23 и «Саксесс» 36. «Диану» довольно быстро догнал «Саксесс», но «Юстис» оказался быстрее и со временем прибыл в Тулон.
Спустя десять дней французский командир генерал Вабуа был вынужден признать, что больше ничего нельзя сделать. 4 сентября он запросил условия перемирия, и уже на следующий день крепость официально капитулировала. Британцы получили три бывших мальтийских корабля, «Атеньен» (бывший «С. Джованни») 64, «Дего» (бывший «С. Заккария») 64 и «Карфагенуаз» (бывший «С. Элизабетта») 36. «Атеньен» был взят в Королевский флот, но два других корабля находились в слишком плохом состоянии, чтобы их ремонтировать.
В Египте положение французов хотя и не было отчаянным, но все же не могло считаться удовлетворительным. Клебер, преемник Бонапарта в командовании армией, с радостью согласился на конвенцию, заключенную в Эль-Арише 24 января 1800 года. В соответствии с этой конвенцией турки, с согласия сэра Сиднея Смита, позволили французам покинуть страну с оружием и имуществом и обеспечили для них транспорт, при условии, что они больше не станут воевать против Турции или Британии в той войне. Такое соглашение было тотчас отвергнуто приказом Адмиралтейства от 15 декабря, адресованным Кейту, и письмами Кейта от 8 января в адрес Смита и Клебера, настаивающими на том, что французы должны покинуть Египет только в качестве военнопленных. К сожалению, все эти письма были получены уже после заключения соглашения.
Узнав, что им не позволят покинуть Египет, французы предприняли наступление и в марте нанесли большое поражение туркам. Они также захватили турецкие суда, посланные в Александрию для их перевозки. Тем временем британское правительство пересмотрело вопрос и отправило письмо своему послу в Константинополе, чтобы объявить о своем намерении придерживаться конвенции, хотя и продолжало настаивать, что ее не следовало заключать. На этот раз французы отказались от переговоров. В июне был убит Клебер, но это не изменило ситуации. Французы остались в Египте, а британские корабли продолжили блокаду, насколько это было возможно, учитывая их малочисленность.
Несмотря на приказы Ушакова и его собственные плохие отношения с австрийцами, Войнович остался на Адриатическом море – в Триесте, или в Анконе. В конце марта 1800 года он находился в Анконе с тремя русскими фрегатами и двумя турецкими, снова требуя, чтобы русский флаг был поднят вместе с австрийским. В мае после столкновения между турецкими моряками и австрийскими солдатами два турецких корабля ушли в Константинополь, а Войнович оставался в том, что теперь могло считаться австрийскими водами, до августа, и в конце июля перевез королеву Неаполя и ее свиту, включая Нельсона и Гамильтонов, из Анконы в Триест. Для выполнения этой миссии предназначался австрийский фрегат «Беллона», но его удобства были признаны недостаточными, и ему пришлось довольствоваться ролью эскорта. После этого Войнович совершил короткий заход в Анкону и, проведя несколько дней в Кастельнуово – в Далмации, – в конце сентября отправился на Корфу на зиму, не делая никаких попыток вернуться в Россию, как было приказано. В начале 1801 года он был уволен со службы.
Во время его последнего появления в Анконе австрийцы уже готовились покинуть крепость. Три бывших венецианских линкора «Лахарп», «Стенгель» и «Бейран» покинули Венецию в начале сентября, а все малые суда последовали за ними в январе 1801 года. Этот шаг был обусловлен драматическими изменениями ситуации в Италии. Весной 1800 года французы продолжали удерживать Геную, но почти ничего больше, и этот город, осажденный австрийцами и блокированный британцами, 4 июня был вынужден сдаться. Двумя днями раньше Бонапарт, после его известного перехода через Альпы, вошел в Милан, и 14 июня битва при Маренго снова сделала его хозяином Северной Италии. Согласно перемирию, заключенному на следующий день, все, расположенное к западу от реки Минчо, переходило под контроль французов, а австрийцы должны были вывести войска из Тосканы и Анконы. Возобновление противостояния следующей зимой лишь привело к дальнейшим успехам французов. Только Люневильский мир, заключенный в феврале 1801 года, подтвердил условия Кампоформийского договора и оставил под французами почти всю Италию, хотя Венеция все еще была австрийской.
Французы могли быть хозяевами Италии и даже всей Европы, но британцы оставались хозяевами Средиземного моря. Французский тулонский флот практически прекратил свое существование, и даже если бы Россия присоединилась к Франции против Британии, что представлялось вероятным, русских кораблей на Средиземном море было слишком мало, чтобы повлиять на ситуацию, а русский Черноморский флот не являлся угрозой, пока Турция оставалась враждебной или даже нейтральной. Мальта находилась в руках британцев, Корфу – русских. Из всех заморских завоеваний Бонапарта 1797–1798 годов остался только Египет. Именно с Египтом были связаны военно-морские операции 1801 года: французы продолжали попытки поддержать свою армию там, а британцы и турки – ее уничтожить.
Британская армия, высадившаяся в Египте в 1801 году, предназначалась для службы в Италии и, когда это стало невозможным из-за коллапса Австрии, была отправлена обратно в Гибралтар для атаки на Кадис, чтобы завладеть стоявшим там испанским флотом. Кейт и Эберкромби, командовавший армией, появились в районе Кадиса в начале октября, но сразу отошли, ничего не достигнув. Они вернулись в Гибралтар и там получили приказ атаковать французов в Египте.
В середине декабря экспедиционные силы собрались на Мальте. Оттуда они отплыли двумя дивизионами 20-го и 21-го и снова собрались в гавани Мармариса, недалеко от Родоса, в период между 27 декабря и 1 января. Там к ним должны были присоединиться значительные турецкие силы. Но когда британский флот снова вышел в море 23 февраля, его сопровождали только несколько турецких канонерок24, да и они почти сразу были вынуждены искать укрытия на Кипре. 2 марта весь флот – около 70 кораблей – бросил якорь в Абукирском заливе.
В экспедиции принимали участие следующие корабли: «Фудройент» 80, «Кент», «Аякс», «Минотавр», «Нортумберленд», «Тигр», «Свифтшур» – 74-пушечники, «Флора», «Пенелопа», «Пика», «Флорентина» и «Санта Доротея» – 36-пушечники, «Грейхаунд» 32, «Детермине» 24, «Бон Ситойен» 20, «Термегант» 20, «Мондови» 18, «Камелеон» 18, «Питерел» 16, «Минорка» 16, «Трансфер» 14, «Викторьез» 14; «Круэл» и «Энтерпренант» – тендеры, «Мальта» – шхуна, «Тартарус» и «Фьюри» – бомбардирские корабли, «Дэнджерёз», «Джаниссари» и «Негрес» – канонерки. Также в экспедицию входили 40 небольших двухпалубников и фрегатов, с частично снятым вооружением для использования в качестве транспортов.
Когда британский флот достиг Абукирского залива, французский фрегат «Реженере» 36 из Рошфора и бриг «Лоди» 18 из Тулона вошли в Александрию. Груженный запасами и войсками, «Реженере» вышел из Рошфора 14 февраля вместе с фрегатом «Африкан» 40, но последний был взят кораблем «Феба» 36 сразу после прохода Гибралтара. Месяцем раньше, 3 февраля, «Юстис» 40 и «Эджиптьен» 44 тоже прибыли в Александрию, выйдя из Тулона 24 января.
Более крупные силы вышли на выручку из Бреста 7 января, но почти сразу были замечены британскими кораблями и вернулись. Вторично они вышли в море 23-го и сумели уйти незамеченными. В эту группу кораблей входили следующие: «Индивизибль», «Индомптабль», «Формидабль» – 80-пушечники, «Жан Барт», «Конститьюшн», «Десэ», «Диз От» – 74-пушечники, «Креол» 40, «Бравур» 36 и люггер «Вотур». Ею командовал контр-адмирал Гантом. 9 февраля корабли прошли Гибралтар. Местом назначения якобы была Вест-Индия, и была отправлена эскадра на перехват, но ситуация сложилась так, что преследование было организовано от Кадиса кораблями под командованием контр-адмирала сэра Джона Уоррена: «Гибралтар» 80, «Реноун» 74 (флагман), «Дрэгон» 74, «Женерё» 74 и «Гектор» 74, а также «Гарлем» 64 (с частичным вооружением) и рядом фрегатов и шлюпов. Возможно, это были «Помона» 40, «Феникс» 36, «Перл» 32, «Меркурий» 26, «Саламин» 18 и «Пеликан» 18. Уоррен достиг Гибралтара через день после того, как через него прошел Гантом, но вместо того, чтобы немедленно продолжить преследование, задержался там до 13-го и потом направился к Минорке, куда прибыл 20-го. Тем временем Гантом захватил «Саксесс» 32, который вышел из Гибралтара, чтобы предупредить Кейта о приближении французов, и узнал, что Кейт находится впереди него, а Уоррен – позади. Он сразу отказался от идеи продолжить путь на восток и взял обратный курс на Тулон, куда прибыл 18-го.
Месяцем позже (19 марта) он снова вышел в море, имея приказ, если возможно, дойти до Александрии, но, если не получится, высадить войска в любом месте к востоку от Триполи. Уоррен тем временем 4 марта покинул Минорку, оставив там «Женерё» и «Саламин», и дошел до Сицилии, во-первых, чтобы разведать ситуацию, создавшуюся в результате прекращения неаполитанского сопротивления французам, а во-вторых, чтобы забрать два корабля, «Александр» 74 и «Атеньен» 64 с Мальты. Пополнив свой флот, он возвращался в направлении Тулона и 25 марта заметил флот Гантома у Сардинии, но не смог его догнать, и в темноте зрительный контакт был утрачен. Гантом вернулся в Тулон 5 апреля, а Уоррен повел свой флот в восточном направлении и 20 апреля присоединился к Кейту у Александрии.
Высадка в Абукирском заливе была задержана непогодой, но в конце концов успешно выполнена 8 марта. Через десять дней Абукирский замок сдался, а 21-го французы потерпели поражение, попытавшись сбросить высадившиеся войска в море. В этом сражении был смертельно ранен Эберкромби.
Теперь к британцам начала прибывать турецкая поддержка. Капудан-бей (адмирал) прибыл 18 марта с двумя 74-пушечниками, четырьмя или пятью фрегатами или корветами и мелкими судами. За ним 26-го последовал капудан-паша (командующий флотом) на линкоре «Селимие» 11025, еще двумя линкорами, тремя фрегатами или корветами и 5 тысячами солдат. Уже на следующий день прибыл еще и патрон-бей (вице-адмирал) на очередном линкоре. В начале апреля турецкие войска высадились на берег. Теперь операции велись повсеместно, вплоть до низовьев Нила, где армию поддерживали британские и турецкие канонерки. После затопления дна бывшего озера Мареотис (Марьют) французы в Александрии оказались изолированными. 27 июня гарнизон Каира сдался, и только Александрия осталась в руках французов.