Сенявин находился в Рагузе только несколько дней, после чего, оставив там корабль «Михаил» 50, вернулся в Кастель-нуово, где 24 мая к нему присоединилась «Венера». Новые приказы санкционировали его пребывание на Адриатике и предписывали ему как можно активнее действовать против французов. Но пока он считал ситуацию в Триесте самой срочной проблемой и, соответственно, 25 мая повел туда корабли «Селафаил» 74, «Св. Петр» 74, «Москва» 74 и «Венера» 50. На следующий день он встретил «Св. Елену» 74 из Триеста в сопровождении 7 каперов и 38 разных судов, принадлежавших Каттаро. Плохая погода не позволила ему достичь Триеста до 1 июня, то есть спустя восемь дней после истечения установленного льготного срока. Ему сразу же приказали отойти за расстояние выстрела, но он любезно предложил австрийцам открыть огонь, чтобы он знал, насколько далеко может зайти, и потребовал освобождения торговых судов. При этом он расположил свои корабли так, чтобы показать: он готов применить силу, если его требования не будут выполнены. Твердость Сенявина произвела впечатление, и на следующий день торговые суда были освобождены.
В это время прибыл «Автроил» 32 из группы Белли и привез новость о том, что французы 27 мая вошли в Рагузу и заявили о своем намерении оставаться там до тех пор, пока русские не уйдут из Каттаро и с Корфу. Сенявин сразу же отрядил «Венеру» и «Автроил» присматривать за торговыми судами, послал линкор «Москва» блокировать Венецию и повел корабли «Селафаил» и «Св. Петр» в Рагузавеккью (Цавтат), что в нескольких милях к югу от Рагузы, куда прибыл 8 июня6. Тем временем корабли Сорокина – «Параскевия» 74 и «Уриил» 84 3 июня прибыли в Которский залив с Корфу, в тот же день, что «Св. Елена» из Триеста, а «Уриил» пришел оттуда в Рагузавеккью 5-го и поддержал малые суда, которые взаимодействовали с армией в боях 7—10 июня. К 14-му «Селафаил», «Параскевия», «Св. Петр», «Св. Елена», «Уриил», «Венера» и «Автроил» – все были у Рагузы. 17-го «Селафаил», «Параскевия», «Св. Петр», «Св. Елена» и «Венера» при поддержке «Автроила» и пяти канонерок обстреляли Рагузу. Одновременно перешла в наступление русская армия и ее союзники на берегу. На следующий день «Параскевия», «Св. Петр», «Венера» и «Хазард», а также канонерки атаковали остров Сан-Марко, аванпост крепости Рагуза, и высадили там 600 человек. Французские позиции были отлично укреплены, и высадочная партия отступила с небольшими потерями. В итоге совместная атака с суши и моря превратилась в осаду. Но даже осада долго не продержалась, поскольку прибытие французских подкреплений заставило русских уйти, частично по суше в сторону Рагузавеккьи, частично по морю. Это произошло 6 июля.
До того как это случилось, на «Венере» и «Автроиле», тогда находившихся у Курцолы, 2 июля стало известно, что какое-то количество малых французских судов находится в Нарентском заливе, между ними и материком. На следующий день враг был замечен, и 4-го ему был навязан бой в устье Наренты. Из 11 судов были захвачены следующие: шебека «Хенрих», 2-пушечная полушебека «Тремендо» и 3-пушечная канонерка «Баталья ди Маренго»7. Еще две канонерки были уничтожены. Остальные ушли или вверх по реке, или в Спалато (Сплит). Захваченная канонерка, после того как с нее сняли вооружения, была отдана сторонникам русских на берегу, два других судна получили название «Забияка» и «Ужасная» и взяты на русскую службу.
Когда осаду Рагузы пришлось снять, Сенявин увел флот в Которский залив. Помимо тех кораблей, которые уже упоминались выше, к нему в последних операциях присоединились следующие: «Москва» 74 из Венеции, «Ярослав» 74, «Св. Михаил» 50 и транспорт с таким же названием. «Св. Петр» 9 июля направился к Курцоле, а 17-го «Ярослав», «Венера» и «Забияка» (бывший «Хенрих») пошли в северо-западном направлении с приказом прервать морское сообщение французов, насколько это будет возможно. Ничего, достойного упоминания, не произошло. Переждав период непогоды, они 20-го подошли к Курцоле, а потом оставались в Нарентском заливе или около него до 13 августа, когда получили приказ Сенявина прекратить вооруженное противостояние и вернуться в Которский залив. Там к ним присоединился «Св. Петр», и, приняв на борт гарнизон Курцолы, они 17-го уже были вместе с главными силами флота.
Основанием для этих приказов было то, что Сенявин получил уведомление о заключении мира между Францией и Россией 20 июля. По условиям договора русские приобретения в окрестностях Каттаро должны были вернуться к австрийцам, а уже они должны были передать их Франции. Эту часть инструкций Сенявин намеренно проигнорировал. Однако, услышав о новой ситуации 2 августа и получив подтверждение новости 10-го, он уже не мог не отдать приказ о прекращении вооруженного противостояния.
Как выяснилось, он был прав, игнорируя инструкции, как и в апреле. Царь отказался ратифицировать договор, и 7 сентября Сенявин получил новый приказ о немедленном возобновлении вооруженного противостояния. Два его корабля, «Азия» 74 и «Уриил» 84, 4 сентября вышли из Которского залива и заняли позицию в нескольких милях к северо-западу от Рагузы. 11-го к ним присоединился бриг «Бонасорте» 16, а 14-го – Сорокин на «Параскевии» 74, а также «Св. Петр» 74 и «Венера» 74. Сенявин оставался в Каттаро на «Селафаиле» 74, и, вероятно, линкор «Москва» 74 был с ним. «Св. Елена» 74 была послана в Триест для сопровождения бригов «Летун» и «Феникс» на случай, если они будут атакованы канонерками из Капо д’Истрия. «Ярослав» 74 ушел на Корфу с призами.
Теперь французы наступали по суше на Кастельнуово по северной стороне Которского залива и одновременно установили батарею на мысе Остра – у входа в залив. Эта батарея подвергалась атакам «Св. Петра» и «Венеры», а также трех канонерок начиная с 19 сентября и была захвачена 25-го. Тем временем другие корабли Сорокина блокировали побережье
Рагузы, и в первую очередь гавань Рагузавеккья, где находились 10 французских канонерок и бриг. 27 и 28 сентября ими было сделано две попытки перейти в Рагузу, но всякий раз русские корабли заставляли их вернуться. Основная роль в этом противостоянии принадлежала «Венере». «Св. Петр» 74, три канонерки и «Ярослав» 74, который вернулся с Корфу, помогали в обороне Кастельнуово от французов 1 и 2 октября. В итоге французы с большими потерями отступили до Рагуза-веккьи.
За несколько дней до этого «Москва» 74 была направлена в Триест, а «Св. Елена» 74, «Летун» 16 и «Феникс» 16 оттуда вернулись. 6 октября в диспозиции русских кораблей произошли существенные изменения. «Параскевия» 74, «Азия» 74 и «Венера» 50 были отозваны в Кастельнуово, а их место в Рагузе занял линкор «Св. Елена». Одновременно «Ярослав» 74 и «Бонасорте» 16 были направлены к Курцоле, а «Уриил» 84 – к далматинскому побережью к востоку и северу от острова. К «Уриилу» 11-го присоединился «Феникс» 16. Две пары кораблей, действовавшие более или менее согласованно, захватили несколько торговых судов, но реальных боев не вели. 2 ноября они вернулись в Кастельнуово. Пока их не было – на следующий день после их ухода, – небольшие французские суда в Рагузавеккьи сделали третью попытку перейти в Рагузу, на этот раз успешную. Еще одним достойным упоминания инцидентом была разведка боем Рагузавеккьи 16 октября силами русских и союзнических войск при поддержке четырех линкоров8. Французские позиции оказались сильными, и русские снова ушли в Кастельнуово.
В ноябре имела место пауза в операциях9. Только 8 декабря Сенявин покинул Кастельнуово, имея целью оккупацию некоторых далматинских островов. Имея в своем распоряжении 74-пушечники «Селафаил», «Ярослав», «Св. Елена», фрегат «Кильдуин» 32, корветы «Херсон» и «Днепр», теперь использовавшиеся как транспорты, и пять местных каперских судов, он появился у Курцолы 9-го. После того как все корабли сделали по нескольку выстрелов по французским укреплениям, он предложил гарнизону сдаться. Предложение было отвергнуто, и 11-го на берег высадились войска. На следующий день после недолгого обстрела с «Ярослава» одновременно с атакой по суше французы подняли белый флаг.
20 декабря, переждав непогоду, Сенявин повел «Селафаил», «Ярослав» и «Кильдуин» дальше на север. Двумя днями позже русские атаковали французские позиции на острове Бразза (Брач) – следующем острове к северу от Лесины. Преодолев недолгое сопротивление, русские захватили его. После этого Сенявин хотел атаковать Лесину, но был вынужден отказаться от этой идеи из-за прибытия брига «Бонасорте» с важными новостями. Оказалось, что Али-паша, полунезависимый правитель Эпира, оккупировал Превезу и вроде бы имеет планы на Ионические острова. 23 декабря Сенявин отошел от Браззы и вернулся к Курцоле, где оставил «Св. Елену» для поддержки гарнизона, а остальные корабли повел в Которский залив.
В результате этого перемещения русского флота к Далматинским островам имел место один небольшой инцидент. Бриг «Александр», номинально 16-пушечный корабль, а в реальности имевший только 12 4-фунтовых пушек, 29 декабря был атакован возле Браззы тартаной «Наполеон» с двумя 18-фунтовыми и шестью 12-фунтовыми пушками и тремя канонерками с двумя 18-фунтовыми пушками на каждой. Бой продолжался три часа и завершился потоплением двух канонерок и серьезными повреждениями двух других французских кораблей. Судя по некоторым источникам, французы потеряли 217 человек, а русские – 11.
К этому времени Россия уже находилась в состоянии войны с Турцией, хотя Сенявин пока еще об этом не знал. Благодаря ловкой дипломатии наполеоновского посланника Себастьяни, который прибыл в Константинополь только в середине августа, французское влияние вытеснило влияние русских и британцев так быстро, что еще до конца месяца султан предпринял решающий шаг и уволил правителей Молдавии и Валахии, что противоречило правам русских по договору. После этого война оказалась практически неизбежной, хотя ее фактическое объявление было отложено до конца года.
Являясь союзницей России, Британия заинтересовалась новым развитием событий. Коллингвуд получил приказ отправить неско