— У тебя нет правил.
Он расстегивает мой лифчик, позволяя ему упасть на пол. Мои груди свободно подпрыгивают, а полностью возбужденные соски пульсируют, касаясь края дивана.
— Теперь есть. — он протягивает руку и сжимает сосок так сильно, что я задыхаюсь. — Ты не встречаешься с другими парнями. Ты не смотришь на них. Ты, блядь, не дышишь рядом с ними. Это ясно?
Я поджимаю губы, отказываясь дать ему удовольствие увидеть, как я соглашаюсь.
Он срывает с меня нижнее белье, и я вздрагиваю от трения. Мои глаза на мгновение закрываются.
О, Боже.
Если он продолжит так беззастенчиво прикасаться ко мне, я ни за что не смогу устоять перед ним, даже если он мне ничего не расскажет.
Его твердый член устраивается между моих бедер, угрожая напротив моего входа.
— Я не расслышал твоего ответа. Это, блядь, ясно?
Когда я ничего не говорю, он раздвигает мои ягодицы грубыми руками и скользит своим членом к моей заднему входу.
Мои глаза расширяются, и я сильнее сжимаю диван.
— Э-Эйден? Какого черта ты делаешь?
— Жду твоего ответа, — он звучит небрежно, но я узнаю темноту в его тоне. — И подумываю трахнуть тебя сюда. Хмм. Это единственная дырочка, на которую я еще не претендовал.
Его член все больше входит в меня, слегка растягивая сзади.
Мои лопатки сжимаются от страха. Он бы этого не сделал, верно? Я слышала, что анальный секс требует большой подготовки и подобного дерьма.
— Просто, чтобы ты знала. — он наклоняется, шепча жаркие знойные слова. — Это будет чертовски больно.
Я сглатываю, но это не останавливает крошечные вспышки удовольствия, сжимать сердце.
Со мной действительно что-то не так.
Он впервые угрожает трахнуть меня в задницу, и я чертовски возбуждена. Требуется секунда, чтобы собраться с мыслями.
— Расскажи мне что-то, Эйден. Что угодно.
— Почему я должен? Я могу просто взять тебя. Хм. — он проводит пальцем от моей киски к моей заднице, размазывая влагу вокруг члена, который все еще у моего заднего входа. — Ты и так чертовски мокрая.
— Сделка есть сделка, Эйден. — я сжимаю губы, пытаясь сдержать стон, чтобы он не вырвался наружу. — Ты нарушаешь ее прямо сейчас.
— И я должен заботиться об этом?
— Да, ты должен! Потому что это причиняет мне внутреннюю боль.
На мгновение он останавливается. Думаю, что он отстанет или что-то в этом роде, но он только скользит своим членом к моему входу, кончик оседает там.
— Не так, как делаешь это ты.
— Перестань говорить такие неопределенные вещи.
Мои глаза наполняются слезами. Не знаю, связано ли это с тем, что я узнала от тети и дяди, или с тем, как Эйден злится на меня, или с моими кошмарами.
Или со всем вышеперечисленным.
Но прямо сейчас я хочу, чтобы он обнял меня. Я хочу, чтобы он хоть раз это сделал.
Всего один раз.
Я хочу, чтобы он был рядом со мной.
Я пытаюсь повернуться, но он хватает меня за голову и прижимает лицом к дивану.
— Я хочу взглянуть на тебя, — бормочу я.
— А я нет.
— Эйден, пожалуйста.
— Может, этого не видно, но я так чертовски зол на тебя прямо сейчас.
— Может, этого не видно, но я так сильно нуждаюсь в тебе прямо сейчас.
Проходит мгновение тишины. Две.
Три..
Эйден медленно убирает руку с моих волос и отстраняется достаточно, чтобы развернуть меня.
Я смотрю на него затуманенными глазами. Я ужасно чувствую себя.
Все это — чертов беспорядок.
Он притягивает меня к себе и укладывает на диван, а затем нависает надо мной, приподнимаясь на локтях, чтобы не раздавить меня.
Выражение его глаз не похоже ни на что, что я видела раньше. Оно полно ненависти, но в то же время в этом есть что-то такое.
Кое-что, что я уже видела раньше. Что-то вроде... привязанности?
Но Эйден не проявляет привязанности, верно?
Я протягиваю руку и провожу кончиками пальцев по его глазу и той родинке, в которую я влюбилась в первый раз, когда встретила его.
Его лицо и плечи напрягается, чем больше я прикасаюсь к нему. Он хватает меня за руку и хлопает ею по дивану у меня над головой.
Кажется, он на пороге чего-то. Чего, я не знаю.
— Эйден.
— Прекрати.
— Прекратить что?
— Прекрати звать меня по имени таким тоном. Прекрати смотреть на меня этими чертовыми глазами и гравировать себя под моей кожей.
Мое сердце бьется быстрее.
Это значит, что я влияю на него, верно?
— Хочешь, чтобы я тебе что-то рассказал, милая? Что угодно? — он скрипит зубами.
Я киваю один раз, не уверенная, к чему он клонит. Он проникает глубоко в меня. Я с силой выгибаюсь с дивана.
Черт возьми.
Думаю, что сейчас я кончу.
— Тебе повезло, Эльза. Ты чертова счастливица, что нравишься мне настолько, чтобы все испортить ради тебя.
А затем он завладевает моими губами в страстном, грубом поцелуе.
Глава 28
Эльза
Я просыпаюсь со стоном.
Мои ноги широко раздвинуты, и я вся дрожу от экстаза.
Святое дерьмо.
Мои глаза распахиваются, и я оказываюсь в стране удовольствий.
В буквальном смысле.
Эйден между моих бедер, а мои лодыжки свисают с его широких плеч.
Единственное, что я вижу, это темные, взъерошенные волосы, когда он ласкает мою чувствительную сердцевину.
— Ох...
Моя спина выгибается над кроватью, когда его порочный язык скользит вверх и вниз и проникает в меня.
Он определенно знает, как свести меня с ума своим языком.
Словно этого недостаточно, он добавляет палец. Я хватаю его за волосы, пальцы впиваются в его голову.
О, Боже.
Я долго не выдержу, когда он проделывает двойное проникновение пальцами и языком.
— Эйден...
— Хм, милая?
Грохот его хриплого голоса в моей самой интимной части почти бросает через край.
— О Боже, не...
Мой голос застревает в горле, когда он покусывает чувствительную кожу.
Он дергает ее зубами.
Успокаивает губами.
Засасывает в рот.
Мне конец.
Абсолютный конец оргазму, который он из меня вырывает.
Я не могла бы говорить, даже если бы захотела.
Эйден разрушает чары и поднимает голову. Злая ухмылка оживляет его дьявольски красивое лицо. Он облизывает свои блестящие губы.
Мое дыхание прерывается.
— Не надо?
Он обхватывает обеими руками мои ноги, закидывая их себе на плечи.
— Не останавливайся... — я тяжело дышу, как будто возвращаюсь с марафона. — Не смей, блядь, останавливаться.
— Мне нравится, когда ты требуешь своего удовольствия, милая. — он ухмыляется, прежде чем вновь начинает пожирать меня.
Мои глаза закатываются.
Все тело покалывает, болит — нет, молит — об этом освобождении.
Ад. Он трахал меня до тех пор, пока я не смогла пошевелиться, и ему пришлось отнести меня в комнату прошлой ночью.
У меня все болит, но я не могу устоять перед его языком, зубами, губами и пальцами.
Дьявол отдает все, когда обрушивается на меня.
Я не могу насытиться тем, что он касается меня достаточно сильно или зарывается достаточно глубоко.
Меня разрывает на части не секс, а его необузданная интенсивность.
Блеск в его глазах, дергание челюсти и усердие в его прикосновениях.
Мое тяжелое дыхание наполняет комнату. Все, что я чувствую, это наш запах.
Мы.
Я больше не смогу спать, не ощущая его запаха на кровати и среди простыней.
— Хочешь, чтобы я заставил тебя кончить, милая? — говорит он напротив моего клитора. Я киваю, выгибая спину. — Моим языком или моим членом?
Могу я получить и то, и другое?
Когда я ничего не говорю, я чувствую, как он ухмыляется мне.
— Ты хочешь, чтобы я принял решение, милая? — я отвечаю стоном, когда он медленно вводит свой палец в меня. — Ты не хочешь позволять мне принимать решение, потому что я испытываю искушение не дать тебе ни того, ни другого.
Подождите. Что?
— Н-но почему?
Мой голос такой хриплый, что я едва могу его узнать.
— Я все еще зол из-за вчерашнего.
— Эйден! Разве ты не вымещал это на моем теле всю ночь напролет?
— Недостаточно.
Он погружает в меня палец и задевает особое место. Звезды формируются за веками, когда они закрываются, трепеща.
Я кричу и приглушаю звук в подушку.
Все мое тело дрожит от ошеломляющих разрядов удовольствия.
И я знаю, я просто знаю, что это больше не вопрос физической связи.
Хотела бы я, чтобы это так было.
Хотела бы я, чтобы он владел только моим телом.
Когда я испытываю оргазм, все мое существо настроено на него.
Каждая клеточка тела и души тянется к нему так, что я не могу остановиться, даже если бы захотела.
Это чертовски пугает.
Это вызывает чертово опасение.
Но это невозможно завершить.
Когда я выхожу из своего ореола оргазма, Эйден уже обнимает меня.
Не помогает и то, что в последнее время он часто меня обнимает.
Как будто я нужна ему рядом, и не только для секса.
— Доброе утро, соня, — хрипит он этим чертовски сексуальным тоном.
— Доброе утро.
Я прикусываю нижнюю губу, прежде чем сказать ему, чтобы он будил меня так каждый день.
Лучший будильник для пробуждения на свете.
Он встает, несет меня в ванную и набирает ванну.
— Почему ты всегда купаешь меня в ванне? — спрашиваю я, когда он усаживает меня в ванну и наливает кокосовую пену для ванн.
Иногда от него пахнет этим кокосом, судя по тому, сколько раз он сидит со мной.
— Я же говорил. Теплые ванны помогают уменьшить боль.
Я поднимаю бровь.
— Откуда ты знаешь, что мне больно?
Он останавливается и смотрит на меня сверху вниз. В его глазах снова появляется тот странный блеск. Я бы назвала это заботой, если бы не знала, что это не про Эйдена.
— Я знаю, что я не нежен с тобой. Я бы сказал, что мне жаль, но нет. Я не могу контролировать себя с тобой, Эльза. Я пытался, но это невозможно. — он ухмыляется. — Однако я могу приготовить тебе ванну и сделать массаж.