– …откуда ты взял информацию, – Джексон заканчивал фразу, которую я почти не заметила, поскольку была поглощена видом Винсента.
Я моргнула и заставила себя отвернуться. Тем не менее я заметила улыбку Белого Короля. Он выглядел почти довольным, как кошка, которая наконец поймала глупую птицу.
– Мой информатор? У меня нет информатора. Но у нас с Элис случилось небольшое приключение, о котором она, вероятно, уже рассказывала вам, – лаконично сказал Винсент, впервые глядя прямо на Черного Короля.
– Сон, – произнес Джексон. Винсент склонил голову.
– Возможно, это был сон. Но он содержал пугающе реальные элементы.
– Ты имеешь в виду Проклятие, совершенно бесполезные туннели и все такое? – сказал Джексон с насмешкой. Я бросила на него озабоченный взгляд.
Винсент заметил это и склонил голову так, что его светлые кудри коснулись воротника рубашки. Он повернулся ко мне и поймал мой взгляд.
– Я рад, что тебе удалось проснуться, Элис.
– О, да? – коротко спросила я, скрещивая руки на груди. – А как ты проснулся? Последнее, что я помню, это то, что тебя похоронило под бесконечным потоком проклятых пауков.
– Да, это был опыт, который мне не хотелось бы повторять в ближайшее время.
Винсент улыбнулся, но я заметила отголосок ужаса в его глазах. Это выглядело странно, но я не могла точно сказать, что это было.
– К чему ты клонишь, Винс? У нас нет всего дня, – резко ответил Джек, и Белый Король кивнул.
Он стряхнул застывшее выражение в глазах и благоговейно улыбнулся.
– Что ж, после того как Элис проснулась, я провел несколько приятных часов с Проклятием и немного лучше узнал его. Вернее, глубину его сути.
– И что он сделал? – спросил Джексон, скептически скрестив руки на груди.
Винсент небрежно пожал плечами.
– Дело не в том, что он сделал. Дело в том, что я нашел.
– Так и что же?
– Один из способов снять проклятие.
– Как это? – резко спросил Джек, и я напряженно подалась вперед.
Винсент склонил голову.
– Ты помнишь игроков 1890 года? – Винсент сделал паузу, чтобы дать Джексону время подумать. Он нахмурился.
– Ну да, а что с ними?
– Вопрос не в том, что с ними, а в том, кто тогда играл. Я уверен, ты знаешь Холлистера Кросса.
Джексон застыл, и я в замешательстве смотрела на королей.
– Кто такой Холлистер Кросс? – спросила я.
Джексон повернул ко мне голову, изогнув бровь.
– Холлистер Кросс был белым игроком с уникальной способностью. За все время, что проходят игры, она проявлялась лишь однажды.
– А что он умел?
– Общаться с мертвыми, – пробормотал Джек.
– И не только, – вставил Винсент. – Его возможности были куда шире. Он был похож на экзорциста. Мог вернуть умерших игроков, их дух, их сущность в их мертвые тела.
Мои брови взлетели вверх, а по голове пробежали мурашки.
– Это похоже на некромантию, – ответила я.
– Совершенно верно, – подтвердил Винсент.
– Это было жестоко, – сказал Джексон, пристально глядя на нас. – Холлистер возвращал мертвых игроков в их тела. Но это не могло вернуть их в игру. Согласно записям, те, кого он приводил обратно, были просто ходячими трупами, испытывающими невероятную боль, поскольку их тела продолжали гнить. Тогдашний Черный Король убил Холлистера. Это была ужасная бойня, и мы все должны быть благодарны за то, что эта способность так больше и не проявилась.
– Жестоко или нет, это могло бы стать решением нашей проблемы, – сказал Винсент.
Регина вмешалась, оттолкнувшись от дерева, встав на защиту своего Короля.
– Если то, что наблюдали Винсент и Элис, правда, тогда у Проклятия есть физическая оболочка. Элис могла бы взять на себя силы Холлистера и использовать их, чтобы заключить Проклятие в ловушку своего же тела. То, что сделано из плоти и крови, гораздо легче победить, чем просто дым.
– Это… – начала я.
– Нет, – вставил Джексон. Казалось, он вот-вот взорвется. – Это абсолютно недопустимо. Кроме того, это даже невозможно. Каменная фигура Холлистера потеряна.
– Я тоже так думал, – сказал Винсент, и на его лице промелькнуло торжество. – Но я нашел его. В туннелях. Раб знает, какое место я имею в виду, потому что именно там она получила свои новенькие кошачьи уши.
– Кладбище павших Пешек, – пробормотала я, и Винсент кивнул.
– Именно. Там я нашел Холлистера. Когда Раб займет его место, она сможет запереть Проклятие в клетке из плоти. Подумай об этом, Блэк Джек. Перемирия между Честерфилдом и Сент-Беррингтоном никогда не было. Однако я предлагаю его тебе.
– Мы сойдем с ума, – прорычал Джек, но Винсент лишь насмешливо посмотрел на него.
– Только если не добьемся успеха. Если мы заточим Проклятие, оно больше не сможет нам сильно навредить. Я серьезно, Джек. То, что я увидел, Проклятие… – Он снова вздрогнул. – Я просто предлагаю тебе шанс. Давай попробуем. Все вместе. Объявляем перемирие. Спускаемся в туннели командой. Проклятие обязательно попытается остановить нас, но если мы действительно доберемся до туннелей, то сможем помочь Элис занять место Холлистера, и она воспользуется уникальной способностью. – Его глаза вспыхнули, в то время как Джек помрачнел. – В конечном счете лучше устранить Проклятие, чем друг друга. У нас не было выбора, кого убивать. До этого момента, – мягко продолжил Винсент.
Джексон молчал и смотрел на Пешку Флору. Мы взяли ее с собой только для этого. Ее способность определять, лжет ли кто-то, не сильно могла помочь в бою, но в этой ситуации она была ценной. Если Винсент лжет, она это почувствует. Я затаила дыхание и уставилась на девушку, а та, в свою очередь, нервно закусила губу. Я опять восхитилась Джексоном, который почти полностью исключил из игры более слабых персонажей вместо того, чтобы сжигать их словно пушечное мясо, как наверняка сделали бы другие короли.
– Он говорит правду. Но что-то скрывает, – сказала Флора.
– Ну конечно, скрывает, – иронично пробормотал Джек.
Винсент только пожал плечами.
– Итак. Допустим, я подумываю о том, чтобы рассмотреть эту рискованную и очень глупую затею, – вставил Джексон, глядя на другого человека, контролирующего ситуацию. – Я полагаю, ты хочешь поделиться с нами своим грандиозным планом, чтобы мы вместе работали над ним. Взамен на что-то еще.
Мое сердце забилось чаще. Во мне зародилась надежда. Он действительно думал о сделке? Глаза Винсента мерцали, точно ледышки. Морозно-чистые и непроницаемо-синие. Он улыбнулся.
– Конечно, я хочу что-нибудь взамен, – согласился он. Подбородок Джексона напрягся.
– В этом-то и проблема, Винсент. Ты всегда чего-то хочешь. И я уверен, что если ты получишь то, чего желаешь, то отбросишь свой прекрасный план быстрее, чем мы пройдем по туннелям.
Винсент не выглядел обиженным. Он просто кивнул.
– Я вижу, мне нужно сделать все возможное, чтобы убедить тебя, – пробормотал он, без предупреждения вытащив прекрасный мерцающий кинжал.
Все черные игроки одновременно вздрогнули. Джексон молниеносно двинулся ко мне и закрыл собой. Я смотрела через его плечо. Винсент, однако, спокойно приложил лезвие к ладони. В следующее мгновение из пореза потекла темная вязкая кровь. Очарованная, я наблюдала, как капля скатилась по его ладони, но прежде, чем она успела упасть на пол, Винсент сжал руку в кулак.
– Я поклянусь кровью здесь и сейчас, если хочешь, – предложил Винсент, и я увидела, как Джексон вздернул брови. Его плечи были так напряжены, что, должно быть, это причиняло боль. Я заметила, как его пульс участился.
– Клятва на крови? Это так же драматично и антисанитарно, как звучит? – тихо спросила я.
Джексон едва заметно повернул ко мне голову.
– Клятву крови может дать только Король.
– Почему?
– Потому что только Короли могут истекать кровью, не превращаясь при этом в камень. Но если он нарушит клятву…
– Я превращусь в камень, а Джексон выиграет эту игру, – закончил за него Винсент. – Я готов это сделать. Я обещаю перемирие, и я пойду с вами в туннели, чтобы найти Холлистера. Клянусь, я сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить Проклятие. Во время перемирия никто из моих людей не нападет на вас.
– А взамен? – резко спросил Джексон.
Винсент приподнял подбородок. Я почувствовала, как мое сердце слишком быстро забилось в груди. Взгляд Винсента скользнул по лесной подстилке, а потом остановился на мне.
– Взамен я хочу Раба, – тихо сказал он.
Я застыла. Джексон так сильно напрягся, что на его руках выступили вены. Темные тени вырвались из земли, словно разъяренные змеи, и образовали вокруг меня защитный круг.
– Нет, – сказал он в тот же самый момент, как я произнесла «по рукам».
Джексон повернулся ко мне.
– Я сказал нет, Элис, – сумел выдавить он. – Я не собираюсь отдавать тебя Честерфилду. Ни. За. Что. На. Свете! – Джексон выплюнул практически каждое слово.
Я осторожно подняла руку и положила ему на грудь, где билось его сердце. Оно мчалось слишком быстро. Прямо как у меня.
– Ты сказал, что ты Король и должен принимать решения, которые идут на пользу твоим игрокам, помнишь? Это как раз такое решение. Я пойду, если такова его цена.
– Не будь такой наивной, chérie, – отрезал Джексон, хватая меня за руку и притягивая к себе так, чтобы я могла слышать его шипение прямо в ухе. – Даже если он поклянется на крови, план опасен. Ты можешь умереть.
Его пальцы сильно впились в мою кожу, причинив боль.
Я стиснула зубы.
– Ты думаешь, я не знаю? Но что важнее: моя жизнь или жизнь твоих игроков?
Мы уставились друг на друга. Я знала, что это несправедливо. Знала, что повторяю его же слова, исказив их смысл. Этим я задела Джека – это отразилось в его глазах. Задела, потому что была права. Он не мог поставить меня выше всех своих игроков. Но он все равно сглотнул и покачал головой.
– Нет… нет… я… выбери что-то другое, – рявкнул он Винсенту. – Попроси что-нибудь еще. Без разницы что. Я все отдам, но не ее.