Дня и ночи на корабле нет, есть только вахты. Всемогущее командование разрешает нам проспать полторы из них, прежде чем прислать нескольких старшин, чтобы те вытащили нас из коек. Выкарабкиваясь из похожей на гроб постели, я не могу сообразить, первая сейчас вахта, вторая или третья, потому что мои внутренние часы потеряли точную настройку, которой я добился к тому времени, как «Версаль» вошел в канал Алькубьерре до Капеллы А.
Пока мы спали, десантные корабли «Манитобы» подняли с планеты еще несколько десятков человек нашего экипажа, переживших крушение. Когда мы возвращаемся в тот же зал для инструктажа, несколько рядов стульев уже заняты другими матросами и офицерами с «Версаля». Народ с шумом разбегается приветствовать друзей и соседей по койкам. Я не успел толком завести знакомых среди экипажа, поэтому остаюсь с Халли. Она оглядывается в поисках друзей-пилотов, не находит никого и печально хмурится.
– Похоже, из летной секции осталась только я, – говорит она. – Рикман и остальные в списках убитых в бою.
Я бегло пересчитываю людей – получается около шестидесяти, меньше трети укомплектованного экипажа «Версаля». Даже если учесть кучу раненых в лазарете, наша команда потерпела чудовищную трепку.
– Всей команде внимание, – объявляет собравшимся старпом, когда первый всплеск возбужденной болтовни немного стихает. Все замолкают и поворачиваются к капитан-лейтенанту.
– Наше дело сделано, – продолжает он. – «Манитоба» останется на орбите и продолжит боевые операции на поверхности. Некоторые из вас отправятся домой на «Банкер-Хилле». Лейтенант скоро зачитает вам список.
Он останавливается и осматривает собравшиеся остатки экипажа «Версаля».
– Вас ожидают новые допросы и назначения бог знает куда. Это решать командованию. Хотел бы я, чтобы нам дали новый фрегат, на котором мы написали бы «FF-472» и вернулись в дело, но этому не бывать.
Некоторые из матросов усмехаются и одобрительно бормочут.
– Для тех, кто отправляется на «Врата» за новым назначением: пока вы не доложили о прибытии новому старпому или командующему офицеру, вы все еще члены экипажа корабля ВКС САС «Версаль», и если я услышу, что вы ведете себя недостойно этого звания, то лично приду и устрою вам перекалибровку черепа. Ясно?
– Так точно, сэр! – кричим мы в ответ так громко, что старпом чуть отступает назад.
– Отлично, – говорит он. – Рад, что с этим разобрались.
– Сэр, – спрашивает кто-то из старшин. – О шкипере что-нибудь слышно?
– Капсула капитана Хилла была обнаружена прошлой ночью, – спокойно говорит капитан-лейтенант. – Их парашют либо не раскрылся, либо почему-то оторвался при спуске.
В комнате воцаряется мертвое молчание.
– Выживших нет, – продолжает старпом. – Вместе с капитаном в капсуле были капитан-лейтенант Шиллер, лейтенант Мено, главный старшина Эллис и лейтенант десанта Коннели.
В тишине можно услышать, как оседает пыль.
– Вспомните о старике и прочих ребятах из БИЦ, когда отправитесь на «Врата». В канале Алькубьерре у вас будет для этого время. Шкипер был хорошим человеком и прекрасным командиром.
Он смотрит на стоящего рядом лейтенанта, держащего доску-планшет с кучей распечаток в зажиме.
– А сейчас мистер Беннинг зачитает список членов экипажа, через час улетающих на «Банкер-Хилле». Если вашего имени там нет, вы остаетесь со мной. Если оно там, удачи вам и счастливого пути. Я горжусь, что служил с каждым из вас, и с радостью сделал бы это снова.
Мое имя есть в списке, имени Халли – нет.
Я надеялся провести с ней еще немного времени, не включающего в себя смертельного риска и полетов над захваченной планетой в безоружном корабле. Но, увы, все, что мне достается, – недолгий поцелуй в людном коридоре рядом со взлетной палубой.
– Ну разве это не охренительно? – говорит мне Халли, когда мы обнимаемся после третьей попытки выпустить друг друга. – Ты столько всего провернул, чтобы перевестись на мою посудину, а ее тут же взорвали.
– Наверное, Вселенная меня ненавидит, – говорю я.
– Не уверена в этом, Эндрю, – говорит она и целует меня в уголок рта. – В конце концов, ты же попал на нужный корабль. И мы не разбились и не вылетели в открытый космос. Я уверена, что от меня осталось бы только горелое пятно на земле, если бы я не свалила от Рикмана и не пошла поболтать с тобой.
– Тоже верно, – соглашаюсь я.
– Мы просто снова побудем вдалеке друг от друга. И вообще, кто знает? Флот не такой большой. Постарайся перевестись на какой-нибудь большой авианосец, где много-много десантных кораблей, хорошо?
– Постараюсь.
Мы обнимаемся в последний раз, игнорируя взгляды проходящих матросов. Халли целует меня, а потом нежно толкает ладонью в грудь.
– Иди, пока кого-нибудь из нас не посадили на гауптвахту за самовольную отлучку.
– Будь осторожнее, – говорю я, и она смеется радостным, сочным смехом.
– Ты же там был, Эндрю. В левом сиденье «Осы» нельзя быть осторожной.
– До скорого, крошка-пилот, – говорю я.
– До скорого, компьютерный ас.
– Опаздываешь, – говорит мне механик транспортной «Осы», когда я без всякого энтузиазма поднимаюсь по трапу. – Пристегивайся, мы уже задерживаем отлет.
– Есть, сэр, – отвечаю я и занимаю место у хвостового люка. Механик возвращается в корабль и нажимает кнопку на панели управления трапом. Я нашариваю потрепанные ремни и пристегиваюсь.
– Жаль, что так вышло с вашим кораблем, – говорит механик поверх шума задвигающегося трапа. В ответ я просто киваю. – Ну ничего, через недельку вернетесь на «Врата». Для вас, ребята, все кончилось.
Корабельные двигатели оживают, и я прижимаюсь к стене и закрываю глаза, вынуждая себя не смотреть сквозь сужающуюся щель туда, где несколько секунд назад скрылась в коридоре Халли.
«Что-то я в этом сомневаюсь, – думаю я. – Все еще только начинается».
Благодарности
Когда несколько лет работаешь над романом, у тебя накапливается огромный список людей, которых нужно поблагодарить в случае успеха. Если ты годами пишешь книгу, а такого списка у тебя нет, ты либо сверхчеловек, либо ДЕЛАЕШЬ ВСЕ НЕПРАВИЛЬНО.
Этот роман зародился как вступительная работа на семинар авторов НФ и фэнтези «Мыслимый рай». Поэтому я должен поблагодарить всех моих друзей с «МР-XII» за их критику, предложения и поощрения, в особенности Тиффани Ангус, Клэр Хэмфри, Катрину Арчер, Сару Брэндел, Мадж Миллер, Джеффа Макфри, Чана Терхьюна, Стива Копку и Кертиса Чена, моих нынешних друзей по Твиттеру и периодических партнеров по критике. Я также многим обязан моим преподавателям: Патрику Нильсену Хэйдену, Стивену Голду, Лоре Миксон, дядюшке Джиму и доктору Дойлу, Элизабет Бир и Джону Скальци, который был так добр, что уместил в свое рабочее расписание внеплановую личную беседу со мной. Все вы внесли ключевой вклад в успех той маленькой книжки про взрывы в космосе, которую разбирали на семинаре «МР – XII».
Спасибо моим друзьям и семье за то, что не закатывали глаза каждый раз, когда слышали, что я все еще «упражняюсь в письме».
Спасибо моему агенту, Эвану Грегори, из Литературного агентства Итана Элленберга, который принимает все меры, чтобы я не продал права за блестящую финтифлюшку и мешочек офигенных волшебных бобов.
И, наконец, спасибо моим читателям – тем, кто только что обо мне узнал, и особенно тем, кто годами следил за моими стараниями. Я выпустил в свет маленькую книжку про взрывы в космосе, вы купили ее, она понравилась вам, а дальше стали происходить настоящие чудеса. Спасибо вам всем за поддержку и добрые слова.