[6].
Как бы то ни было, в 10 часов утра 5 июля турецкий гребной флот – 13 галер и небольшие суда – с попутным ветром вошли в канал Корфу с севера. Пизани, который находился с 13 галерами и 2 галеасами к северу от города, немедленно приказал сниматься с якоря, но при появлении турецких парусных кораблей, общей численностью 72, удалился под защиту орудий крепости, а турки бросили якоря на другой стороне канала, в пяти милях к северу. Сначала возникла идея высадки команд венецианских галер на берег для укрепления гарнизона, но от этого плана вскоре отказались, и в тот же вечер Пизани поспешно увел свою флотилию южным каналом, оставив турок хозяевами положения. Теперь им ничто не мешало перевезти войска из лагеря на материке в районе Бутринто на остров Корфу. Первая высадка была произведена в шести милях к северу от города утром 8 июля.
Через несколько часов появились венецианские парусные корабли. Корнер хорошо продвинулся на север 6-го и даже добрался до Фано, что в 30 милях к западу от северного входа в канал Корфу. Желая точно узнать состояние дел, он пошел к Отранто и там узнал, что турки бросили якоря у Корфу двумя днями раньше. И он сразу ушел к далматинскому побережью. Юго-восточный ветер не позволил ему подняться выше, чем Сассено, близ Валоны, в 60 милях от канала Корфу. Но ночью ветер сменился на северо-западный и стал довольно сильным. Поэтому к часу дня 8 июля венецианские парусники прошли Кассопо, что в 12 милях от города Корфу, и атаковали турок с попутным ветром. Венецианский флот состоял из 27 кораблей: «Мадонна делла Салюте», «Костанца», «Трионфо», «Коломба д’Оро», «Гранд Алессадро», «Корона», «С. Лоренцо», «Мадонна делл’Арсенал», «Аквила Валиера» (или Воланте) – с 70 орудиями или около того; «Ириде», «С. Андреа», «С. Франциско», «Феде», «Фенис», «Неттуно», «С. Пьетро Апостоло», «Роза», «Мадонна дель Розарио» – с 60 орудиями; «Аквилета», «Витториа», «Венеция Трионфанте», «Скудо дела Феде», «Валор Инкоронат», «С. Паоло», «Сантиссимо Крочефиссо», «Сантиссима Анунциата» – с 50 орудиями. Турки, согласно сведениям бежавшего испанского пленного, имели 62 корабля, причем не менее 50 были настоящими военными кораблями. Флагман имел 96 орудий, 12 самых больших кораблей – по 84 орудия, те, что поменьше, – 54 орудия. 10 африканских кораблей были вооружены 50 легкими орудиями каждое4. Иными словами, в материальном отношении преобладание турок было не меньше чем два к одному.
Когда венецианцы приблизились, турки перерубили якорные концы и направились на норд-норд-ост, затем сделали поворот оверштаг и сформировали линию на правом галсе. Сражение началось примерно в половине третьего пополудни и продолжалось до семи часов вечера, когда его пришлось прервать из-за наступления темноты и штиля. Единственный маневр выполнил Джанум-ходжа. Капудан-паша, командовавший турецким авангардом, после жаркой схватки с венецианским авангардом под командованием Корнера сделал поворот оверштаг и сконцентрировался на арьергарде под командованием Флангини. Корнер последовал его примеру и облегчил положение своего арьергарда. Он хотел послать в бой брандеры, но из этого ничего не вышло, и турецкие галеры вывели свои корабли из боя на буксире. Африканские корабли, судя по всему, остались у материка и не вступили в бой. На следующее утро Корнер беспрепятственно добрался до порта Корфу, и его флот бросил якоря на линии между островами Видо (Видос) и Лазаретто, к северу от города, а турки заняли позицию севернее вдоль побережья Корфу.
Ни одна сторона не потеряла ни одного корабля, но также никто не одержал решающей победы. Но все же Корнеру удалось достичь двух целей. Во-первых, он наглядно доказал, что можно вступить в бой с турками, даже имеющими большое численное превосходство. Во-вторых, он вывел свой флот на позицию, где он прикрывал город от нападения турок с моря и одновременно заставлял противника тревожиться относительно линий связи. Он потерял 116 человек убитыми и 250 ранеными и утверждал, что нанес большой ущерб противнику.
Фактический перерыв турецкого вторжения оказался очень коротким. 10-го турки снова начали высаживать войска на берег и впредь делали это всякий раз, когда считали нужным. А венецианцы под командованием графа Шулемберга, именитого германского генерала, трудились изо всех сил, стараясь укрепить город.
Венецианские галеры Пизани, покинувшие город в ночь после появления врага, прошли вдоль морской стороны острова и начали курсировать между северным входом в канал Корфу и островом Мерлера, что в 20 милях к западу, ожидая конвой из Венеции с подкреплением и запасами. А 18 июля Пизани вернулся южным каналом с большим парусным 80-пушечным кораблем «Леоне Трионфанте», двумя транспортами, доставившими 1500 солдат, и еще одним судном, загруженным продовольствием. На следующий день с западной части острова сообщили, что в море замечена мальтийская эскадра, и 21-го она действительно прибыла. Она состояла из четырех парусных кораблей – 70-пушечных «С. Джованни», «С. Джакомо» и «Санта-Катерина» и 46-пушечного «Раймондо»5, пяти галер и двух вспомогательных судов.
Вечером 24 июля турки атаковали Монте-Абрамо, северный из двух холмов, расположенных к западу от города Корфу. С тех пор напряженные бои на суше являли собой странный контраст с почти полным спокойствием на море. Даже обладая превосходством над турками в численности галерного флота и доказав, что не уступает им, когда речь идет о парусниках, Пизани даже не пытался прервать постоянный поток турецких подкреплений. Когда он наконец надумал атаковать с помощью галер турецкий лагерь в районе Гувии, было уже слишком поздно. Турки установили тяжелые орудия, и галерам пришлось уйти. Два венецианских галеаса заставили два турецких корабля, стоящие с северного края, сняться с якоря, но этим все и ограничилось. Турецкие галеры не прекращали поддерживать свои корабли, и флот Пизани вернулся на якорную стоянку у Видо, ничего не добившись.
Следующее подкрепление венецианцы получили 31 июля в виде 14 галер – 4 папских, 5 испанских, 3 тосканских и 2 генуэзских – и 4 зафрахтованных кораблей под папским флагом с 50–60 орудиями каждый: «С. Лоренцо», «Фенис», «Порко Спино» и «Бурландо»6. 3 августа турки взяли Монте-Абрамо и Монте-Сальваторе, а двумя днями позже появилась перспектива морского сражения. Союзники вышли в море и уже почти приблизились на расстояние выстрела, когда ветер сменился на северо-западный, вернув преимущества врагу. В тот же день турки предложили условия перемирия, которые были категорически отвергнуты.
Шулемберг приготовился к вылазке, но отказался от нее, поскольку Пизани отказался помогать. Однако после прибытия 1500 солдат 15-го к плану вернулись, и в ночь с 18 на 19 августа вылазка все же состоялась, и галеры ее активно поддерживали. Из-за неудачных действий германского контингента она оказалась безуспешной. Турки, в свою очередь, начали массированную атаку, которая была отбита только после шестичасового сражения и внезапной атаки, возглавленной лично Шулембергом.
20 августа снова подул юго-западный ветер. Союзники приготовились атаковать, но были вынуждены вновь бросить якоря из-за налетевшего сильнейшего шквала с дождем, продлившегося три часа. Один из турецких кораблей потерял бушприт и фок-мачту, и его увели на буксире в северном направлении. На следующий день защитники ожидали генерального штурма, но вместо этого увидели, что турки поспешно грузят на корабли свою кавалерию. Через некоторое время стала ясна причина этого – вероятно, они раньше, чем венецианцы, заметили появление эскадры из 6 испанских кораблей7. Всю ночь турки пребывали в движении, и на рассвете 22 августа защитники Корфу с удивлением поняли, что вместо того, чтобы готовиться к завершающей атаке, турки поспешно отступают и осада снята.
Все желающие могли лицезреть, как под прикрытием парусников идет погрузка войск. Это было самое удачное время для атаки, но Пизани, даже несмотря на приход испанской эскадры, наотрез отказался вступать в бой и только сформировал линию поперек южного канала. 23-го он, судя по всему, все-таки решил атаковать, но ветер не позволил ему приблизиться к противнику, и новая линия, сформированная 24-го, явно предназначалась не для угрозы туркам, а для блокирования южного канала.
При таких обстоятельствах капудан-паша сумел 25 августа сконцентрировать флот в районе Бутринто и оттуда 26-го расстрелять северный канал. После этого турецкий флот ушел в северном направлении. Флот Пизани некоторое время шел за ним, однако вскоре повернул обратно и прошел южным каналом, чтобы прикрыть Занте и Кефалонию. Из Занте, куда флот прибыл 30-го, союзники ушли домой. Испанцы ушли 3 сентября, а папский контингент – 5-го. Теперь, когда в его распоряжении остались только собственные корабли и мальтийский контингент, Пизани рискнул дойти до острова Сапиенца, после чего, услышав, что турки вернулись в Дарданеллы, в начале октября снова подошел к Занте, откуда мальтийцы ушли домой.
Причины неожиданного бегства турок так никогда и не были установлены. Возможно, всему виной их поражение от рук австрийцев при Петервардайне 5 августа и возникшая в связи с этим необходимость укрепить армию, защищавшую Белград. Некоторые источники приписывают причину бунту в осажденной армии, другие считают, что прибытие испанской эскадры было последней каплей. Какой бы ни была причина, результат был ясен. Не только Корфу был спасен, но и Бутринто, турецкая база на материке, оказалась в руках венецианцев. А в октябре без единого выстрела был взят остров Святой Мавры.
Португальцы не принимали участия в действиях союзников. Их флот, состоящий из шести парусных кораблей с 40–80 орудиями, брандера, плавучего госпиталя и тартаны под командованием графа де Рио Гранде, вышел из Лиссабона 5 июля, но двигался на восток очень медленно и прибыл в Ливорно в период с 14 по 23 августа. К тому времени, как он достиг побережья Греции, турки уже ушли, и ему оставалось только вернуться домой, что они и сделали с заходом в Мессину 25 сентября.