В конце концов, какая разница, кто отец этого ребенка? Кристина Юрьевна права. Я мама этого ребенка, а остальное дело десятое.
Сидя в удобном кресле в расслабленной позе впервые за долгое время я улыбалась и не думала обо всякой ерунде. Было так хорошо и спокойно на душе, что словами не передать.
– Здесь я записала свои контакты. Если есть жалобы, вопросы, что угодно – звоните и пишите в любое время дня и ночи.
– Спасибо большое Вам, – я приняла из рук врача рецепт на несколько страниц и искренне поблагодарила. – Как плотно у Вас расписана запись? Мне нужно заранее планировать следующий приём?
– Ольга Владимировна, без осмотра мы Вас не оставим. Насчет записи уточните у администратора. Если какие-то форс-мажоры, номер мой у Вас есть.
– Спасибо большое еще раз.
Спустя несколько часов я наконец покинула кабинет врача с облегчением на душе.
Работа ждала. Никто не решал за меня вопросы холдинга, и Настя справлялась не со всеми моими задачами. Стоило бы поехать в офис, но сейчас мне хотелось совершенно другого.
Выйдя из клиники на морозный воздух, такой чистый и свежий, мне очень захотелось перекусить где-нибудь, никуда не торопясь.
– Маме хочется жареных морских гребешков. Ты как, Малыш? – Кроха, конечно, никак не отреагировал, но я сочла молчание за согласие и села в машину, чтобы доехать до какого-нибудь вкусного ресторана.
Беременность, оказывается, в корне меняет восприятие реальности.
Я всегда думала, что если и буду носить ребенка, то в моей жизни ничего не изменится. Подсознание рисовало картинку стильной молодой мамочки, которая с прической, макияжем и на каблуках спешит с одной встречи на другую, а после едет в ресторан с подружками.
Как наивно…
Конечно, с наступлением беременности я не забыла о себе и работе, но в одночасье все вокруг изменилось.
Больше не хотелось спешить со встречи на встречу, я с большим удовольствием сидела в машине и смотрела на свой живот, которого еще не было видно.
Открывая шкаф с одеждой, я прежде всего думала не о цветовых сочетаниях а о комфорте ребенка. Откладывала в сторону туфли на каблуке, узкие юбки и слишком тугие блузки.
Жизнь не стала крутиться вокруг моего живота, но я определенно принимала во внимание тот факт, что не могу продолжать жить ровно так, как делала это раньше. Теперь необходимо учитывать требования пузожителя.
– Ваши гребешки с ягодным соусом. Приятного аппетита. Может быть, желаете что-то еще?
Вдыхая потрясающий аромат блюда от шефа, я косилась на молодого пронырливого официанта, который улыбался мне во все тридцать два зуба.
– Хочу что-нибудь шоколадное.
– Ммм… Могу предложить Вам наши авторские конфеты с бразильским орехом, прослойкой из соленой карамели и манговой начинкой.
– Что-то более шоколадное…
– У нас есть новая позиция в меню, это десерт «Три шоколада». Желаете попробовать?
– Принесите сразу два, пожалуйста, – парень улыбнулся еще шире, услужливо кивнул и быстро ретировался от моего столика в кухню.
Попытки оттянуть работу продолжались бесконечно долго.
После двух наивкуснейших десертов я решила отведать еще и фирменного морса, а потом снова проголодалась и заказала овощной салат.
В общем, обед плавно перетек в ранний ужин, и опомнилась я, когда продолжать пинать балду было уже просто неприлично.
Настя не звонила. Я тешила себя надеждами, что помощница справляется со срочными задачами, а значит у меня нет поводов для беспокойств.
Честное слово, я почти собралась с мыслями, чтобы поехать в офис. Даже открыла дверь машины, припаркованной недалеко от ресторана на площадке рядом с бизнес-центром, как вдруг…
– Руслан, привет. Можно к тебе?
Ошарашенный муж подруги стоял у панорамного окна в своем кабинете и через опущенные жалюзи смотрел на улицу, параллельно разговаривая с кем-то по телефону.
– Юрий Петрович, давайте созвонимся с Вами завтра, хорошо? Всего доброго. Оля? Проходи, конечно, садись. Кофе будешь?
– Нет, нет, я только из ресторана.
Садясь в машину на парковке, я поняла, что в офисном здании в нескольких метрах от меня работает Руслан. Мы с Людой пару раз заезжали к нему, чтобы отдать какие-то бумаги, но, признаться честно, я едва вспомнила на каком этаже он работает.
Мы с мужчиной не были хорошими приятелями, так что в его офисе я не была частой гостьей. Но именно сегодня я поняла, что мне жизненно необходимо поговорить ни с кем иным как с Русланом.
– Я, конечно, рад тебя видеть, но… Зачем ты здесь?
– Поговорить с тобой. Это глупо, но мне кажется, что именно тебе я должна все рассказать. Ты должен понять.
– Насчет… – мужчина кивнул на мой живот, и я как бы в подтверждение его словам хлопнула ресницами. – Да, конечно. Подождешь минутку? Я попрошу Вику меня не беспокоить.
Мужчина вышел в приемную, где за большим столом сидела его неизменная помощница – круглолицая пышка Виктория, девушка с аналитическим складом ума, тремя высшими образованиями и полным отсутствием интереса к личной жизни.
Руслан вернулся через несколько минут с двумя чашками зеленого чая и тарелкой со свежей выпечкой.
– Угощайся. Прости, я просто только сейчас понял, что без обеда. Нужно перекусить.
– Приятного аппетита, – я притянула к себе чашку с ароматным чаем и обхватила ее двумя руками, чтобы ощутить тепло. – Я еду от врача.
– Я догадался. Отец ребенка не Борис, да?
На мгновение я подняла удивленный взгляд, но тут же потупила его и согласно кивнула едва заметно.
– Врач сказала, что нужно смотреть в динамике, но срок не больше трех недель. Борис не может быть отцом.
– С беременностью никаких проблем? Анализы в норме?
– Те, что сдала, в норме. Поводов для беспокойств нет, – Руслан закивал, как будто испытав облегчение.
Мужчина был дважды папой. Причем папой он был таким, что Люде и детям можно было только позавидовать.
Я знала, как он переживал за жену, когда та носила их второго ребенка и мучилась от жуткого токсикоза. Руслан лучше врачей знал какие показатели в анализах им нужно контролировать, следил, чтобы Люда пила все необходимые таблетки и витамины.
О таком муже и отце для детей как Руслан можно было только мечтать.
– Самое главное, что с ребеночком и тобой сейчас все в порядке.
– Знаю, знаю. Но… Я в растерянности. С одной стороны, очень радуюсь беременности, хочу, чтобы все было гладко. А с другой, эта неразбериха с отцовством, которую я сама и создала. Что мне теперь делать? К кому обращаться за советом?
– Только к самой себе, – Руслан сделал большой глоток чай и посмотрел мне в глаза так, как будто заглянул в самую душу. – Оль, у тебя есть два чудесных мужчины. Они оба ответственные и взрослые люди, которые, я уверена, согласятся помогать тебе с беременностью и ребенком при любом раскладе. У тебя есть семья, у тебя есть мы с Людой. У тебя есть ты сама в конце концов. Ты невероятно сильная и мудрая женщина, которой под силу справиться со всеми сложностями. Единственное, что ты должна решить сейчас: чего ты искренне хочешь. С кем ты будешь действительно счастлива?
– Руслан, я буду матерью, делай скидку на это. Как я могу остаться с Борисом? Это будет нечестно по отношению к Кириллу, ведь это его ребенок. Да и как я могу повесить на мужа чужого ребенка? И что мы потом скажем ребенку? А если уйду к Кириллу… Борис, холдинг – репутации конец. Что скажет пресса? Ото всюду будут трубить, что я родила от любовника!
– Оля, Оля, Оля, – мужчина пересел со своего места на стул, который стоял рядом со мной, и взял мои руки в свои, чтобы прервать поток бесконечных нечленораздельный аргументов. – Ты меня слышишь? С кем будешь счастлива ты? Подумай о своем счастье. Не о счастье мужа, не об успехе холдинга, не о статьях пронырливых журналистов, а о себе.
– Я не смогу быть счастлива, если будут несчастны ребенок, муж, Кирилл… Это все связано и так сложно!
Закрыв лицо руками, я уткнулась в колени и едва не взвыла от бессилия.
Почему нужно что-то решать и выбирать? Почему проблема не может решиться сама собой без моего участия?
Я злилась на ситуацию, на себя. Из-за глупого стечения обстоятельств я сейчас была в крайне дурацком положении. И кого винить?
Мужа за то, что изменил и ушел из семьи? Кирилла за то, что оказался в ненужное время в ненужном месте? Себя за то, что поддалась искушению и заварила эту кашу?
– Давай отталкиваться от очевидных фактов, хорошо? Ты же понимаешь, что Кириллу придётся сказать правду? Он потерял одного ребенка, ты не имеешь права отобрать у него второго.
– Знаю, – сказала едва слышно, откидываясь на спинку стула. – Если скажу, он захочет принимать участие в воспитании. Это тоже очевидно.
– Тогда, если ты выберешь остаться с Борисом, нужно будет сказать правду и ему.
– Журналисты будут в восторге от такого расклада! – я громко рассмеялась, представляя, какие кадры фотографы будут ловить на наших прогулках: семья Миролюбовых и их главный конкурент Корнев с общим ребенком на прогулке.
Нормальные люди браки заключают, чтобы объединить семейные бизнесы, а я решила ребенка родить. Вот молодец Оля, ничего не скажешь!
– Забудь об этих писаках. Какое право они имеют лезть в вашу семью? Я к Люде и детям этих прошлыг на расстояние пушечного выстрела не подпускаю.
– Я пиарщик, – попыталась парировать, но Руслан строго посмотрел на меня и ледяным голосом произнес:
– Ты мать. А уже потом пиарщик. Так что реши, чего ты хочешь для себя. А ребенок будет счастлив, если будет счастлива его мама. Не наоборот, Оль, правда.
Я и сама понимала, что в словах опытного родителя есть истина. Вот только как решить что-то для себя, если ты решительно не понимаешь, чего хочешь?
Отодвинувшись от стола на расстояние вытянутой руки, я наконец заключила:
– Мне нужно время. Сейчас и без того куча проблем.
– Ты же понимаешь, что просто откладываешь решение в долгий ящик? Его все равно придется принять рано или поздно. Впрочем, все же рано. Люда не узнает, что ты ко мне приезжала, даю тебе слово, – я с благодарностью посмотрела на мужчину и сжала его руку через ткань темного пиджака. – Но ведь все понимают, что на этом сроке ты должна сделать узи, сдать кровь. Невозможно до самых родов не знать срока!