– А что же теперь делать? – повернулся к нему майор. – На дерево, что ли, за ней лезть? Так она улетит!
Грачев задумался, а потом, как будто что-то вспомнив, бросился к куче вещдоков.
– Вот! – торжествующе произнес он, достав из нее здоровенную рогатку с толстыми резинками.
– Из этой фигни, между прочим, кое-кому глаз выбили… – сообщил Кунин.
– Чем? – быстро спросил старший лейтенант.
– Гайкой.
– Где она? Тоже небось потеряли?
– Нет! – радостно сказал майор. – Она в столе! Я ее как грузик использую, чтобы бумаги прижимала! – И Кунин подбежал к столу, выдвинул ящик и достал из него массивную гайку.
– Дайте-ка!
Майор протянул руку и вручил Грачеву орудие членовредительства.
– Отлично! – сказал тот, зарядил рогатку и подошел к окну. – Ну держись, воровка! – произнес он, натянул резинку, прицелился и выпустил заряд в сторону наглой крылатой твари.
Гайка вонзилась в ствол в сантиметре от вороньей головы. Изумленная птица посмотрела на нее, потом на старлея и вдруг, с явно ругательной интонацией произнесла: карр! карр! карр!
Подобно тому как это случилось с сыром в известной басне, медальон выпал из ее клюва и повис на ветке в метре от земли. Ворона глянула вниз, но, очевидно решив не связываться больше с этими дураками из отделения, оттолкнулась от ветки и улетела в сторону рынка.
– Пошли! – сказал Грачев, и они с майором направились на улицу.
Выйдя из отделения, милиционеры подбежали к дереву, и старший лейтенант снял медальон с ветки:
– Ну наконец-то!
И, прищурившись, он начал изучать гравировку на пластинке.
Кунин между тем, уперевшись руками в пояс, посмотрел на торчащую из ствола на уровне второго этажа гайку:
– Эх… Туда же теперь лезть надо… Я ведь за нее тоже отчитываюсь… – И он посмотрел на старшего лейтенанта с явным намеком: «Ты ее туда запулил, тебе и снимать!»
– Ничего не знаю! – замахал руками Грачев. – Гайка – это ваша проблема! Мне важно, чтобы вы медальон до завтра сохранили! – И, протягивая спасенную улику майору, посоветовал: – Лучше всего носите его с собой!
– Ага, – вздохнув, согласился Кунин и положил цепочку в карман рубашки.
Старший лейтенант чуть подумал и добавил:
– Только прошу вас, не перепутайте его с тещиным кулоном, когда завтра дело передавать будете!
Валентин Михайлович Попков знал, где искать Наталью Павловну. Примерно через полчаса после разговора с Турецким «Ока» члена следственной группы Генпрокуратуры остановилась у Склифа. Еще через несколько минут Попков был уже в отделении реанимации и, стоя рядом со вдовой генерала Мухина, смотрел на находящегося в коме Олега. Наталья Павловна шагнула к внуку, провела ладонью по его щеке. Ее глаза увлажнились. Она первой прервала молчание:
– У вас ко мне какие-то вопросы?
– Да, – кивнул следователь.
– Задавайте…
Валентин внимательно посмотрел на Мухину и сказал:
– Давайте пройдем в коридор.
Они вышли из реаниматорской. Попков двигался рядом с Мухиной, поддерживая вдову под руку. Когда, оказавшись в коридоре, они присели на стулья, Валентин спросил:
– Вы что-нибудь знаете о той совместной деятельности, которую вели Федор Петрович и Сергей?
Наталья Павловна удивленно подняла брови:
– Совместной деятельности?
– Именно.
– Первый раз об этом слышу… – сказала Мухина. – Вся их совместная деятельность сводилась к тому, что они иногда на пару играли в подкидного против нас с Олегом…
В коридор вышла медсестра:
– Сейчас будут проводиться процедуры, – мягко сказала она.
– Это надолго? – спросила Мухина.
– Да. Надолго. – Она повернулась к Мухиной и сочувственно произнесла: – Сегодня вас к нему уже не пустят. Приходите завтра.
Наталья Павловна вдруг спросила Попкова:
– Вы на машине?
– Да, – ответил следователь.
– Вы не подвезете меня домой? Тут не так уж и далеко…
– Конечно-конечно! – согласился Валентин. – Какой может быть разговор! Обязательно подвезу!
– Если у вас есть время, то я угощу вас чаем… – сказала Наталья Павловна.
– Спасибо… – кивнул следователь.
Они поднялись и направились к выходу из отделения. Попасть в квартиру убитого генерала было для Попкова очень кстати. Может быть, там найдется что-то проливающее свет на произошедшее…
«Вот ведь! – подумал Валентин. – Нет чтобы просто посочувствовать человеку, утешить его, так я сразу выгоду ищу… – И, вздохнув, он заключил про себя: – Что поделаешь – такая работа!»
Фирма погибшего Сергея Мухина называлась «СБИТ-Инфополис». Когда, сидя в кабинете Дениса Грязнова, Турецкий набирал ее номер, то, честно говоря, он не очень-то надеялся на успех – воскресенье все-таки… Однако едва Александр услышал гудок соединения, как на другом конце тут же сняли трубку:
– СБИТ!
– Вы сегодня работаете? – удивился Турецкий.
– Да. – Голос был женский, с приятной хрипотцой.
– А кто из руководства на месте?
После секундной паузы на другом конце спросили:
– А кто вам нужен?
Александр зачем-то пригладил волосы и начал:
– Я старший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Турецкий…
– Все понятно… – пробормотала женщина. – Моя фамилия Иванова. Я заместитель директора. Вы звоните по поводу… по поводу Сергея Федоровича, да?
– Да, – ответил Александр. – Мне нужно подъехать к вам и кое о чем поговорить.
– Конечно! – с готовностью ответила Иванова. – Наш адрес: Бауманская…
– Я знаю, – перебил Турецкий. – Ждите меня минут через двадцать.
– Хорошо.
Александр повесил трубку.
– Что-то я вас не понимаю, Александр Борисович… – удивленно сказал Денис. – Зачем вы им позвонили? Чтобы они успели спрятать всю информацию?
Турецкий снисходительно посмотрел на собеседника:
– Все ценное, мой дорогой, они и так давно спрятали… Поэтому тут надо действовать хитрее…
– Не понимаю…
– Потом объясню, – улыбнулся Александр и, поднявшись с кресла, протянул руководителю «Глории» руку: – Ну пока, Денис! Я поехал!
Вскоре после звонка Жукова на место убийства прибыла дежурная оперативно-следственная бригада ГУВД в составе следователя прокуратуры, оперов МУРа, судмедэксперта, эксперта-криминалиста и кинолога с собакой. Проводник ищейки лениво вылез из машины, сводил свою овчарку под ближайший тополь и вернулся обратно со словами: «Мы с тобой, Мухтар, тут на фиг не нужны. У них вон уже задержанный есть!»
Чуть позже прибыл начальник местного отделения – пожилой подполковник с двумя подчиненными операми угро, а еще минут через десять – «скорая помощь». Осмотрев убитого, врач черкнул что-то в своей тетради и отбыл, бросив на прощанье: «Вызывайте труповозку!» Что и было незамедлительно исполнено все тем же Жуковым. И еще через полтора часа, когда дежурная бригада уже закончила осмотр места происшествия, во двор въехала неопрятного вида машина из морга, в которую прибывшие с ней полупьяные санитары и забросили мертвого Толика.
– Сегодня, Васек, и за этого упокойничка выпьем! – сказал один из них другому, после чего они влезли в кабину и труповозка, выпуская клубы черного дыма, укатила.
– Ну что? – обратился Жуков к начальнику местного отделения. – Забирайте убийцу!
– Ага! – сказал подполковник и махнул рукой двум сидящим в машине оперативникам: – Тащите его!
Оперативники местного отделения вышли наружу и направились к Марату, который сидел на ступеньках крыльца, опустив голову на колени и обхватив их закованными в наручники руками.
– Только мы поедем с вами! – сказал начальнику отделения Жуков. – Нам надо будет кое о чем его поспрашивать…
– Валяйте… – согласился подполковник.
Оперы подхватили Марата под руки и повели к машине. Проходя мимо муровцев, тот презрительно усмехнулся.
– Что ты лыбишься? – не выдержал Папалаев.
Не отвечая, убийца продолжал скалить зубы.
– Ну ничего… Приедем в отделение, я с тобой поговорю… – угрожающе произнес Папалаев. – Я с тобой так поговорю…
– Вы его не изувечьте! – предупредил подошедший следователь. – А то как с ним будут работать коллеги из прокуратуры?
– Не беспокойтесь! – успокоил его Жуков. – Не изувечим!
– Смотрите, как бы вас самих за меня не изувечили! – крикнул заталкиваемый в машину Марат.
– Да лезь ты! – прикрикнул на него оперативник и, пригнув голову убийцы, усадил его на сиденье.
– Видал, какая мразь? – сказал Жукову Папалаев.
– Видал… – кивнул тот. – Ладно, пора и нам ехать…
– Свидетелей в какую машину? – спросил стоящий возле негра и его девушки Гаврюшин.
– Давай в нашу! – ответил Жуков.
Через несколько минут все присутствовавшие погрузились в автомобили и покинули место происшествия.
«Таврия» Кирилла Васильевича Зуева остановилась у подъезда первого корпуса турбазы «Солнечная». Выйдя наружу, следователь с удовольствием отметил, что пляж находится совсем недалеко – сверкающее водохранилище простиралось как раз за этим кирпичным строением.
«В номерах их наверняка нет, но проверить нужно», – сказал он себе и зашел в здание.
– Места еще не освободились! – тут же сказала сидящая при входе консьержка.
– Я в гости! – улыбнулся Зуев. – Где находятся номера семнадцать и восемнадцать?
– На втором этаже, – ответила женщина, подозрительно оглядев Кирилла Васильевича. – Только вы должны предъявить паспорт, чтобы я вас записала!
Паспорта у Зуева с собой не было.
– У меня другой документ… – сказал он.
– Нет! – неожиданно отказала консьержка. – Только паспорт!
– Почему? – удивился следователь.
– Потому что там все ваши данные! Без паспорта я вас не пущу!
Кирилл Васильевич внимательно посмотрел на сотрудницу и вдруг понял, что она просто хочет стрясти с него денег.
– Сколько? – спросил вдруг он, решив проверить свою догадку.
– Пятьдесят! – не моргнув глазом, ответила женщина.
Зуев подошел к ее столику и, достав удостоверение прокуратуры, развернул его перед самым носом алчной дамы: