В 1774 году турки стали более агрессивными. Контр-адмирал Чичагов, флот которого – «Четвертый» 58, «Первый» 32, «Второй» 32, «Корон» 16, «Азов» 16 – курсировал к югу от
Керчи, 20 июня неожиданно заметил турецкий флот из 5 линкоров, 9 фрегатов и 26 галер и шебек, которые попытались отрезать ему путь отхода. Ночью корабли Чичагова бросили якоря за пределами пролива. На следующий день они ушли в Керчь, где к ним присоединились «Хотин» 16 и «Журжа» 16.
Поскольку целью турок было прикрыть переправу своей армии через Керченский пролив, для них было очень важно уничтожить русскую эскадру. Поэтому 9 июля они атаковали превосходящими силами: 6 линкоров, 7 фрегатов, 17 галер и шебек и бомбардир, против 3 фрегатов, четырех 16-пушечных кораблей, бомбардиров и 3 небольших парусников под командованием Сенявина, который теперь принял командование русской эскадрой. Но только русские снаряды, как выяснилось, летели дальше – русские орудия оказались дальнобойными, и турки, прекратив атаку, вышли из боя.
Это был последний достойный упоминания эпизод перед подписанием 21 июля Кючук-Кайнарджийского мирного договора.
Последние годы войны мало что дали русским. В 1769 году они взяли Азов и Таганрог и утвердились в Молдавии, в следующем году уничтожили турецкий флот в Чесменской бухте и заняли Бессарабию. В 1771 году в их руках оказался Крым. А 1772 год не принес никаких перемен. Кампания 1773 года прошла с перевесом турок – если вообще у кого-то в ней был перевес. А беспорядки на Волге в 1774 году склонили царицу к миру. Она сумела получить очень выгодные условия: Азов, Таганрог, Керчь и Кинбурн стали российскими, Крым был объявлен независимым от Турции и находился под русским протекторатом. И наконец, Черное море стало доступным для российских военных кораблей.
Глава 11 Последние усилия Венеции 1784-1792
Короткий перерыв в войнах между Россией и Турцией, вызванный заключением Кючук-Кайнарджийского мира, стал свидетелем американской Войны за независимость, а также последних боевых действий венецианского военно-морского флота до его окончательного уничтожения Наполеоном Бонапартом.
Испытывавшая серьезные финансовые трудности из-за почти непрерывных войн на протяжении семидесяти пяти лет и лишенная большинства своих удаленных владений, Венецианская республика больше не считалась серьезной силой на Средиземноморье. Тем не менее она сделала последнюю попытку утвердиться, в процессе которой родилась одна из самых значительных ее фигур – Анджело Эмо.
Венеция, находившаяся в мире с Турцией с 1718 года, пребывала, как и многие другие страны Европы, в состоянии беспорядочной и не имеющей четкого определения войны с африканскими вассалами султана. Попытки положить конец такому положению дел были начаты Турцией в 1749 году и подхвачены Венецией несколькими годами позже. В результате в 1763–1765 годах были заключены мирные соглашения с Алжиром, Тунисом, Триполи и, наконец, с Марокко, что вызвало недовольство других средиземноморских государств, которые теперь были вынуждены в одиночку справляться с корсарами.
Хотя, как обычно, соглашения оказались недолговечными. В 1766 году возникла необходимость послать Джакомо Нани, Capitano delle Navi, в Триполи с внушительными силами, чтобы добиться освобождения двух кораблей, захваченных, несмотря на все недавние договоры. В следующем году похожая проблема возникла с Алжиром, где бей пытался «шантажом» добиться намного большего, чем было согласовано всего лишь четырьмя годами ранее. В этом случае именно Анджело Эмо, тогда бывшему алмиранте – заместителю командира парусного флота на «Эрколе» 74, удалось образумить африканцев, не вступая в бой.
Эмо поступил на флот в 1752 году в качестве Nobile di Nave – своего рода джентльмен-кадет. Капитаном он стал в 1756 году в возрасте 24 лет ив 1758 году получил под командование группу из трех кораблей для осуществления конвойных обязанностей. В ходе плавания он показал исключительное упорство и способность сохранять живучесть своего корабля, несмотря на многочисленные неприятности, обрушившиеся на него у португальского побережья1. После некоторого периода времени, проведенного на берегу, во время которого он занимался составлением карты Венецианской лагуны и морских путей, он в 1763 году был назначен патроном, или третьим по старшинству среди командиров парусным флотом, а в 1765 году – алмиранте.
Спустя три года он стал Capitano delle Navi и в качестве такого был вынужден разбираться с беспорядками, вызванными Русско-турецкой войной и сопутствующим ей греческим восстанием. В первую очередь он должен был разобраться с активностью корсаров Дульсиньо, которые действовали якобы как подданные султана, но в действительности использовали войну для оправдания деятельности, очень близкой к открытому пиратству.
Будучи капитаном, Эмо едва не потерпел кораблекрушение в 1758 году на «Сан-Карло». Став вице-адмиралом, он имел аналогичный, хотя и не столь продолжительный опыт на Эрколе у африканского побережья в 1768 году. Будучи адмиралом, он снова оказался на краю гибели в море в 1771 году и на этот раз потерял два корабля из четырех, находившихся под его командованием. На «Эрколе» 74, вместе с «Корриера» 74 и двумя небольшими кораблями, «Толлеранца» и «Констанца», он 14 октября отправился от острова Сапиенца к Занте. Два фрегата сразу отстали, а когда он снова заметил их 17-го, «Толлеранца», не обращая внимания на сигналы, направилась в Лаконский залив, к востоку от мыса Матапан, чтобы пополнить запасы пресной воды. Эмо с остальными кораблями пошел следом, и они бросили якоря на входе в залив, где их 19-го застиг сильный южный ветер. «Корриера» и «Толлеранца» разбились, причем на «Корриере» погибла почти вся команда, а «Эрколе» удалось спастись только после того, как моряки срубили мачты.
Только в 1778 году Эмо снова вышел в море. Он был повторно избран Capitano delle Navi и поднял свой флаг на «тяжелом фрегате» «Сирена»2, чтобы разобраться с претензиями триполийцев. Они желали расширить свое «право досмотра» судов далеко за пределы, установленные действовавшим соглашением. И снова ему удалось договориться без боя. И хотя его назначение было подтверждено и на следующий год, у него больше не было необходимости выходить в море.
В конце 1780 года он стал Inquisitore Estraordinario, или адмиралом суперинтендантом Арсенала, и, таким образом, получил возможность проводить реформы, которые считал необходимым, исходя из своего опыта на море. В 1784 году он снова был назначен Capitano delle Navi, на этот раз для ведения новой войны против корсаров Туниса и правительства, их прикрывавшего. Эту задачу он успешно выполнил.
Поводом для этой войны – если для нее вообще был нужен повод – послужило сожжение на Мальте венецианского корабля, зафрахтованного тунисскими купцами в Александрии. Этот корабль прибыл на Мальту с чумой на борту и, поскольку сразу не выполнил требование немедленно выйти в море, был сожжен санитарными властями порта. Как и в 1664 году, в 1782 году действия мальтийцев втянули Венецию в войну, поскольку бей, которому было отказано в компенсации, а требование ежегодной дани проигнорировано, не счел угрозой маленькую эскадру под командованием Кверини, Patron delle Navi, объявил войну Венеции.
Эмо покинул Венецию 21 июня 1784 года на корабле «Фама» 66, в сопровождении «Форца» 70, «Пальма» 403, шебеки «Тритон», бомбардирских кораблей «Диструционе» и «Полония» и галеота «Эсплораторе». В море он вышел 27-го и добрался до Корфу месяцем позже после долгого, неспешного перехода и длительного ожидания в заливе Каттаро (Которском заливе). Там к его флоту присоединился корабль «Конкордия» 66 и шебеки «Купидон» и «Неттуно». Оставив «Тритон» в Которском заливе, венецианский флот снова вышел в море 12 августа и бросил якоря у Карфагенского мыса 1 сентября. В ночь с 3-го на 4-е венецианские лодки захватили небольшой тунисский корабль в районе Голетты, и этот приз вместе с «Форца» и «Неттуно» остался для ведения блокады, а Эмо увел остальной флот на север до мыса Фарина. Через несколько дней флот направился на Сардинию, где оставался с 14-го по 22-е. Затем 25-го он встретил «Форца» и его спутников, и, вместо того чтобы вернуться к Голетте, корабли 1 октября бросили якоря в районе города Сус.
Ненастная погода задержала операции, но с 5-го по 7-е велся постоянный обстрел города, хотя и без видимого результата. Повреждение оснований бомбометов на бомбардирских кораблях и плохая погода прервали атаку, однако она была возобновлена на некоторое время 12-го. После этого Эмо направился в Триполи, где его хорошо приняли, а бомбардирские корабли ушли в Трапани, на Сицилии, в ремонт.
Капитан «Форца», Алессандро Мора, умер в Трапани от заражения крови, ставшего следствием ранения в руку при Сусе. Корабль ненадолго пережил его. 19 ноября, когда Эмо прибыл в Трапани, «Форца» не смог войти в гавань и бросил якорь перед входом. Во время налетевшего шторма он разбился, правда, большую часть команды удалось спасти. В январе две шебеки пошли в Тунис, но «Неттуно» едва не разбился у Палермо и спасся, только срубив мачты. После этого «Купидон» вернулся в Трапани и в феврале отправился за такелажем и оснасткой для «Неттуно».
В то же самое время, 11 февраля 1785 года, Эмо отправился на Мальту. Он вел корабли «Фама», «Конкордия» и «Пальма». 22 марта он вернулся в Трапани, и 6 апреля весь флот снова вышел в море. «Конкордия» и «Диструционе» подошли к Голетте 13-го, остальные – 17-го. Но уже 1 мая корабли снова ушли в Трапани после неудачной попытки переговоров. Прибыв в Трапани 7-го, Эмо почти сразу снова вышел в море, где оставался с 12 мая по 8 июня, после чего отправился в обратный путь и прибыл на Мальту 23-го. 30-го к его флоту присоединился корабль «Эоло» 70. После этого 11 июля в Сус направились корабли «Фама», «Эоло», «Конкордия», «Пальма», два бомбардирских корабля и два небольших судна. К месту назначения они прибыли 20-го, но активным действиям снова помешала плохая погода, хотя бомбардирские корабли вели обстрел города по ночам – 21-го, 27-го и с 31 июля по 4 августа. Был нанесен серьезный ущерб, однако результат все же нельзя было считать удовлетворительным, несмотря на то что было использовано более 400 больших бомб.