурманов. Аналогичные самолёты появились как украшения на улицах Москвы, Петербурга, Севастополя, Челябинска, Владивостока…
Результат был ощутимым, но реально ситуацию изменило только осознание в высших эшелонах власти одной маленькой проблемы. Количество самолётов уже было на три процента большим, чем количество пилотов и на пять процентов больше, чем обслуживающего персонала для них. На новую авиацию снимали людей со старых, отслуживших своё машин, списывая их в учебные парки.
Седьмого ноября министру обороны пришла объёмистая депеша от аналитического центра Абстерго, в которой подробно описывались проблемы, уже и так видные невооружённым взглядом и предполагались методы их решения. Во-первых - было предложено организовать в рамках министерства обороны аналог ДОСААФ, только не такой… казённый. Сделать это как военное общество для людей всех возрастов и использовать эту организацию как добровольную подготовку к армейской службе - с элементами ненавязчивой пропаганды. Так, было предложено передать ряд авиасимуляторов под контроль организации, в том числе уже действовавший "морской" павильон на ВДНХ, а так же снимать с хранения явно уже не соответствующую требованиям современной войны технику и использовать её для начальной военной подготовки. И существенно изменить то, что за этим термином скрывается. В подчинение организации было предложено направить все ресурсы, вплоть до стратегических бомбардировщиков, на которых юные - до семнадцати лет, парни и даже девочки смогут поучавствовать в настоящих полётах, естественно, в качестве второго пилота или штурмана, или радиста. Под контролем опытных инструкторов.