Но ему не пришлось оставаться там в покое долго. Турки продвинулись по суше из Ханьи, доставили на берег пушки и, наконец, после череды артиллерийских дуэлей заставили христиан отойти к входу в бухту, где они могли стоять под защитой собственных фортификационных сооружений.
К этому времени западные эскадры стали испытывать недостаток продовольствия. Капелло предложил организовать их снабжение, но те пожелали идти к Цериго, чтобы встретить там ожидаемые транспорты с припасами, и для этой цели вышли в море в ночь с 12 на 13 августа. На следующее утро, проходя мимо мыса Спада, они с удивлением увидели весь венецианский флот, выходящий из бухты Суда и направляющийся в сторону Ханьи. Уход союзников по какой-то причине заставил Капелло сделать еще одну попытку атаки. Союзники присоединились к нему, и все галеры вместе бросили якорь в трех милях от Ханьи в ожидании парусных кораблей. На следующее утро, 14 августа, началась атака. Баттиста Гримани с 40 парусными кораблями двинулся вперед кильватерным строем, а галеры, как обычно, линейным фронтом приблизились с восточной стороны и открыли огонь по фортам, шести турецким махонам на входе в бухту и другим кораблям, стоявшим на заднем плане. Дул свежий северный ветер, и парусники Гримани располагались поперек турецкого фронта, с запада на восток, стреляя из пушек правого борта. Потом они развернулись через фордевинд и вернулись на позицию ближе к противнику. Затем Гримани отправил вперед два брандера, но они были остановлены цепями, преграждавшими вход в бухту. Следующие брандеры, посланные следом, оказались не более успешными. Атака не удалась. Капелло приказал возвращаться в бухту Суда, а союзники возобновили путь к Цериго.
До того как флоты разошлись, было решено, что Капелло присоединится к союзникам с венецианскими галерами и они попытаются перехватить 40 турецких галер, которые недавно вышли из Ханьи, предположительно за подкреплением и запасами. Ожидаемые союзниками снабженческие суда опаздывали, зато они получили возможность пополнить запасы воды и выполнить мелкий ремонт до прибытия Капелло 24 августа. Между тем до 2 сентября, когда запасы наконец прибыли, оба «западных» командира решили, что погоня за турками по Архипелагу будет бесполезной и пора идти домой. 8 сентября они отбыли в обратный путь, как обычно мимо Занте, Корфу, Таранто и Мессины. Мальтийцы прибыли домой 13 октября, римляне – 25-го.
Тем временем к венецианцам подошли парусные корабли под командованием Франсуа де Нучеза, который был флаг-капитаном у мальтийского генерала Буабодрана в памятной акции 1644 года. Эти корабли являлись частью французского флота, собранного для экспедиции герцога де Брезе против испанских владений в Италии, а теперь, после его смерти и отвода войск от Орбетелло, они были посланы на Крит в порядке пусть запоздалого, но все же выполнения французских обещаний8. Нучез имел приказ не задерживаться здесь позже конца октября, и потому его корабли ушли в обратный путь после короткого визита в критские воды. Он оставил три корабля и обещал вернуться в следующем году. Согласно де ла Ронсьеру, «он участвовал в нескольких сражениях, потерял все свои брандеры и одного капитана». Упоминание о брандерах предполагает, что он мог поспеть вовремя, чтобы принять участие в атаке на Ханью, но этому нет подтверждения, да и упоминаний о его деятельности нет в других рассказах тоже.
Турецкая галера из Ханьи зашла в Воло, что в Северной Греции, и потом вернулась в Ханью, пока Капелло после бесплодного рейса на Архипелаг шел к Стандии, маленькому острову, расположенному неподалеку от Кандии. Турецкая попытка взять штурмом бухту Суда не удалась, и они перенесли свои усилия на Ретимно. Атака началась 11 октября, и к 20-му город был в их руках, а крепость оказалась в плотной осаде. Венецианский флот доставил подкрепления в Суду и Ретимно и попытался блокировать турок в Ханье, но успеха не достиг. Группа галеасов под командованием Корнаро не смогла взаимодействовать с парусными кораблями Морозини, и крупным силам турок удалось без труда уйти в Архипелаг. 13 ноября крепость Ретимно капитулировала. Эта вторая потеря привела к увольнению Капелло и его замене Дж. Баттистой Гримани.
В конце декабря новый генерал-капитан привел в Архипелаг флот из 20 галер, 3 галеасов и 15 кораблей; последними, как и раньше, командовал Томазо Морозини. В начале января 1647 года в районе Зеи (Кеоса), острова, расположенного в 10 милях от оконечности Аттики, они встретили берберские корабли, на одном было 30 орудий, на другом – 20, возвращавшиеся с Хиоса в Алжир. Вступив в бой с тремя галеасами, турки в конце концов были вынуждены выброситься на берег. Команды покинули корабли и заняли оборону на Кеосе, но 24-го сдались9.
Капудан-паша Муса 8 января вышел из Ханьи с 51 галерой, 2 кораблями и 15 мелкими судами. Флот взял курс на Константинополь. Почти сразу он потерял 6 галер, оба корабля и 5 небольших кораблей во время шторма, но он повел остальные корабли на север и 25-го подошел к Макронисосу, маленькому острову между Кеосом и Аттикой. Там он услышал о присутствии венецианцев и потере двух берберских кораблей, и в тот же вечер турецкий флот был замечен наблюдателями Гримани.
Гримани намеревался вступить в бой на следующий день, но его задержали неблагоприятные ветра, и в море смог выйти только Морозини на «Наве Нуова». Он опрометчиво зашел слишком далеко в направлении Негропонта и утром 27-го обнаружил себя перед всем турецким флотом без какой бы то ни было поддержки. Гримани сумел вывести из гавани три галеаса и парусный корабль «Гран Фортуна», но раньше, чем они сумели прийти на помощь, «Наве Нуова» была окружена 45 турецкими галерами и взята на абордаж. Морозини был убит, и турки практически завладели кораблем, когда галеасы открыли огонь, но Муса тоже был убит, и без командира турки не были готовы встретиться с новым противником. Они бросили почти уже захваченный приз и бежали. Четыре галеры потерпели крушение на Негропонте, одна затонула в начале боя, и еще одна была сожжена.
Гримани оставался возле Негропонта в течение двух недель, после чего вернулся в Кандию для ремонта. В конце марта он опять вышел в море и 8 апреля вернулся к южному концу канала Негропонта с флотом из 26 галер, 5 галеасов и 15 парусных кораблей10. Так и не дождавшись там благоприятной возможности напасть на противника, он обнаружил, что их галеры прошли узкости и удалились в северном направлении вглубь острова. Тогда он оставил 9 парусников под командованием Марко Молино, чтобы следить за 12 берберскими кораблями, оставленными в гавани, и повел остальной флот в погоню. Он не смог перехватить турок у Воло и последовал за ними к Хиосу, где наконец сумел заставить их скрыться под защитой фортификационных сооружений и на некоторое время сковать их.
В начале июня новый капудан-паша Хуссейн воспользовался ночной темнотой и вышел с 40 галерами в Митилену, чтобы взять на борт подкрепление. Тогда Гримани направил свой флот к Чесме (Чешме), что на материке, обстрелял оборонительные сооружения и увел некоторое количество транспортов, однако был вынужден сразу уйти, чтобы не быть захваченным основными силами турецкого флота, который теперь превосходил его по численности. С учетом подкрепления капудан-паша располагал не менее чем 80 галерами и 10 галеасами, и венецианцам повезло, что его задача заключалась в доставке припасов в Ханью, не вступая в бой без острой необходимости. Он пошел на юг с главными силами своего флота, Гримани – следом, оставив восемь парусников у Хиоса под командованием Бернардо Морозный, который занял место брата, став Capitano delle Navi. Гримани зашел в Суду, взял воду в Мальвазии и, наконец, обнаружил турок в Навплие, куда они зашли после спокойного путешествия в Ханью и обратно.
У Навплия 14 июля к нему присоединились две «западные» эскадры и, примерно в это же время, 4 галеры и 6 кораблей из Венеции. Пять папских галер, которыми теперь командовал Марио Болоньетти, вышли из Чивитавеккьи 31 мая и пришли в Мессину 17 июня. Вместе с 6 мальтийскими галерами, под командованием нового генерала Бошампа, или Белькампо, они снова вышли в море 1 июля и взяли курс на Корфу. 11-го они были у Цериго и там узнали от команды захваченного турецкого корабля, где искать венецианский флот.
Их пребывание у Навплия было коротким: на следующий день после их прибытия Гримани получил письмо от Морозини, требующее подкреплений. Турки, оставшиеся на Хиосе, получили галеры из Константинополя и корабли, зафрахтованные, или принудительно реквизированные, в Смирне и других местах, так что немногочисленных парусников Морозини было совершенно недостаточно, чтобы с ними справиться. Гримани решил послать генерала-проведитора – второго по старшинству в эскадре – Леонардо Мочению с 5 венецианскими галерами и 5 парусными кораблями, а также 11 галерами союзников. Споры о старшинстве были преодолены признанием Мочению заместителем Гримани; в качестве такового он имел право поднять венецианский флаг.
Мочению шел через Архипелаг медленно. Ему потребовалось десять дней, чтобы добраться до Тайна, и после двухнедельной остановки там он еще две недели был в пути до Хиоса. Только 24 августа он присоединился к Морозини у южного конца канала Хиоса. На следующее утро они вместе вошли в канал и атаковали противника, несмотря на его большое численное преимущество: 30 галер, 4 махона и 27 разных кораблей против 16 галер и 13 парусников. Ни одной из сторон не был причинен существенный ущерб, хотя христиане заявили о потоплении двух турецких галер. Мочению не имел достаточных сил, чтобы продолжать атаку, и потому ушел в южном направлении к Никарии, а оттуда на запад к Зее и Андросу, где 1 сентября к нему подошли корабли, оставленные для блокады Негропонта. Морозини подошел 4-го. Мочению и гребные корабли ушли на следующий день, чтобы соединиться с Гримани, а 6-го парусные корабли отправились обратно к Хиосу. На этот раз их переход был быстрым, и 9 сентября там имела место еще одна перестрелка, но снова без существенных результатов, поскольку отсутствие ветра не позволило участвовать в деле никому, за исключением 6 венецианских галер. В то же время турки, несмотря на наличие 22 галер и 26 кораблей, удовлетворились обороной.