Зуев, 1960, с. 90–91).
О развитии денежной торговли в городах Чуйской долины свидетельствуют монеты тюргешей и тухусов (Смирнова, 1981, с. 59–61), которые выпускались в каганатах в VII–VIII вв., но находились в обращении вплоть до XI в.
Семиреченские монеты представляют собой медные литые кружки диаметром от 12 до 28 мм, с квадратным отверстием в центре. Наиболее распространены монеты тюргешские и так называемые круга тюргешских, в том числе тухусские. Тюргешские монеты выпускались от имени кагана, о чем свидетельствует круговая согдийская надпись на одной из сторон: «Господина (Божественного) тюргешского кагана деньга»; или: «Господин тюргешский каган Фан». Наиболее типична легенда «Тухусский господин» (Смирнова, 1958, с. 531; Настич, 1988, с. 96–120). Тухусские монеты были меньших размеров и худшего качества. Установлены четыре типа семиреченских монет, внутри которых выделяются группы, отмеченные различными вариантами тамг, наличием или отсутствием легенды, разницей в весе и технике изготовления (литые и чеканные).
Важную роль в жизни городского и оседлого населения играли земледелие и животноводство. Выращивали зерновые (пшеницу, просо), занимались виноградарством, садоводством и огородничеством. Сведения о производстве вина в городах содержатся в эпиграфических находках. Судя по согдийским надписям на венчиках хумов из Краснореченского и Новопокровского городищ, эти сосуды с вином предназначались в дар. Одна из надписей гласит: «Этот сосуд — дар общины Пакапа. Это вино в радостное время пей, государь… Государь ал Сильге, получивший счастье от богов, да будет счастливым, благоденствующим!» (Лившиц, 1981, с. 70–77). Остатки винодельни VII–VIII вв. обнаружены на городище «Луговое Б». Она находилась в одном из помещений жилого комплекса усадьбы и состояла из нескольких соединенных трубами давильных площадок, откуда виноградный сок стекал в емкость, где отстаивался, очищался, а затем разливался в сосудах. Здесь же из сока варили бекмес — патоку (Байпаков, 1966, с. 88–91). Винодельня обнаружена и на городище Торткуль (Нижний Барсхан) в Таласской долине (Сенигова, 1972, с. 68).
Средневековые авторы свидетельствуют, что достаточно большое количество жителей городов занималось сельским хозяйством. По сообщению автора начала VII в., в Чуйской долине «тех, кто возделывает поля, и тех, кто преследует выгоду (торгует), поровну» (Зуев, 1961, с. 90–91). В источнике середины VIII в. характеризуется Таласская долина: «…с третьего до девятого месяца не бывает дождей, а для полива полей пользуются снеговой водой. Здесь произрастают ячмень, пшеница, рис, горох, бобы. Жители пьют виноградные и конопляные вина, айран» (Зуев, 1960, с. 93). В Таразе и Краснореченском городище обнаружены косточки урюка, винограда, арбузные и дынные семечки, зерна пшеницы, проса, риса. Таким образом, сельское хозяйство играло немаловажную роль в жизни средневекового горожанина. Находки зерна, семян садовых и бахчевых культур свидетельствуют о подсобных занятиях горожан полеводством, садоводством, бахчеводством.
Глава 10Среднее течение Сырдарьи(К.М. Байпаков)
Южный Казахстан, или Присырдарьинская географическая провинция, ограничивается на севере степями Центрального Казахстана, на юге Таласским Алатау, на востоке Джувалинским плоскогорьем, на западе песками Кызылкумов (Чупахин, 1970, с. 186–188, 339–349). Наиболее удобна для жизни и развития земледелия предгорная зона Таласского Алатау, по своим природным условиям во многом сходная с северными районами Средней Азии, и прежде всего с Ташкентским оазисом.
Карта 10. Среднее течение Сырдарьи.
а — крупный город; б — малый город; в — современное селение.
1 — Актобе; 2 — Чардара; 3 — Сейидтепе; 4 — Актобе; 5 — Баиркум; 6 — Сайрам; 7 — Турткультобе; 8, 9 — Балыкчи; 10 — Казатлык; 11 — Шортобе; 12 — Джувантобе; 13 — Кокмардан; 14 — Оксус; 15 — Отрар; 16 — Куйруктобе; 17 — Бузук; 18 — Кумтобе; 19 — Каратобе; 20 — Артык-Ата; 21 — Мейром; 22 — Баба-Ата; 23 — Кумкент.
В пределах Южного Казахстана находятся горы Каратау. Склоны хребта на всем протяжении орошены многочисленными реками. Среди них наиболее крупные Боролдай, Чаян, Бугунь, Баялдыр, Икансу. Особое место занимает долина Сырдарьи. Древнее ее название, переданное греками в форме «Яксарт», сохранялось вплоть до арабских завоеваний. В средневековье она именуется в письменных источниках Сейхун, Кангар, Гюль-Зариун, Йинчуугуз, и лишь в XVI в. вновь приобретает популярность ее первоначальное название «Сыр» (Кляшторный, 1964, с. 74–76). Природные условия способствовали развитию в районе комплексного скотоводческо-земледельческого хозяйства (Андрианов, 1969, с. 227).
В последние столетия до н. э. — первые века н. э. на Сырдарье находился центр государственного объединения Кангюй, а в средние века здесь формируются несколько крупных центров городской культуры: предгорья Таласского Алатау и верховья р. Арысь, где находились округ Испиджаб и одноименный город, столица Южного Казахстана IX–XII вв. (Бартольд, 1963, т. I, с. 232), в среднем течении Арыси локализуется средневековый округ Кенджиде (Бартольд, 1963, т. I, с. 233); Отрарский оазис соответствует средневековому округу Суараб (Бартольд, 1963, т. I, с. 233); Туркестанский оазис занимает часть среднего течения Сырдарьи. Судя по письменным источникам, здесь в раннем средневековье размещался округ Шавгар (Бартольд, 1963, т. I, с. 234), а в позднем средневековье находился главный город Южного Казахстана — Туркестан (Пищулина, 1969, с. 19–21).
В низовьях Сырдарьи в IX–X вв. располагался центр государства огузов. В XI — начале XIII в. здесь находилась столица кипчакского государства, а в XIV–XV вв. — Ак-Орды (Бартольд, 1963, т. I, с. 235–237; Агаджанов, 1969; История Казахской ССР, 1979).
Начальный период накопления исторических знаний о древностях южных районов Казахстана охватывает XVII — первую половину XIX столетия. В это время усиливаются торговые, дипломатические и экономические связи России с Казахским ханством и среднеазиатскими владениями. В дошедших до нас записках, дневниках, донесениях служилых людей обстоятельно описываются обычаи и нравы, хозяйство народов Казахстана и Средней Азии (Масанов, 1968). Сведения о древних памятниках чаще встречаются у русских топографов, геодезистов, картографов, инженеров (Книга к Большому Чертежу, 1950).
Во второй половине XIX в., после присоединения Средней Азии и южных районов Казахстана к России и образования Туркестанского генерал-губернаторства, включавшего Сырдарьинскую (Туркестанскую и Семиреченскую) область, усиливается интерес к новому краю, к его прошлому.
Интересную страницу в истории русской восточной археологии представляют работы по изучению развалин города Джанкента (Янгикента). Сведения о нем впервые появились на страницах печати в 1867 г. (Макшеев, 1867; Григорьев, 1867). Весной того же года Джанкент осмотрел известный русский ориенталист П.И. Лерх. Он обследовал также городища Сауран, Туркестан, Сыгнак (Лерх, 1870).
В.В. Бартольд в 1893–1894 гг., проехав по маршруту Ташкент-Чимкент-Аулие-Ата-Пишпек-Верный, обследовал Южный Казахстан, долины Таласа и Чу, Илийскую долину (Бартольд, 1966б, т. IV, с. 21–91).
С именем В.В. Бартольда тесно связана деятельность Туркестанского кружка любителей археологии, организованного в 1895 г. в Ташкенте (Лунин, 1958). Наиболее деятельными его членами от Семиречья и юга Казахстана были Н.Н. Пантусов и В.А. Каллаур.
В.А. Каллауру принадлежит большое число статей и заметок, посвященных главным образом средневековым памятникам Таласской долины и юга Казахстана (Каллаур, 1896, с. 25–27; 1897а, с. 1–9; 1897б, с. 1–7; 1900а, с. 6–19; 1900б, с. 78–89; 1901, с. 69–78; 1903, с. 11–18; 1908, с. 31; 1904, с. 48–55; 1905, с. 37–39).
В 1902 г. члены кружка А.К. Кларе и А.А. Черкасов сняли топографический план Отрара, а в 1904 г. провели на этом городище небольшие раскопки (Кларе, Черкасов, 1904, с. 13–39).
Таким образом, в дореволюционный период специалистами-востоковедами, членами ТКЛА, деятельность которого протекала при научной поддержке В.В. Бартольда, была проделана большая работа (фиксация, описание памятников, небольшие раскопки на них). Нельзя не отметить усилия, направленные на охрану древностей, организацию хранения коллекций, пропаганду прошлого Средней Азии и Казахстана.
В первые годы советской власти изучение археологических памятников фактически продолжало традиции ТКЛА. В этот период небольшие по объему работы, связанные в основном с регистрацией памятников и описанием их, проводит организованный в 1921 г. Туркомстарис, позднее преобразованный в Средазкомстарис.
Достигнутый к 1936 г. уровень развития археологии Средней Азии и Казахстана отразила сессия ГАИМК, где с докладами выступили С.П. Толстов, А.Ю. Якубовский, А.Н. Бернштам, М.Е. Массон.
Новый этап в развитии археологии, в том числе и средневековой, связан с организацией в 1946 г. Академии наук Казахской ССР и в ее составе Института истории, археологии и этнографии АН КазССР.
Южно-Казахстанская археологическая экспедиция, организованная отделом археологии ИИАЭ АН КазССР и ЛОИА АН СССР, в течение 1948–1951 гг. вела исследования в Южном Казахстане. Ею руководил выдающийся историк-востоковед и археолог А.Н. Бернштам. Изучение топографии городищ, типология памятников, классификация керамики позволили составить представление об узловых культурно-исторических этапах, об уровне развития ремесла, а следовательно, и всей городской культуры Казахстана (