важен, как министр. Стереотипов ещё много, но в целом же… печальная картина. Иногда приходится выгонять людей, которые слишком уж погрязли в своих стереотипах, в своих предрассудках, какими бы они ни были. Как правило, чем выше уровень жизни, тем меньше стереотипов. Некоторые пытаются использовать это в пропаганде – мол, «в Нидерландах пидарасов любят, и у них уровень жизни высокий, а в России – не любят, поэтому уровень жизни низкий». Как всегда, путают причины со следствием. Как показывает опыт, ультралиберализм и толерантность к негативным общественным явлениям – естественный негативный эффект от улучшения уровня жизни. Если человек голоден и беден – он хочет еды, денег, а если обеспечен и сыт – ищет иные удовольствия, подсознание не может смириться с отсутствием цели, за достижение которой он получит удовольствие. Наркотики, беспорядочный секс, или ещё чего – не суть важно.
Халява – один из методов маркетинга, причём – сверхубойный. Получить что-то, не отдавая ничего взамен – это подсознательная тяга к бесплатному. Поэтому в мире открывается новая спутниковая интернет-сеть – «Геонет». Спутниковый канал в двести пятьдесят шесть килобит – надо только купить нехитрый USB-модем, стоимостью в пару евро. При этом система внимательно следит, что бы умные люди не догадались соединить несколько модемов в одном компе.
Бесплатный интернет от Абстерго. Низкая скорость – музыку не послушаешь, в игры не поиграешь, кинцо не посмотришь, да и открываются странички долго. Но зато текстовый контент работает вполне нормально… Сайты обычного интернета были недоступны, по той причине, что доступ к ним – не бесплатный. Однако, размещённые в собственном домене.geo – бесплатны. Через халявнет вполне нормально шёл траффик интернет-общения – чаты, аська, электронная почта. Основные программы общения – разработанные в Абстерго, были бесплатными.
Презентация бесплатного интернета произошла пятнадцатого июля. И вызвала, мягко говоря, шок. Шок и трепет среди всех провайдеров, шок и трепет среди потенциальных и реальных конкурентов. Потому что это не демпинг, нет, это удушение, особо изощрённое убийство, с пинанием трупа, оставшегося от конкурирующих технологий и спутниковых провайдеров.
А за десять евро в месяц можно перейти на первый уровень системы – канал в один мегабит, почта в региональном, мультиязычном домене «.Geo». Тридцать евро в месяц – десять мегабит, три почтовых ящика, сто евро – сто мегабит.
Наднациональный домен.geo – творение Абстерго, персонально меня и Ареса. А идею подали инженеры ЦЭМа, которые подумали, что можно сделать свой интернет. Поэтому ситуация с доменом получилась интересная. Размещение сайта в сверхзащищённом, наднациональном пространстве – это мечта любого пирата или… викиликс. Домены в.geo регистрировались только на срок от трёх лет, стоили при этом – колоссальных денег. Но оно и понятно – ведь аудитория у этого домена – самая большая на планете. Расчётная стоимость одного доменного имени доходила до ста миллиардов евро, а стоимость размещения сайта – от тысячи до миллиона евро в год.
Однако, расчёт мой оказался правильным. И хотя геонет имел пока только открытую энциклопедию, отличную от википедии по принципам построения и функциям, социальную сеть ВК, а так же шлюз для скачивания программ для текстового общения, за первую неделю подключилось полмиллиарда абонентов. А за вторую – миллиард. Я активировал несколько сайтов, созданные мной, для тестового, а главное – самостоятельного наполнения геонета пользовательским контентом – сайт Абстерго, сайт с движком форумов – «Гео.гео», а так же сайт с любительской литературой. И понеслась! Совершенный во всех смыслах алгоритм перевода, работающий на серверных суперкомпьютерах, обеспечивал возможность всепланетарного общения. Первым, после «Вконтакте» и Абстерго, в геонет пришёл Фейсбук, загрузив свой движок на спутниковые сервера Абстерго. Потом – валом повалили! Все. Пришлось разрешить их проблемы аукционом.
Проект приносил прибыль, но, так как был, мягко говоря, нематериален и не заметен, а тариф в десять мегабит стоил столько же, сколько сто мегабит у остальных провайдеров, в качестве «домашнего интернета» не прижился. Прижился он только в бизнесе – , но зато крепко прижился. Почти полусекундная задержка в скорости доступа, из-за удалённости спутника, так же мешала использовать его для общения по ip-телефонии или игр. Зато где-нибудь на буровой посреди океана, или маленьком островке, модемы были у всех. Кому надо по делу – платные каналы, кому для себя – бесплатные…
48. Кораблестроение для чайников.
Следить за городом Екатеринбург было интересно. Для нас, искинов, реальность – как компьютерная экономическая стратегия. Только в реальности всё намного сложнее, но и игрок – не органик, поэтому восстанавливался статус-кво экономической стратегии. Накладки… случались. Но не так, что бы всегда и регулярно. Больше мелкие неприятности, или неудачи экономического плана, ошибки. Но не фатальные – это то мы могли предупредить, оценить риски и зарезервировать средства в счёт возможных потерь. Потери Абстерго были большими – больше миллиарда за полгода, но на фоне прибылей – смотрелись блекло, прибыль оценивалась в сто двадцать четыре миллиарда евро. За полгода. Это доходы в наличных средствах. Половину из них составляла область «Компьютеры и ПО», четверть – промышленная автоматика и оставшаяся четверть – доходы от остальных предприятий – авиация, локомотивы, ДВС, продукты питания, электрика, стройматериалы, транспортные услуги… В среднем, чистая прибыль составляла не более тридцати процентов от общей. Тридцать семь миллиардов чистой прибыли – большая их часть за эти полгода была пущена на развитие бизнеса и убыточные, но нужные, социальные и военные проекты. Государство получило почти двадцать пять миллиардов долларов налогов от Абстерго – деньги были тут же отданы обратно, в счёт евробондов, но суть осталась та же – государство просто купило на них товар, причём – почти по себестоимости, то есть по дешёвке. Стоимость одного Су-34 – четыреста миллионов рублей, одного автомата – сто тысяч, одного комплекта радиоэлектроники для танка – миллион, один Ту-160 – пять миллиардов… А на подходе ещё четыре корабля, по тридцать миллиардов за каждый. Деньги возвращались, вот только общее количество долгов России уже перевалило за два триллиона евро. Из них половина – это цена созданной промышленности – авиационный завод под Торжком, шесть крупных нефтеперерабатывающих заводов, переоснащение ста тридцати двух предприятий, строительство семнадцати аэропортов международного класса, строительство дорог…
Вторая половина долга – это цена продукции, произведённой в Абстерго. По моим подсчётам, прибыль от ПЛАНА будет не менее пяти триллионов, а значит, эти деньги мы вернём в любом случае. Годовой бюджет стран-конкурентов – от двух до четырёх триллионов, было бы грустно разработать такой планище, операцию века, и всего лишь пощипать немного денег, столько, сколько конкуренты за год тратят.
В июне подошёл срок спуска на воду танкера. Остап Бендер – специалист по «относительно честному» зарабатыванию денег. В его честь и назвал супертанкер… Танкер… спустили на воду. Без лишней помпы, собрались только рабочие верфи. Гигантская туша сдвинулась с места на салазках и плавно опустилась в воду, подняв большую такую волну. После этого начали загружать балласт – до тех пор, пока не придёт время использовать танкер по назначению, его задачей будет возить чистую питьевую воду. И ведь в чём фишка – его можно было сделать вместительнее на сто тысяч тонн. Но вместо этого я установил впрок оборудование – танки внутри были сделаны из толстого, негорючего, дюрапласта, в них можно было возить вообще… всё. Танк – это гигантское инженерное сооружение, контейнер-куб, со стороной в тридцать два метра. Танки могли быть разными, они изготавливались отдельно и могли иметь различное оборудование. Герметичные танки могли быть заполнены газом, поддерживать низкую или наоборот, высокую температуру, различную влажность и сухость… это был задел на то время, когда нефть, как топливо, исчезнет и надо будет возить наливные грузы различного назначения. Сейчас я просто решил погонять танкер по будущему маршруту. Но не просто так – с питьевой водой, в виде льда. Установили танк с климат-контролем и загрузили его питьевой, артезианской, липецкой водой. Танк с климат контролем был пластичный, так что вода внутри превратилась в лёд без каких-либо спецэффектов, вроде микротрещин при расширении…
Ходовые испытания на полном ходу танкер выдержал на ура, после тщательного, но быстрого осмотра, он получил флаг, команда из двенадцати человек приняла корабль. На корабле не было оружия, несмотря на всю опасность региона – вооружёнными могут быть только корабли ВМФ.
– Утро доброе, Александр Александрович, – поприветствовал я главкома ВМФ.
– Кто звонит? – не понял он, – представьтесь.
– Я директор корпорации Абстерго. Мне необходимо обсудить с вами один вопрос…
– Обсуждайте, – коротко и по-военному сказал он.
– Сейчас на нашем стапеле под Архангельском стоят пять кораблей. Четыре УДК и один танкер. УДК будут спущены в декабре, а танкер – уже в июне…
– И? – он явно сменил гнев на милость, так как говорил с не чужим человеком, а поставщиком-судостроителем.
– Дело обстоит так. Танкеру предстоит в основном ходить в опасном регионе, у берегов Сомали. Согласно морскому праву вооружения на кораблях быть не должно, а частным военным компаниям я не доверяю…
– У вас что, нет охраны?
– Упаси боже, мы крупнейший поставщик армии, у нас есть и охрана, и оружие, вплоть до крылатых ракет. У нас нет возможности его применять, так как это нарушит законодательство. Я бы мог попросить товарища президента обеспечить конвой – учитывая, сколько Россия нам должна, он обрадуется возможности отработать так часть долга. Но это уже не устраивает меня…