Спаситель мира — страница 90 из 133

Амазонка остановилась перед дверью в зал А. Она медленно выдохнула из легких весь воздух и сделала глубокий вдох, надеясь таким образом замедлить биение сердца. После чего толкнула сразу обе створки и решительно вошла.

Маленький, с голыми стенами зал заседаний выглядел как большинство внутренних помещений Нового Иерусалима: он был составлен из сборных элементов, предназначенных для быстрого монтажа без расчета на долговечность, функциональным, но без малейших эстетических запросов. Кстати, как и повсюду в гигантском военном лагере, здесь уже виднелись признаки обветшалости. Некоторые сборные пластины покорежились от уличной жары, на стыках стали появляться бурые разводы по мере того, как крошечные песчинки пробивали себе дорогу, несмотря на самые мелкозернистые защитные фильтры. Тусклое освещение затуманивало зрение, а едкий запах химических моющих средств раздражал ноздри. Все шестьдесят стульев для возможной публики были пусты.

В глубине за стоящими в ряд столами сидели одиннадцать человек, среди них шестеро весьма высокопоставленных. Шестеро! Для Клоринды это был удар.

Она ожидала, что предстанет перед главнокомандующей полком амазонок, полковником Изабеллой Павийи, а также своим капитаном, ветераном Джулией Балтазар, под чьим непосредственным командованием находилась, ну и, возможно, несколькими административными чинами полка амазонок.

Однако, кроме этих людей, явились и несколько высших армейских чинов, а главное, некоторые сеньоры! Большинство из них итальянка знала в лицо. Тут был главнокомандующий наземными силами, а еще генерал-советник (один из двух руководителей авиагруппы истребителей-перехватчиков), два драгунских полковника и подполковник танкового полка. Она сразу узнала маркиза де Вильнёв-Касеня, исполнительного командующего армиями крестоносцев, по-прежнему остающегося на этом посту, несмотря на свою вопиющую некомпетентность, графа Тулузского Раймунда де Сен-Жиля, а также мерзкого Ознена Тафура, которого все считали правой рукой Роберта де Монтгомери, хотя он официально покинул свой пост после того, как его шеф получил высшую должность Praetor peregrini.

Беспокойство Клоринды резко усилилось. С какой стати для того, чтобы выслушать, как простая амазонка – пусть даже недавно получившая чин лейтенанта – отчитается о задании, не имевшем никакого стратегического значения, собрался такой ареопаг? Но едва вопрос сформировался, ответ хлестнул ее, как пощечина. Это было так очевидно.

Клоринда прошла последние метры, отделявшие ее от расстеленного параллельно столам ковра. Для нее не предусматривалось ни стула, ни стола, значит все время слушания ей предстояло стоять. При ее приближении члены комиссии, которые переговаривались между собой, умолкли.

Оказавшись перед полковником Павийи, она соответственно армейским формальностям вытянулась по стойке смирно, не упустив ничего из строжайше регламентированного приветствия, а затем, по знаку старшего по званию, приняла стойку вольно. Клоринда держалась очень прямо, устремив глаза вдаль, на воображаемую линию горизонта. Ее чувство долга и уважение к властям предержащим предписывали ей беспрекословно подчиняться любому требованию, диктуемому военной субординацией; и в то же время она не собиралась ни выказывать излишнее смирение, ни позволить себя запугать.

– Будьте любезны представиться, – сурово приказала ей полковник.

Клоринда догадалась, что весь этот цирк чудовищно раздражает Изабеллу.

– Амазонка Клоринда ди Северо, полк амазонок, двадцать третье штурмовое мобильное подразделение, личный номер семьсот девять АКВ семьсот четыре, госпожа полковник.

Та активировала лежащую перед ней административную панель, быстрым движением указательного пальца создала новый документ и что-то записала стилусом.

– Амазонка Клоринда ди Северо, сегодня вас вызвали на данное заседание следственной комиссии, чтобы объяснить обстоятельства, приведшие к провалу вчера задания по снабжению наших войск. Хотя собравшаяся комиссия не является судебным органом, тем не менее вы будете давать показания под присягой. Хорошо ли вы понимаете, что это означает?

– Не только понимаю, госпожа полковник, но и намереваюсь воспользоваться предоставленной мне возможностью пролить свет на эти события.

Услышав это граничащее с дерзостью заявление, полковник Изабелла Павийи удивленно приподняла бровь, но все же продолжила:

– Напоминаю комиссии, что вышеозначенное задание состояло в пополнении запасов КРАС – тридцать четыре, расположенного на полдороге от южного фронта в секторе… э-э… – она быстро глянула на панель, – в секторе дельта-семнадцать. То есть, – добавила она, метнув укоризненный взгляд на Клоринду, – в зоне, в принципе давно уже освобожденной от всякого вражеского присутствия.

– В принципе… – не удержавшись, заметила молодая женщина.

– Амазонка ди Северо! – тут же рявкнула капитан Джулия Балтазар. – Не забывайте, с кем разговариваете!

Понимая, что преступила границы, Клоринда опустила голову:

– Приношу свои извинения, госпожа полковник.

Изабелла Павийи помолчала, желая продлить унижение, после чего суровым голосом продолжила:

– Амазонка ди Северо, а теперь, ничего не умалчивая и не искажая, сообщите комиссии имевшие место факты, начиная с получения вами приказа.

– Слушаюсь, госпожа полковник.

Клоринде пришлось справиться с внезапно охватившей ее дурнотой. Это задание оказалось для нее тяжелым испытанием, и вновь пережить его, даже на краткое время доклада, было невыразимо мучительно.

– Вчера утром, в момент подъема отряда, то есть в пять тридцать, офицер из контрольной баш… из операционного командного центра связался со мной, чтобы официально сообщить, что в связи с ранением, полученным лейтенантом Монмарлон на северо-восточном фронте, мне предписано принять командование моим подразделением.

– Почему? – прервала ее полковник Павийи. – Хотя вы амазонка первого класса, но не являетесь ни старшей по званию, ни наиболее опытной в своем подразделении.

– Не знаю, госпожа полковник. Могу предположить, что этому отчасти способствовал мой статус метавоительницы, а также недавно полученные награды за сражения.

– Продолжайте.

– В тот день перед подразделением была поставлена простая задача: сопровождать транспортную колонну со снабжением, предназначенным для КРАС – тридцать четыре в секторе дельта-семнадцать. КРАСы – это малые форты с автоматической защитой, позволяющие складировать оборудование, боеприпасы или продовольствие для…

– Амазонка, нам известно, что такое КРАС.

– Э-э-э… разумеется. Прошу прощения, госпожа полковник. Как я уже сказала, меня в последнюю минуту назначили командовать этой операцией, и я была полна решимости выполнить задачу так же хорошо, – и даже лучше, подумала она, – как любой офицер. В шесть тридцать я собрала подразделение у южных ворот в ожидании колонны из четырнадцати «Косаток», которые нам предстояло сопровождать. В этот момент я узнала, что нам придается подкрепление из половины отделения пехоты… Тридцать два солдата саперного батальона, отданных под командование амазонки… я сразу поняла, что управление эскадроном будет непростым делом.

Один из двух драгунских полковников, сидящих на другом конце стола, вздрогнул.

– Вы намекаете, что пехотные войска не умеют подчиняться приказам? – воскликнул он.

– Полковник, – тут же прервала его Изабелла Павийи, – напоминаю, что, согласно военному процессуальному кодексу, только я в этом собрании правомочна обращаться непосредственно к свидетелю, поскольку она…

– …поскольку она является амазонкой, – бесцеремонно закончил за нее полковник. – Да, да, я знаю. Но это не дает ей право оскорбительно высказываться о пехоте.

– Разумеется, – продолжала Павийи, – однако согласитесь, что солдаты часто не склонны подчиняться офицерам других родов войск. Тем не менее, – она подняла руку, предупреждая новую реплику полковника, – я прошу вызванную амазонку с настоящего момента воздержаться от любых оценочных суждений, которые не имеют непосредственного отношения к ее рассказу.

– Слушаюсь, госпожа полковник, – кивнула Клоринда.

Она только что поняла, что обе представительницы ее полка здесь не для того, чтобы выдвинуть против нее обвинения, как она поначалу подумала, а, напротив, чтобы защитить. Становилось все более очевидно, что она невольно оказалась замешана в какую-то борьбу в штабных верхах, где в связи с новой ситуацией каждый стремился занять наиболее выгодную позицию. Причем ситуацией, сложившейся из-за ее предварительного рапорта, поданного накануне вечером. А если точнее, то из-за специфической выдержки из этого рапорта, чья взрывная сила не вызывала у нее сомнений.

– Мы отбыли почти в назначенное время, – продолжила она. – Только механическая неполадка в одной из «Косаток» вынудила нас потерять четверть часа для ее устранения. После чего четырнадцать транспортников, пятьдесят четыре амазонки и тридцать два сапера отправились в путь в направлении к дельта-семнадцать. Первые пять часов задания прошли без инцидентов. Как обычно, почва была неровная, но нам не встретилось ни одного препятствия, не преодолимого для «Косаток». Сложности начались сразу после полудня, когда мы достигли сектора дельта-двенадцать.

Жара стояла невыносимая, и экипировка с трудом поддерживала внутреннюю температуру на терпимом уровне. Хотя риск контакта с врагом был минимален, я приказала полевым контролерам постоянно перемещаться между началом и хвостом колонны, чтобы их данные корректно перепроверялись. Дул сильный ветер. Повсюду вокруг нас постоянно рождались и умирали десятки маленьких торнадо, а некоторые порывы были настолько сильными, что нас иногда чуть не сносило с боевых бипедов. Чем дальше мы углублялись в сектор, тем многочисленнее и длиннее становились провалы, вынуждая нас в очередной раз пускаться в обход. Поскольку края провалов часто нестабильны, следовало проявлять осторожность – иногда чрезмерную – в выборе маршрута, и эти постоянные зигзаги начали раздражать отряд. К несчастью, случилось то, что должно было случиться. В пятнадцать часов пятнадцать минут колонне пришлось окончательно остановиться.