Кардона ушел в отставку, и в 1603 году его сменил сын герцога Медина-Сидония граф де Нибла, назначенный на высокий пост, несмотря на отсутствие опыта. Старость уступила дорогу молодости, но результаты не изменились. Флот из 38 галер в августе ушел из Картахены в Майорку и вернулся в сентябре, ничего не достигнув. Впрочем, не делалось даже попыток чего-то достичь.
Самым значительным событием года стало взятие мальтийскими рыцарями двух крепостей, Патры и Лепанто, расположенных на противоположных берегах Коринфского залива. Экспедиция не добилась своей первичной цели – получить добычу в виде зерна, чтобы ликвидировать его нехватку на Мальте, однако нанесла серьезный удар противнику. Флот состоял из 4 галер, 4 фрегатов, тартаны и как минимум 5 кораблей с прямым парусным вооружением, а также 3 галеотов и взятых в наем торговых судов. Парусники ушли с Мальты за двое суток до галер и присоединились к ним у островов Курцолари, что к северу от Лепанто, в середине апреля. Оттуда две эскадры атаковали позиции одновременно, и обе атаки были успешными. Через четыре дня рейдеры ушли с 76 захваченными орудиями и почти 400 пленных. Немного позже галеры снова имели успех, отрезав два из пяти судов под пушками Модона. Эти суда были загружены остро необходимым зерном. Еще один рейд на Монастир в Тунисе не был успешным.
Тосканский флот также включил несколько парусников. В октябре его галеры встретились с шестью тунисскими галерами и захватили одну из них. В апреле 1604 года они провели более успешную операцию в Алжире. Это была по большей части работа англичанина, Роберта Гиффорда, который оборудовал торговое судно как брандер и сумел сжечь не менее четырех галер и трех галеотов в гавани. Не вполне ясно, приняли его в Алжире как нейтрального венецианца или как английского союзника, но представляется очевидным, что к этому времени англичане уже открыли для себя привлекательность пиратства на Средиземном море и что и Алжир, и Тунис были готовы их приветствовать. Кстати, великий герцог Тосканский тоже был готов осчастливить своим покровительством практически любого авантюриста, который предлагал помощь против турок.
Вначале английские пираты могли оправдывать свою деятельность наличием каперских грамот против Испании. Они должны были держаться за пределами Гибралтара и воздерживаться от нападения на суда государств, находившихся в мире с Англией. Но эти документы мало что значили. Страдали по большей части венецианцы. Это было совершенно очевидно в 1603 году, когда были захвачены и ограблены несколько крупных венецианских торговых судов. Некоторые суда были захвачены кораблями, оснащенными сэром Томасом Шерли, который попал в плен к туркам примерно в это время и провел там три года. Возможно, у него были какие-то полномочия от великого герцога, но они определенно не включали операции против Венеции. Одним из последующих успехов тосканцев в 1604 году был захват большого английского корабля и освобождение его венецианского приза.
У рыцарей Мальты тоже были проблемы с английскими пиратами. В начале 1604 года они послали три парусника в Левант, чтобы захватить турок, которых они смогут найти. После того как несколько призов было захвачено и отправлено на Мальту, два корабля утратили визуальный контакт с галеоном «С. Луиджи» и вместо него обнаружили двух англичан, которые захватили их и отправили как призы на Милос. К счастью, Винси-герра на «С. Луиджи» прибыл несколькими днями позже и оказался достаточно силен, чтобы после короткой схватки захватить два пиратских корабля и освободить своих спутников. После этого в окрестностях Воло три его корабля и два галеона с Мальты захватили несколько турецких судов.
В том году галеры Неаполя и Сицилии не потребовались испанцам и потому могли выполнять самостоятельные действия. В мае маркиз Санта-Крус прибыл на Мальту с 11 неаполитанскими галерами и оттуда направился в Левант с четырьмя мальтийскими галерами под командованием Камбиано. Главным событием этого плавания стал захват и разграбление Ланго, или Коса, стоящего на острове с тем же названием. В июле после возвращения из похода мальтийские галеры сопровождали семь сицилийских кораблей, шедших домой.
После смерти папы Климента VIII в начале 1605 года последовало предложение передать папские галеры рыцарям ордена Святого Иоанна при условии, что они будут защищать территории церкви с моря. Дальше предложения дело не пошло, и папская эскадра продолжала существовать независимо, хотя ее активность на время свелась к минимуму. Первое действо в
1605 году было выполнено тосканцами, пять галер которых в начале мая совершили набег на Превезу. Двумя месяцами позже флот из 30 галер – 10 неаполитанских, 8 генуэзских, 7 сицилийских и 5 мальтийских, – всеми командовал маркиз де Санта-Крус, вышел с Мальты в том же направлении. Первая попытка высадки на албанское побережье оказалась неудачной. Мальтийский контингент отправился домой, а оставшийся флот удалился в Отранто. Однако нападение на Дураццо в начале августа было полностью успешным.
Тем временем тосканцы готовились к другому плаванию, целью которого была поддержка сирийских повстанцев, с которыми они установили контакт годом раньше. На этот раз у Ингирами было шесть галер. Он вышел из Ливорно в конце августа и направился в Мессину, а оттуда на Родос. От намеченной высадки в заливе Адалия пришлось отказаться из-за бдительности противника, но продолжение плавания вдоль побережья мимо Александретты и затем домой южным маршрутом принесло хорошие плоды в виде небольших призов.
Нападение испанцев на Дураццо никоим образом не могло приветствоваться венецианцами, отчасти потому, что Адриатика считалась венецианской вотчиной, и отчасти потому, что турки могли обвинить в нем венецианцев. Джиаффер-паша действительно появился у Корфу с 60 турецкими галерами, направляясь к Дураццо, но, к немалому удивлению венецианских властей, объявил, что ему приказали предложить свою помощь в нападении на испанцев и их союзников. Подобное предложение, естественно, должно было быть передано дожу и сенату, и Джиаффер любезно согласился подождать две недели, чтобы дать на это время. Но пока суд да дело, Контарини, командир венецианских военно-морских сил на острове, решил, что будет недостойно для республики позволить туркам войти в Адриатику и он должен противостоять этому. Он тоже написал в Венецию, попросив инструкций, и получил ответ, что к туркам следует относиться как к друзьям, хотя в данный момент у венецианских властей нет намерения принять их предложение о союзе. Так сложилось, что они не вошли в Адриатику, а удалились в направлении Таранто, в надежде перехватить там Санта-Круса, а потом, потерпев в этом неудачу, вернулись в Константинополь на зиму.
И тосканцы, и мальтийцы в 1606 году вышли в море рано, причем последние – с катастрофическими результатами. Ингирами с шестью галерами ушел из Ливорно 3 апреля и в период с 18 мая по 4 июня произвел три незначительных, но вполне успешных набега на побережье Малой Азии, к северу от Кипра. По пути домой 9 июня в районе Кандии он встретил девять турецких галер, которые устремились в погоню. Ему удалось уйти, несмотря на потерю мачты на «Фиоренце» и ее столкновения с «С. Джованни». Пять мальтийских галер под командованием нового генерала – Спеллетта – тоже вышли в море в начале апреля и взяли курс на остров Зембра, расположенный на северо-востоке Тунисского залива, чтобы перехватить корабль, шедший из Александрии с подкреплением для тунисского флота. 8 апреля они попали в шторм, и три галеры, включая флагманскую, потерпели крушение на острове. Две другие сумели дойти до Мальты и Трапани. Спеллетта и другие уцелевшие моряки подверглись нападению тунисской флотилии, но сумели продержаться до 23 апреля, когда их вывез галеон, принадлежащий маркизу де Вилл аба, сыну вице-короля Сицилии. Плохая погода помешала двум попыткам одной из уцелевших мальтийских галер и шести сицилийских подойти к острову.
Эскадра из семи тосканских кораблей под командованием Гийома де Борегара добилась в Леванте некоторого успеха, однако следующее плавание сицилийских и мальтийских галер принесло еще одну катастрофу. 14 августа аделантадо Кастилии4, генерал сицилийских галер, с семью кораблями и Спеллетта с тремя мальтийскими галерами атаковали Маометту (Хаммамет) в Тунисе. Во время возвращения солдат на корабли они были застигнуты врасплох крупными силами противника. Около 500 христиан, включая аделантадо, были убиты или взяты в плен.
В это время Джиаффер-паша находился в Наварине с флотом из 55 турецких галер и ожидал нападения на Мальту. Чтобы его предотвратить, в Мессине был собран флот из 49 галер под командованием маркиза де Санта-Круса, генерала неаполитанских галер. Флот состоял из 16 неаполитанских галер, 4 генуэзских, 7 принадлежавших Карло Дориа, 4 папских, 4 мальтийских и 7 тосканских. Споры относительно главенства были даже острее, чем раньше. Мальтийцы рассорились с генуэзцами и увели свой флот, а Бусси, папский генерал-лейтенант, отказался войти в порт, пока Санта-Крус не признает приоритет папской эскадры. В таких условиях едва ли можно было ожидать больших достижений от объединенного флота, и, вероятно, христианам повезло, что турки не предприняли никаких действий. Единственным инцидентом стало преследование четырех галер из Бизерты, имевшее место 6 сентября. В нем приняли участие заместитель командира неаполитанского контингента и пяти других флагманов, но единственный успех выпал на долю Ингирами, флорентийского генерала, который сумел взять одну из вражеских галер5.
После 1603 года, помимо борьбы с Австрией, которая тянулась десять лет без определенного результата, имела место еще одна война между Турцией и Персией. Теперь султан столкнулся еще и с восстанием в Сирии и, таким образом, оказался втянутым в три разных войны на земле, помимо никогда не прекращавшейся «партизанской» войны на море. Ему была необходима передышка хотя бы на одном фронте, которую он получил благодаря Житваторокскому миру, в ноябре 1606 года положившему конец австрийской войне. Что касается ситуации на море, она в основном не изменилась. Разные христианские флоты продолжали нападать на турецкие суда и города, а турки и их африканские вассалы продолжали грабить всех христиан, оказавшихся в пределах досягаемости.