Поэтому проблемы, затронутые в романах Лоренса о 30-х годах, особенно живо интересовали американцев и в 50-е годы. Это прежде всего трудность создания боевых организаций рабочего класса в условиях, с одной стороны, террора предпринимателей и властей, не гнушающихся самых грубых нарушений законности и человеческих норм для подавления социальной активности масс (именно таким образом они расправляются с шахтерами и их семьями в городе Реата — центре округа Рокки-Маунтин), и, с другой стороны, засильем профбюрократов в уже созданных профсоюзах (представленных в романе профсоюзом плотников). Особенно полно эта тема была раскрыта в романе «Утро, полдень и вечер», где подробно повествовалось о столкновении полиции с рабочими и о последовавших за ним многочисленных арестах. Но и в романе «Старый шут закон» Лоренс неоднократно возвращается к ней, рассказывая о развернутой рабочими и их защитниками кампании против произвола и беззакония, творимого тамошними властями. Подобно Фолкнеру в трилогии о Сноупсах, Лоренс заставляет читателя вновь увидеть эти события сквозь призму сознания и через реминисценции их участников во время судебного разбирательства и подготовки к нему. Эта множественность углов изображения помогает не только постоянно держать в поле зрения главные события в борьбе рабочих Реаты, но и лучше осознать и всесторонне и многогранно проанализировать сложную ситуацию в развитии рабочего движения, создавшуюся в этом «медвежьем углу» Соединенных Штатов. Судебное разбирательство, описанное в романе «Старый шут закон», заставляет заново пережить события, которым был посвящен первый роман цикла, и глубже, на новом уровне осознать их суть.
Особенно злободневно для Америки эпохи маккартизма выглядела метко схваченная автором картина «охоты за ведьмами» и травли «красных», организованной в округе Рокки-Маунтин шахтовладельцами и прислуживающими им судейскими чиновниками. Образы главного прокурора штата Дьюи Соумса и его помощников, шерифа Бэрнса Боллинга, судей Трумэна Эверслива и Берни Бека живо напоминали и напоминают соответствующие персонажи маккартистской эры.
Интересны и очень содержательны наблюдения Ларса Лоренса над средой радикальной американской интеллигенции, которые занимают столь много места в романе «Старый шут закон». Интеллектуалы, описанные Лоренсом, не во всем типичны для 30-х годов — сказывается удаленность места действия от главных центров революционного движения США — и вместе с тем весьма типичны для послевоенной Америки, где выявилась не только непрочность радикальных взглядов многих представителей американской интеллигенции типа судьи Берни Бека, но и трудность привлечения их к участию в акциях против маккартизма и «охоты за ведьмами». Роман, во многом посвященный судьбам американской интеллигенции, позволяет увидеть широту возможностей и тем, попадающих в сферу интересов литературы социалистического реализма. Дело не в том, чтобы обязательно обращаться в каждом романе или поэме к образам рабочих, а в том, чтобы рассматривать и образы рабочих, и образы интеллигентов, и образы врагов рабочего класса через призму творческого метода социалистического реализма, с классовых позиций пролетариата, с точки зрения интересов общепролетарского дела, как рассматривает их Ларс Лоренс в своей эпопее.
Сложности и трудности процесса радикализации интеллигенции особенно наглядно проявляются в сценах званого вечера у доктора Пан Пармали, соединяющей интерес к рабочему движению с экстравагантностью поведения, настолько ярко выраженной, что и ее интерес к рабочему движению может также быть воспринят как некое оригинальное проявление все той же экстравагантности. Автор романа показал черты безыдейности и разложения, характерные для части американской интеллигенции, когда радикализм становится своего рода маской или позой.
В то же время автор создает интересные и запоминающиеся характеры интеллигентов, пришедших к рабочему классу. Это прежде всего центральная фигура романа — адвокат Фрэнк Хогарт и его жена, художница Миньон, адвокат Лео Сивиренс, а также пробивающийся к более глубокому пониманию интересов рабочего класса литературный критик Палмер Уайт и многие другие герои книги.
Важнейшее место в романе занимает процесс приобщения представителей различных слоев трудящихся к революционному движению. Речь идет не только о революционизации и радикализации интеллигенции, но и о росте классового самосознания рабочих, трудящихся женщин, представителей национальных меньшинств.
Особенно интересен с этой точки зрения образ Лидии Ковач — жены рабочего, брошенного в тюрьму. Она вырастает в пламенного оратора и приобретает качества подлинного борца за дело трудящихся. Тема горьковского романа «Мать» получает здесь новый поворот и новое звучание. Проблема участия женщин в революционном движении, столь злободневная для сегодняшней Америки, плодотворно решается и в образе самоотверженной коммунистки Консепсьон Канделарии, и в теплой, сочувственной и всесторонней обрисовке многих других женских образов, соединяющих в себе высокую самоотверженность с беззаветной преданностью рабочему классу.
В романе «Старый шут закон» Лоренс показывает своих героев во многих измерениях — и в сфере политической борьбы, и в семейной жизни, в бытовых ситуациях. Особое место занимает тема любви, которая дает автору возможность глубже раскрыть характеры его героев — это относится и к вожаку рабочих Хэму Тэрнеру, и к Консепсьон Канделарии, и к Лидии Ковач.
Автор помогает читателю глубже понять хитросплетения закулисных потасовок и соперничества в лагере правящих буржуазных партий, обнаруживая и здесь тонкость и нетрафаретность классового анализа внутренних противоречий в среде буржуазии, особенно обострившихся в связи с предстоящим судебным разбирательством дела арестованных в Реате рабочих.
Лоренс не идеализирует своих положительных героев — борющихся за свои права рабочих, в их описании он проявляет верность жизни, в отдельных сценах даже граничащую с приземленностью. Он не утаивает от читателей ни малой их образованности и просвещенности, ни других недостатков некоторых своих положительных героев — они прекрасны и без приукрашивания, прекрасны своей человечностью, жизнелюбием и верностью делу рабочего класса.
Лоренс включает своих главных героев во всю сложную гамму человеческих отношений — в мир классовых антагонизмов и социальных противоречий, охватывающих США и весь мир капитала, в местную среду взаимоотношений в столице штата Идальго и в Реате и в микромир личных отношений в семье и в быту. Эта многослойность видения мира и героев особенно отчетлива в сценах судебного разбирательства. В суде выступают представители обвинения, защитники, судья. За каждым выступлением внимательно следят друзья и враги, присутствующие здесь же в зале. Выступает адвокат Фрэнк Хогарт, он говорит о судьбе шахтеров Реаты и о роли коммунистов в жизни Америки, а за его выступлением напряженно следит его жена Миньон, ее тревожит кашель Фрэнка (у него был туберкулез), но еще больше она волнуется за то, чтобы Фрэнку удалось донести до сознания аудитории всю весомость своих аргументов в защиту рабочих, в защиту деятельности коммунистической партии. Возникает многоплановый и очень точный в своей неупрощенности портрет борца за коммунистические идеи и идеалы.
Тут же в зале суда допрашивается в качестве свидетеля обвинения Трумэн Эверслив, который выступал в качестве судьи на предыдущем разбирательстве. Он лжет, говоря о столкновении рабочих с полицией в Реате, вполне выявляя свое угодничество перед миром богатых, а из зала его слушает его дочь Эстелл, которая осознает лживость и фарисейство заявлений своего отца, но тем не менее говорит ему комплимент, когда, дав показания, он усаживается рядом с ней (за это она получит платье, шляпку или что-нибудь еще), однако сохраняет брезгливо-презрительное отношение к отцу. Как бы по контрасту с Хогартом мы видим его антипода во всей неприглядности и тем более убедительно разоблаченного. При этом автор ни словом от себя не квалифицирует его поведение, пользуясь иными, более тонкими приемами выявления своего отношения к этому персонажу.
Множественностью углов зрения на события, описываемые в романе, многослойностью повествования и убедительной стилистической индивидуализацией внутренних монологов героев, очень различных по своему социальному положению и культурному уровню — от рафинированного интеллигента Палмера Уайта до бездумного держиморды помощника шерифа Бэтта Боллинга, — автор добивается полифоничности звучания романа, не только не утрачивая классового подхода к действительности, но, напротив, выражая его многообразно, разносторонне и от этого еще более убедительно.
«Старый шут закон» Ларса Лоренса — добротный реалистический роман, рассматривающий сложные аспекты исторического процесса в США в революционной перспективе. Не принимая столь характерной для многих ранних представителей социалистической и пролетарской литературы США иллюстративности в манере построения сюжета и в обрисовке героев, которые служат в этом случае лишь рупорами авторских идей, Ларс Лоренс романом «Старый шут закон» и всем своим эпическим циклом «Семена» выявил широту идейно-эстетических возможностей метода социалистического реализма, способного вобрать в себя все жизнеспособные и помогающие отражению действительности приемы литературного искусства и правдиво раскрыть все стороны жизни человека и общества.
Роман Ларса Лоренса кончается на драматической ноте — из Реаты собирается уехать со своей дочерью выпущенный из тюрьмы негр Моби Дуглас; он покидает родной город, надеясь продолжить борьбу в рядах боевого рабочего движения где-нибудь на западном побережье: «старый шут закон» напугал его, но даже и здесь враги рабочего движения не добились полного успеха. Верный стремлению избегать выпрямления сложных и подчас противоречивых ситуаций, Ларс Лоренс заставляет читателя в конце романа задуматься над новой сложной проблемой, и при этом его вера в непобедимость дела, за которое бьются рабочие города Реаты из округа Рокки-Маунтин в штате Нью-Мексико, какие бы трудности и какие бы поражения ни ждали их, остается твердой и непоколебимой. Старому шуту закону не дадут разыграться не только адвокат-коммунист Фрэнк Хогарт и рабочий вожак Хэм Тэрнер, но и осознающие свое место в общей борьбе рабочие Реаты — мужчины и женщины.