Постоянное внимание при подготовке личного состава к выполнению задачи уделялось физической подготовке, умению метко стрелять ночью, в том числе из бесшумного оружия, бесшумному передвижению, маскировке в горах, применению приемов самбо и каратэ в рукопашном бою, при захвате пленных, а также при снятии часовых и наблюдателей.
В ходе подготовки большое значение уделялось выработке у офицеров правильных решений в сложной и необычной обстановке.
В практике боевого применения подразделений специального назначения из-за необдуманных действий командиром группы имелись необоснованные потери в личном составе.
Только в одном 1-м отряде СПН имели место два случая гибели людей при форсировании вброд реки Кабул. В 1984 году утонуло 6 человек, а в феврале 1985 года – 11 человек, тогда как в бою погибло всего за январь – февраль месяцы 1985 года – 4 человека.
В принимаемых решениях не учитывались особенности местности, климата, а также индивидуальные качества и подготовка каждого разведчика.
(…)
После выхода групп (отрядов) на выполнение боевой задачи управление ими осуществлялось с центра боевого управления командиром батальона.
(…)
ПУТИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ФОРМ И МЕТОДОВ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ РГ СПН НА КАРАВАННЫХ МАРШРУТАХ И КОММУНИКАЦИЯХ В ГОРНОЙ И ПУСТЫННОЙ МЕСТНОСТИ
Опыт ведения боевых действий показал, что одним из важнейших направлений повышения эффективности действий подразделений СПН в борьбе с караванами являлось максимальное использование возможностей, заложенных в штатной боевой технике и средствах разведки, на основе повышения профессиональной подготовки личного состава, творческого учета разведчиками особенностей обстановки, изучения сильных и слабых сторон противника, тесного контакта с источниками получения разведывательной информации.
Основными путями совершенствования форм и методов ведения боевых действий разведывательных групп на караванных маршрутах и коммуникациях горной и пустынной местности являлись:
глубокое изучение реальной обстановки в зонах ответственности отрядов, своевременная реакция на изменения тактики действий мятежников при проводке караванов;
улучшение взаимодействия с фронтовой, армейской авиацией и общевойсковыми частями по вопросам своевременного боевого обеспечения действий разведорганов;
улучшение взаимодействия с частями радиоразведки в интересах обнаружения караванов и немедленной реализации информации;
боевые действия отрядов с базовых районов, приближенных к караванным маршрутам, в том числе и в пограничной зоне;
широкое использование эшелонированных засад на вероятных маршрутах движения караванов;
активизация деятельности подразделений по минированию вероятных маршрутов движения караванов мятежников с использованием комплектов «Охота», ПД-430, «Реалия-У»;
целенаправленная работа по захвату пленных, повышение оперативности реализации их показателей по передвижению караванов;
эффективное использование воздушной разведки, для чего проводить вылеты досмотровых групп в различное время суток и по различным маршрутам, не допуская шаблонности в их действиях.
Основными мотивами сотрудничества доброжелателей с представителями советских войск являлись:
идейно-политические, основанные на стремлении внести свой вклад в дело борьбы с мятежниками;
материальная заинтересованность;
чувство мести к мятежникам.
В условиях ДРА мотив материальной заинтересованности преобладал над идейно-политическим, что обусловливалось частно-собственнической психологией населения. Усилия начальника разведки направлялись в первую очередь на постепенное воспитание у доброжелателей сознательного отношения к сотрудничеству с советским командованием. Во время контакта с доброжелателем, который обычно осуществлялся в каком-либо государственном учреждении (в противном случае невозможна скрытность работы), ему ставилась задача на сбор информации того или иного характера, в зависимости от возможностей данного человека. Обговаривались сроки получения данных и время последующей встречи. Размер вознаграждения определялся в том случае, если полученная информация будет непосредственно реализована в ходе боевых действий. Как правило, информация, поступавшая от доброжелателя, не представляла особой ценности для разведки, т.к. доброжелатель добывал ее от различных слоев населения (т.е. это было не что иное, как слухи). Непосредственный контакт доброжелателей с мятежниками встречался крайне редко и был сопряжен с определенными трудностями. В то же время доброжелатель заранее знал, что его риск будет недостаточно оплачен, и не шел на это.
Средства для оплаты доброжелателей брались из трофейного фонда частей или в агентурной группе. Трудность в этом вопросе состояла в том, что в трофейном фонде всегда имелись материальные средства и продовольствие, а для того, чтобы получить деньги для оплаты в агентурной группе, необходимо было на каждого доброжелателя завести анкету с его биографическими данными, распиской на согласие сотрудничать с советским командованием и личной фотографической карточкой доброжелателя. Ко всему этому прилагался подтверждающий документ из агентурной группы. Доброжелатели не всегда шли на это, полагая, что в случае утечки информации он будет подвергнут преследованиям со стороны мятежников.
Расширению сети доброжелателей способствовали следующие условия:
упрочение народной власти на местах;
дружеское отношение советских войск к афганскому народу;
тесный контакт с органами народной власти: МТБ и царандоя.
ОРГАНИЗАЦИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ЧАСТЕЙ И ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ СПН С АГЕНТУРНОЙ РАЗВЕДКОЙ, АРМЕЙСКОЙ И ФРОНТОВОЙ АВИАЦИЕЙ, МЕСТНЫМИ ОРГАНАМИ ВЛАСТИ И ВС РЕСПУБЛИКИ АФГАНИСТАН В ИНТЕРЕСАХ ВЫЯВЛЕНИЯ И УНИЧТОЖЕНИЯ КАРАВАНОВ С ОРУЖИЕМ И БОЕПРИПАСАМИ. СОЗДАНИЕ СЕТИ ДОБРОЖЕЛАТЕЛЕЙ В ЗОНАХ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
Части специального назначения в своих зонах ответственности информацию о караванах, бандформированиях мятежников, складах с оружием и боеприпасами, исламских комитетах получали от наших агентурных органов, органов МГБ, царандоя, пограничных частей, от местных жителей и доброжелателей.
Информация, поступающая из различных источников, требовала систематического анализа и тщательной перепроверки с целью исключения возможных случаев поступления дезинформации.
С разведывательными органами и органами МГБ, царандоя, пограничными подразделениями, доброжелателями осуществляется непосредственный контакт при получении разведывательных данных по караванам, исламским комитетам, складам и бандформированиям.
Наши агентурные органы являлись одним из основных источников разведывательной информации о местонахождении караванов, бандформирований и их объектов. На основе их данных командиры соединений и частей специальной разведки принимали решения на разведывательно-боевые действия.
Анализ обстановки показал, что в специфических условиях Афганистана наиболее достоверную и полную информацию о местоположении и характере деятельности мятежников соединения и части специального назначения получали от агентурной разведки.
Оперативные агентурные группы (ОАГ) являлись непосредственными руководителями действующей агентуры на местах и организаторами разведки в зонах ответственности отрядов СПН.
ОАГ оснащались радиостанциями Р-353, Р-354, «Околыш», «Ляпис», которые имеют высокую надежность при больших нагрузках в работе.
С ОАГ, расположенными на значительном удалении от частей СПН, организовывалась и постоянно поддерживалась радиосвязь с использованием шифра специального назначения с дежурным приемом на узлах связи отрядов и штабов бригад СПН, что обеспечивало поступление обработанных данных в отряды через 30–40 минут.
Для проведения занятий по изучению объекта, выработки наиболее целесообразных способов и методов боевых действий привлекались оперативные офицеры ОАГ, по чьей информация планировался выход РГ СПН. Особое внимание уделялось отработке вопросов взаимодействия с приданными и поддерживающими подразделениями и средствами – бронегруппой, авиацией, артиллерией.
Реализация поступающей срочной информации от ОАГ осуществлялась дежурными подразделениями, находящимися в 10–15-минутной готовности в пунктах дислокации на вертолетах или на бронетехнике.
По информации оперативно-агентурной группы 4.04.86 была выведена РГ СПН № 411 в количестве 20 человек в район 15 км юго-вост. Бараки. Высадка группы была проведена на ходу во время движения колонны машин по дороге Кабул – Гардез. Используя темное время суток, складки местности, командир вывел группу в указанное место, где организовал наблюдение. Подошедший караван был уничтожен огнем с расстояния 20–40 м, место боя освещалось ракетами. Одновременно была вызвана бронегруппа. В результате засады были уничтожены караван, состоящий из 7 машин, 27 мятежников, около 12 т боеприпасов. Захвачено большое количество стрелкового оружия, ВВ, выстрелов к БО и РПГ, боеприпасов к стрелковому оружию, медикаменты, документы исламских комитетов. Группа без потерь возвратилась в пункт дислокации.
Командир агентурного органа получал от своих источников информацию о противнике, оценивал ее, перепроверял через другие каналы, после уточнения доводил до командиров соединений и частей специальной разведки по средствам связи, в ходе личной встречи или через своего офицера. Вырабатывал рекомендации по порядку проведения реализации разведданных путем организации засады или налета на объекты противника. При этом он указывал наиболее удобные места и время проведения засады (налета), выделял проводников (наводчиков) для вывода подразделений на объекты противника. Дата и точное время проведения засады или налета проводнику не сообщались. Так, например, положительный результат работы с наводчиком дали боевые действия 100 разведывательного отряда в марте 1985 года. В результате реализации полученной информации от разведывательного органа с привлечением наводчика в кишлаке Арабан (улусвали Сурхруд) был уничтожен центр мятежников по подготовке специалистов минирования, а в последующем уничтожен караван с противотанковыми минами.