овно кожу содрали. Распахнув глаза, она увидела, как металл, раскалённой водой, стекает с рук. Кожа наливается волдырями и неимоверно становится больно. Чародейка падает на пол в порыве лишиться чувств.
А стены за ее спиной заходятся пляшущим огнём, что облизывает шёлк обоев, оставляя за собой пепельные лоскуты. Не помня себя от боли, девушка на корачках ползёт к пентаграмме. Изгонять демонов она не умела, но фокус с пространственным карманом можно повторить. Перед ней падает обугленная балка. Верхние перекрытия не выдерживают и начинают слетать с потолка. Хлоя, загнанная в угол, озирается по сторонам. На неё наступает Розенштайн с ритуальным ножом. Элис призывает силу и ноги женщины спеленывает жёсткая лиана девичьего винограда. Она падает, нелепо размахивая руками. Младшая Бернар кидается в сторону к пентаграмме и начинает что-то рисовать. Дракон машет из стороны в сторону головой с зажатым в зубах демоном.
— Что ты делаешь? — спросила Элис, неуклюже садясь возле блондинки.
— Разрыв связки, — коротко обрубила Бернар.
— Нельзя, — ведьма попыталась отобрать уголь, — он станет свободным…
— Нет, — девушка помотала головой. — за столько лет они стали единым целым, его затянет туда откуда он пришёл, а ее накроет волной силы…
Элис изумленно уставилась на подругу по несчастью. Девушка сдула со лба светлую кудрявую прядь.
— Ты сможешь зажечь пентаграмму? — спросила она, поднимая глаза. — Что ты так смотришь? Как только я стала догадываться, залезла в ее библиотеку. «Практическая демонология».
Ведьма присмотрелась к блондинке, отодвинулась и решила не мешать. Ей-то какая разница, что там случится с Розенштайн и ее демоном. Главное свалить из этого места побыстрее. Ну и запястья чем-нибудь перевязать.
Дракон взвыл и снова выпустил сгусток огня. Да он такими темпами все сожжет. Неудачный поворот массивной туши и стена, что ещё недавно закрывала пусть к свободе, окончательно покинула этот мир, брызнула старой штукатурной и свалилась наружу.
— Давай, — в самое ухо рявкнула Хлоя. Элис бы рада была бы дать, только не понимала, что именно. — Просто наполни руны силой…
— Не магией крови? — дотошно уточнила у собеседницы.
Бернар призадумалась, губу прикусила, словно вспоминая что-то.
— Нет… — как-то неуверенно прозвучало. — В книге было написано напитать руны силой, про кровь ничего не было.
Алисия вздохнула. Несмело коснулась бурлящей внутри магии. Она, как полноводная река билась о берега, стоит только дать слабину и пробьёт платину. Но ведьма держалась. Не чувствовала рук с обгорелой кожей, ни саднящего затылка. Лишь мелодия набатом отзывалась в голове, чтобы разорвать границы сознания.
Когда пентаграмма вспыхнула, Элис хотела улечься рядом без сил. Кричала Тесса, ее тело выворачивало, как тугую струну, пальцы скрежетали по деревянным полам, изо рта пеной выступала слюна. А демон резко оказался стоявшим внутри рунической ловушки. Он бесновался, бился в ему одному видимые стены, чтобы через мгновение подернуться дымкой.
В воздухе витал запах озона, что сопровождал каждый разрыв пространства. Хлоя трясла ведьму за плечо и говорила, говорила…
А потом Алисию перетряхнуло и она, неудачно подскочив с пола, почти соприкоснулась со стеной огня. Дракон висел в воздухе за разрушенной стеной. Тут блондинка снова дёрнула девушку чуть выше локтя.
— Забери меня с собой? — измазанная в гари, в оборванной сорочке, она не казалось такой стервозной как при каждой их встрече.
— Зачем? — собственный голос, как из глубокого колодца, разлился эхом.
— В семнадцать лет меня изнасиловал в алькове гостевого крыла деловой партнёр отца, — она криво усмехнулась. — После этого батюшке перепало тридцать процентов акций из совместного предприятия. В девятнадцать отец сам меня подложил под министра финансов и получил ссуду с мизерной ставкой. В двадцать ему понадобились связи в судебной системе, и я два года была любовницей городского судьи. У него дочь почти моя ровесница. Мне продолжать?
— Я исчезну из этого городка и выходи спокойно замуж за некроманта, — заверила несостоявшаяся жертва ритуала, — не вижу смысла тебе бежать.
Хлоя вцепилась в локоть девушки мертвой хваткой. Они стояли возле разрушенной стены, а за ними полыхал зал. Элис понимала, что сейчас совсем не время для выяснения отношений, но тем не менее блондинка не сдавалась.
— Ты совсем ничего не понимаешь? — вызверилась Бернар. — Отцу нужны земли Стенли. Я должна была его очаровать. Идея с замужеством полностью моя, хотя отец ее одобрил. Но мне от Грегори нужна защита. Я думала как только выйду за него, эта грязь уйдёт из моей жизни. А сейчас понимаю- нет. Я и дальше буду высокородной шлюхой, только замужней. А некромант… Он тебя, ту в которую влюблён, уберечь не смог. А меня не только возненавидит, хуже… Ему будет плевать на меня. Поэтому я хочу бежать…
Ее слова неприятно царапнули Алисию. Ей не хотелось думать о Грегори, а Хлоя будто бы поковырялась в ещё не затянувшейся ране грязными пальцами. И что делать ведьма не знала. Она, вообще, не представляла, что будет, когда окажется дома. Тоже наверно побежит. Отец не оставит выбора, а ещё раз молча, с покорностью овцы, которую ведут на убой, исполнять повеления родителя она не хочет.
А тут ещё блондинка… Их вместе на пороге дома Гордон будет ждать не самым радушный приём.
— Через три дня жди меня в парке, — решилась ведьма и плеть винограда надежно спеленала Хлою. Она отпускала кокон с брыкающейся жертвой предельно осторожно, только когда ощутила землю, смогла отозвать силу и лиана проворно затерялась в кустах.
Самое сложное решиться на прыжок. Тем более на спину дракона. Он спикировал ниже, чтобы ведьма точно не промахнулась. А тут ещё нога, что кровит и кость будто выворачивает. Но когда за спиной рухнула несущая балка- не до меткости стало. Элис рухнула на спину ящеру с изяществом куля с картошкой. Хвала богам, крылатый не подкачал.
— Ты знаешь где находится Кассоди? — прокричала девушка через порыв ветра, сидя между гребнями на спине дракона.
Глава 42
Одна из башен поместья Сватор полыхала. Грегори понял, что опоздал. Не давая отчаянию заглушить голос разума, он пришпорил коня.
В голове трепыхалась одна мысль: только бы была жива. Пусть эта чокнутая ведьма будет жива. Плевать на все остальное. Спешившись он забросил поводья на сук дерева, а сам устремился к горящему зданию. Из кустов гневно и истерично прокричали:
— Стенли! Помоги мне! — мужчина дёрнулся на голос и в раскидистых кустах роз увидел связанную лозой винограда Хлою. Он опешил, но тем не менее принялся вытаскивать девушку из зарослей. Она ругалась под нос. Была оборвана, изгваздана в саже.
— Где Элис? — продавив комок в горле, спросил некромант. Под его пальцами ветви, что опутывали фигуру девушки рассыпались прахом. Она звонко чихнула.
— Понятия не имею куда улетела твоя ведьма, — гнусаво и ворчливо отозвалась Бернар, высвободив руку и совсем по-плебейски вытерев нос ладонью. — Она меня вышвырнула как кутенка, а сама верхом на драконе испарилась в ночи…
У Грегори отлегло от сердца. Им обоим был известен лишь один дракон, который смог бы прийти на помощь. Значит она в безопасности.
— Что здесь происходит? — над ними возвышался шериф, помятый и несобранный. Даже воротничок расстегнут. А за ним скромно маячил молодой секретарь.
И Хлоя стала рассказывать. По мере повествования у мага волосы вставали дыбом. Она несвязно, словно торопясь, выдавала историю про свою наставницу, что ополоумела и вызвала демона. Как демон этот выполнял ее приказы. Госпожа Тесса отчаянно хотела пристроить воспитанницу в руки одного некроманта, а ведьма, так некстати появившаяся здесь, очень мешала. К концу девушка выдохлась и предположила:
— Возможно, ее еще можно допросить, — на неё накинули один из мундиров служивых. В непомерно длинных рукавах она прятала озябшие руки. — Когда мы с Элис зажгли пентаграмму, она была жива.
Некромант поджал губы. Все, что ведьме пришлось пережить это только его вина. Его не оправдывает опоздание, скандал и слова. Он, тот кто должен защищать и оберегать, сам толкнул девчонку в руки похитителей.
Двое огненных магов, что прибыли в компании шерифа пытались затушить драконье пламя. Выходило так себе. Но тело удалось вытащить, а допросить нет. Дух не отзывался, а поднимать зомби из того, что осталось-лишено смысла.
Через час приехал Бернар старший. Он разбрызгивал слюну, как заправская кобра яд. Хлоя нацепив свою излюбленную маску недалёкой, капризной дочурки разревелась и норовила свалиться в обморок. Таким поведением она доходчиво дала понять, что дальше разговаривать не будет.
Френк продержал Грегори до рассвета на месте проишествия. Увы, чего-то большего узнать не удалось, поэтому когда небо стало наливаться золотом, местная исполнительная власть в лице седовласого мужчины уточнила:
— Значит все эти убийства дело рук демона? — он потряхивал в ладони жестяной коробок с леденцами. Звук резал по нервам.
— Возможно… — безразлично отозвался некромант. Он не знал, что делать дальше. Где искать Элис. И стоит ли. Если она не появится в поместье, значит ушла, как он и просил.
— О чем ты думаешь? — поинтересовался Тальбот, не выдержав и закурив.
Грегори не ответил. Он сидел на земле, уперев локти в колени. И встречал рассвет. Первый без неё.
***
Рассветные сумерки прорезал первый луч солнца. Элис свалилась с дракона прямо под ограду родительского дома. Народ в этот ранний час, завидев и услышав крылатую ящерицу, что топталась на мощённых плитах дороги, опасливо жался носами к окнам. Кто посмелее-высовывал носы за дверь. Но расслышать как девушка благодарит мудрое создание никто не мог. А потом лазоревый змей ткнулся мордой в плечо ведьмы и в прыжке взлетел в небо.
Ворота отворял камердинер отца, Юст. В ночной сорочке до пят и с колпаком на лысеющей голове он казался уютным. И родным. Настолько, что Алисия чуть не прослезилась. А он с благоговейным ужасом придерживал кованную створку и пытался осенить девушку божественным знамением. Немудрено. В рваном, опалённом платье, босая, вся в синяках, с кровоточащими запястьями, рассеченным затылком и рваной раной на бедре, она была больше похоже на зомби, чем на юную госпожу.