нички и туда. Уговорил сбежать от отца-сатрапа. Привёл в клуб, начал разводить на аукцион, она заупрямилась. Ни в какую не соглашалась, начала ныть, канючить, хотела домой вернуться. Пришлось немного усмирить её нрав, чтоб сломать. Несколько дней была под дозой, но всё равно умудрилась где-то достать телефон и позвонить отцу.
— Элла позвонила ночью, — ещё мне, рассказывал на допросе Корягин, — плакала, просила о помощи, сказала, что с ней случилось и где её искать. Понимаете, мой ребёнок, моя девочка, дочурка, — выпалил со слезами на глазах, — которую холил и лелеял. Дал самое лучшее, ни в чём не отказывал, была в руках у этих подонков. Они на наркотики её подсадили. Твари, — сжал руки в кулаки. — Не дожидаясь утра, и не говоря ничего жене и сыну, поехал в клуб "Рок ночи". Попросил встречу с Хасаном. Я прекрасно знал, кто он такой, и понимал, что так просто дочь освободить не удастся. Пришлось долго его уговаривать, сошлись на том, что я буду на него работать водителем. Всюду следовать за ним и молчать, чтобы не увидел. Иначе он знает, как закрыть мне рот.
Всё-таки не ошибся, когда решил, что слабым местом для него оставалась семья. К Хасанову он попал не по своей воле, а из-за дочери. Страх навредить своей семье заставлял его молчать и только, когда он узнал, что дочь сбежала, выложил всё. Ему уже не чего было скрывать.
— Пришлось продать душу дьяволу, чтоб выручить своего ребёнка. Я спасти её хотел, а ему, как раз нужен был верный и опытный пёс. За год работы на него, многое перевидал. Домой приходил и просто напивался до зелёных соплей. Чтоб всё развидеть, забыть. Жена начала скандалить, предъявлять претензии. Сам предложил развестись, так было лучше. Чем меньше у меня точек давления, тем лучше.
Игорь Ильич Корягин, взял на себя, только вину за сокрытие трупа. Они тогда действительно думали, что Настя мертва, пульс не прощупывался.
Тихон Корягин предоставил огромный компромат на Хасанова. В деле он проходит, как свидетель. В банду к Хасану влился, только чтоб отомстить за сестру, жизнь, который, он хоть и косвенно, но искалечил.
Сегодня после перевязки решил заскочить в отдел, занести заявление Насти о краже денег с её счета. Кто к этому причастен итак понятно, но действовала она точно не одна, разрешение из органов опеки как-то же было получено. Более чем уверен, что Настя не одна такая. Вот пусть разберутся.
— Здорово, ребят, — открыл дверь в наш кабинет, как раз застав всех.
— Кто к нам пожаловал?!
Немного поболтали, пока Соколов с Усмановым не уехали по делам.
— Как Хасан? Небось сидит в отдельной камере, со всеми почестями? По мне, так ареста и срока для него недостаточно.
— Не переживай. Сидит в общей камере. — усмехнулся Палыч. — Вряд-ли он доживёт до суда. Ты же знаешь, что в СИЗО иногда происходят случайные смерти. Он завязан с высокопоставленными чинами, те не церемонится и избавляются, чтобы из не задело. А если учесть, как во всём этом увяз Хасан, ему недолго осталось, — Палыч говорил очень уверенным тоном. — Врагов у него хватает, вот например, брат первой убитой девушки ещё тот отморозок, рецидивист, на нарах с малолетки. Вчера сообщили, что опять загремел за решетку. Сейчас в СИЗО, ждёт суда…
И действительно, через несколько дней, позвонил Палыч и сообщил, что Хасанов погиб во время драки заключённых. Драка произошла в его камере, заварилась каша. Пока охранники растаскивали всех и устраняли беспорядки, Хасанов оказался прирезанным заточкой. Сделал, это брат первой убитой девушки, который намеренно или случайно оказался с ним в одной камере.
Глава 36: Настя
Я вышла на учёбу. Сначала очень переживала, что не вольюсь, буду не успевать, пропущен почти месяц. Но потом освоилась, мне всё нравится. Это то, что я хотела. Мне кажется, это по-настоящему моё.
Когда сидела на парах, полностью погружалась в мир знаний, отключаясь практически от всего. Одна мысль только гложила, разъедая изнутри. Это Максим. Прошло два месяца, его так и не нашли. Ни одного следа. Ни одной зацепки.
В техникуме мне удалось подружиться с двумя девочками, одна из них, тоже из детдома, вторая из района. Девочки очень хорошие, добрые и простые в общении. Они общаются с первого учебного дня, а как появилась я, приняли меня к себе. Им не так повезло, как мне, встретить любимого человека, поэтому они живут в общежитии. Я поделилась с девочками переживаниями о брате, мыслями, что хочу сама начать поиски. В то, что полиция его найдёт или вообще ищет, начала сомневаться. Хотя Вова говорит, что поиски идут.
Оксана рассказала, что знает в городе несколько мест, где обитают беспризорные дети. Этим делились ребята, которых ловили и помещали в детский дом, но через какое-то время они всё равно сбегали. Слишком привычные к свободной жизни.
— Это очень злачные места, туда одной ходить опасно, — предупредила она. — Там малолетние преступники, они воруют, грабят, а может даже убивают. На что-то же им жить надо. Не в коем случаи не суйся одна. Попроси своего Вову. Сходите вместе.
— Конечно. Спасибо, что помогла. Сегодня же съездим, — показываю на первое пристанище в списке, написанный Оксаной. — Если там ничего, поеду по остальным.
Мы вышли на крыльцо, попрощались, девочки ушли в общежитие, а я пошла на остановку. Вова сегодня меня не встречает, поехал в сервис, машина что-то забарахлила. Очень хотелось сразу же отправиться в это место, но страх, пересиливал желание.
— Вова, ты ещё на СТО? — набрала любимому, чтоб рассказать, что удалось выяснить и попросить съездить со мной.
— Да, малыш, тут очередь, ещё несколько часов придётся проторчать. Езжай домой, там встретимся.
— Хорошо, целую.
Мы совсем недавно вместе, но я бы сказала, что у нас полная идиллия. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. Жить вместе начали сразу, и всё у нас проходит гладко. Никакой бытовухи и притирки. Полное взаимопонимание. Я занимаюсь бытом, Вова — добытчик. Обожаю нашу кухню, а готовить на ней, ещё большее удовольствие. Мне иногда не терпится быстрее вернуться домой, чтоб что-нибудь приготовить. Я даже начала снимать процесс приготовления некоторых блюд и добавлять на свою страничку в соцсетях. У меня даже начали появляться первые подписчики. Я готовлю, а Вова — мой любимый дегустатор. Надеюсь, непредвзятый… Потому что после вкусного ужина, его всегда ждёт не менее вкусный десерт. Который, мне кажется ему приходится больше по вкусу.
— Как тебе лазанья? Только честно, — сижу напротив Вовы в предвкушении. Сегодня приготовила лазанью. Рецепт не сложный, но повозиться пришлось. Соус бешамель получился не с первого раза. За то сейчас, готовое блюдо стоит в тарелке перед Вовой, с невероятно ярким вкусом, аппетитные видом и питательными свойствами. Чего стоит только корочка расплавленного пармезана сверху. Надеюсь такое угощение не оставит его равнодушным.
Вова пробует. Молча всё тщательно пережёвывает. Лицо не выражает ни каких эмоций. Неужели не вкусно?… А может пересолила?… Или переборщила с мускатным орехов?…
— Ну, что? Совсем плохо, да? — расстроилась, даже появилось желание, взять и выбросить в мусорное ведро, всё, что осталось. Я пробовала, когда готовила, мне понравилось. Сейчас съела всю свою порцию. Правда, я не знаю, какой вкус должен быть у настоящей лазаньи, я никогда её не пробовала, а в еде я не привередлива. От этого наверное и понравилось. Вова продолжает молчать и поедать, всё, что было в тарелке. — Не ешь, — подошла с желанием забрать тарелку, — а то будет несварение, — выпалила со слезами на глазах.
— Ты, чё удумала, котёнок, — Вова схватился за тарелку, не собираясь мне её отдавать. — Это вкусно… Безумно вкусно… Очень… Очень… Боялся язык проглотить, вот и молчал. Ты чё напридумывала себе? — посмотрел пристально.
— Ты так говоришь, чтоб меня успокоить. Не надо меня жалеть.
— Ты почему такая самокритичная. Я правду говорю. Вкуснее, чем в итальянском ресторане.
— П-п-равда, — спрашиваю, не сдерживая слёз.
— Правда-правда. Ты поела? — спрашивает игривым тоном и подмигивает. В ответ на это невинное подмигивание в груди ёкает сердце. Я могу только кивнуть. В горле пересыхает. Губы стягивает. Облизывает их кончиком языка. Вова внимательно смотрит, как мой язык смачивает губы. — Тогда я хочу свой десерт, — подходит ближе, обхватив одной рукой за талию, второй — сжимает моё лицо в ладонях, говоря в самые губы. Смотрит с вызовом. Жар и трепет в каждой клеточке моего тела. Ощущение, что плавлюсь в его руках, как кусочек сливочного масла, растекающегося жидкостью от тепла ладоней.
— Я сегодня не успела приготовить… — мы застывает у стола. Ладонь Вовы лежит приятным грузом на моей талии. Ощущаю себя полностью под его защитой. Тепло, приятно, уверенно.
— Как же, — сипит и делает паузу. Сильные пальцы перемещаются на мои ягодицы, он подхватывает меня под них, усаживает на стол. Запускает одну руку в короткие шортики, потом в мокрые трусики, окунает палец во влагу, достаёт и облизывает под моим ошарашенным взглядом. — Всё уже готово, — проговаривает осипшим голосом и накидывается с поцелуем.
Начинаю холодными пальцами рвать на нём одежду, чтобы, как можно быстрее обжечься об него, прикоснуться к его телу. А он… Он просто брал то, что уже давно принадлежит ему. Он везде и сразу, а у меня начинает кружиться голова.
— С утра тебя не видел, а пиздец, как соскучился, — шептал, осыпая моё тело поцелуями. Толкнул меня спиной на столешницу и развёл ноги с стороны, открывая перед собой всю, издала тихий стон. — Ты не будешь против, если мы вернёмся к тому утреннему разговору. Я по-прежнему хочу тебя вылизать, ощутить на языке вкус сладкого персика, — тихо произнес и встал на колени передо мной. Вздрагиваю, когда его пальцы переплетаются с пальчиками на моих ногах, а жаркий настойчивый язык трогает мои складочки.
— Боже, Вова! Нет… да… — повторяла, как в бреду. Его язык не прекращал исследовать мою влажность, то и дело задевая самые чувствительные местечки, словно изучая меня.