Пралукзи начал рычать. По обе стороны от него появились собратья. Они приближались медленно, без резких движений, словно загоняли свою жертву в ловушку. Передо мной показалось семь особей, но вдалеке мельтешило еще несколько разноцветных существ. Меня окружали.
Я обернулся, примеряя расстояние до ближайшего дерева, в дополнение нашел глазами несколько возможных укрытий. У пралукзи было столько всего в арсенале: рог, зубы, когти. Но и я не настолько глуп, чтобы оставаться на одном месте и просто отбиваться сразу от целой стаи.
Мои пальцы дотронулись до рукоятки кинжала. Тому больше не надо было находиться в укрытии. Я достал кортик.
Сзади послышался вскрик, в моей груди налилось тяжестью. Оказалось, не надо даже начинать. Кира уже вспомнила.
Но не скажешь ведь это пралукзи, что голодными глазами смотрели на меня. Они медлили, ждали прихода остальных. С разных сторон послышалось рычание. Из пасти некоторых вырывался пар, другие лишь пригнули головы, замирая перед нападением.
— Ну же, — прошептал я, стараясь уследить сразу за всеми.
Их оказалось слишком много. Вот только отступать некуда. Мне самому взбрело в голову встретиться с ними, теперь приходилось надеяться только на себя.
Один резкий рык отличался от остальных. Именно после него на меня прыгнуло трое. Я отскочил, попытался полоснуть ближайшего ко мне зверя, но не задел. Действовать так же, как на испытании, оказалось бы огромной ошибкой — здесь не одно животное, поэтому пускать в ход кинжал стоит сразу. Да и уязвимых мест я не успею найти. Их слишком много, у меня не будет возможности уследить за каждым. Пралукзи один за другим начали нападать. Сложно оказалось не потерять никого из виду, одновременно уворачиваясь и выставляя вперед кинжал. Мне не хватало меча или хотя бы длинной крепкой палки.
Бой еще толком не начался, как вдруг раздался знакомый писк.
Мар, только его здесь не хватало!
Один пралукзи упал.
Мар, нет!
— Кира, усмири их, — приказным тоном сказал я ей.
— Волки, мои хорошие, тише, не надо. Не нападайте.
Она пошла ко мне с вытянутой рукой. Пралукзи еще порывались напасть, дергались в моем направлении. Но невидимая сила их останавливала.
— Бегите, — и Ее послушались.
— Рир, — злобно крикнул я, собираясь отчитать этого негодяя по полной.
— Как я это сделала? — остановилась рядом ошарашенная Кира.
А мне сейчас было не до Нее.
— Где я сказал сидеть?
Крипс пискнул, разместившись на моей руке. Ему не нравилось, когда на него ругаются. После этого Рир обычно долго отсиживался под рубашкой и никуда не вылезал. Но отчитать ведь надо. Я специально сказал тому сидеть в сумке и не высовываться. И Кире не просто так приказал не вмешиваться. Как уследить за ними, когда и так много противников?
— Сколько раз говорить, чтобы помогал мне только когда попрошу.
— Ой какой хорошенький, — умилилась маленькая зверюга.
Крошечное подобие же молчало и не знало что ответить в свое оправдание.
— Вот и сюсюкайся с ним, — фыркнул я и переложил крипса Кире в руки, сразу же возвращаясь обратно к оставленным у подножья горы вещам.
Меня распирала злоба. Ничего не получилось. Правда, был вскрик в самом начале от Цветочка. Но вряд ли Она увидела именно то воспоминание, иначе бы даже не стояла рядом, валялась без сознания возле того дерева. Да и я бы продолжал чувствовать тяжесть в груди.
Все, и питомца потерял. А так не хотел их знакомить. Он после окончательного расставания с Кирой не последует за мной. Ее крипс точно не покинет.
— Чего он так пищит? — догнала меня Кира.
— Не обращай внимания. Скоро перестанет.
Цветочек только хмыкнула, пару раз погладив мохнатое создание.
— Рир, да беги ты уже куда хочешь.
И крипс быстро скрылся из виду. Красные бобинки… Любит он этот цвет. А тут как раз невдалеке росли ягоды, к которым он и направился.
— Ты его понимаешь?
— А ты нет?
Кира покачала головой.
— Знакомое имя. Разве не Рири? — нахмурилась Цветочек.
— Это мальчик. Ему не нравится твой вариант, — пояснил я. — Почему ты его не понимаешь?
Мне это не укладывалось в голове. Что с этим крипсом вообще не так?
— Не знаю. Зато, ты видел? Те волки меня послушались, — с неким воодушевлением сказала Она. — И такое приятное чувство. Будто они все мои, родные.
Провальная идея.
— Зачем ты вырвал сердце у большой птицы?
Или нет!
— Все-таки вспомнила. И не злишься? Не считаешь меня монстром?
— Я испугалась от того видения, но волки так рычали, их было слишком много. Ари, не делай так больше. Да еще я не могла двинуться и что-то сказать. Может страх, не знаю. Просто…
Она оббежала меня и кинулась обнимать.
— Да что с тобой не так?
— Я испугалась. С ними ведь невозможно было справиться. Я как будто в фильме ужасов побывала. Там обычно стая волков разрывает свою жертву. И… Ари? Не делай так больше. Они смотрелись красиво: разноцветная шерсть, забавный рог и черные глаза. Но эти животные смотрели на тебя, как на обед. Я так и представила, как накинутся, растерзают и съедят. Не делай, слышишь? Не повторяй больше ничего подобного. Глупая шутка. Я не хочу что-то вспоминать таким способом.
Меня сперва тянуло спросить по поводу непонятных слов. Но это можно и потом. Мои руки опустились на Ее плечи.
Разве такое возможно? Если бы мы встретились и основательно познакомились другим способом, то Кира относилась бы ко мне иначе?
Эта мысль еще долгое время будоражила. Есть возможность проверить, но стоит ли? Кира изменилась в своем поведении, стала более открытой, легкой, больше не пыталась оттолкнуть, словно наказывая за что-то. Но означает ли это, что в какой-то момент маленькая зверюга снова не попросит оставить Ее, кинется в объятья другого, а после будет смотреть, словно ничего и не было между нами.
Я оставил этих двоих сторожить вещи, а сам поехал в ближайший черш. Это было самое южное поселение во всем Кловерке. Всего то и надо было купить одежду потеплее, набрать побольше еды, запастись водой. Я ехал вперед и постоянно оборачивался. Казалось, вот-вот Кира сбежит. Мне стоило усыпить Ее, попросить крипса сторожить Цветочек очень внимательно и не отходить.
Она убежит. Или наоборот, маленькая зверюга не послушается и последует за мной, зайдет в черш, появится на людях, а потом произойдет что-то плохое.
Но ничего подобного не случилось. Цветочек спокойно дождалась меня, подбежала с улыбкой на лице, обняла и поцеловала в щеку, а затем сама взяла сарена и привязала к дереву.
Кто ты?
— А почему эта ящерка меня так не слушается?
Мне надоело. На самом деле! Сколько можно удивляться, задаваться одними и теми же вопросами, отталкивать Ее и ждать нахмуренных бровей при взгляде на меня?
— Так, иди сюда.
Я достал уту и показал Кире. После был долгий подробный рассказ об утагасии, где она используется и как именно производится. Маленькая зверюга сперва слушала с интересом, но со временем все-таки начала хмуриться. Затем началось другое повествование, в нем я пояснял кто такие Анахари, зачем вообще нужны и чем занимаются день ото дня.
— И ты один из них? — осведомилась Цветочек.
— Да, Кира. И познакомились мы с тобой как раз во время выполнения третьего испытания. Там надо было убить животное, вырезать сердце и принести Охари.
— Жестоко, — поморщилась Она.
Казалось, я сейчас настраиваю Киру против себя, вываливая всю эту информацию. Можно было бы скрыть, но зачем? Мы расстанемся, Она не захочет, попытается остановить, догнать, уговорить. В общем, пусть думает, что я монстр, а не какой-то «тот самый». Пусть лучше так, чем продолжать терпеть все эти приставания и приближаться к пропасти, в которую Она почти затянула вместе с собой.
— Но это не все. Раздевайся.
Кира посмотрела на меня с игривой улыбкой.
— Я не об этом, скоро сама все увидишь.
После моего приказа Она превратилась в гатагрию, а затем обратно. Сколько было восторженных криков, как Кира прыгала с места на место в виде гатагрии. Казалось, все негативные эмоции просто смыло водой, теперь важно стало только новое открытие.
— Вот это круто, — сделала вывод Она, снова собираясь превратиться в животное.
— Подожди, это еще не все.
Количество информации, потопом обрушивающееся на голову Цветочка, не закончилось. Теперь пришло время рассказать про Фичитхари, само значение этого слова и многолетнюю нелюбовь их к людям. Последнее я добавил, так как на самом деле считал, что те с неприязнью относятся к каждому человеку.
Кира загрустила. До самой ночи я больше не видел улыбки на Ее лице. Только печаль, разочарование, непонимание, потерянность. Цветочек не напоминала о себе, просто села в отдалении и смотрела на звездное небо, ничего не говоря.
Возможно, я сделал правильно. Но что-то подсказывало — потерял ту улыбчивую неугомонную Киру. Мне больше не увидеть заинтересованность, заигрывание. Я снова стал монстром. Пусть так — проще расстаться. Ведь Она не моя, и этого не изменить.
Глава 14 Неприступная стена
Накира
Утро оказалось странным. Я целую ночь думала. У меня не удалось сомкнуть глаз. Длинное, слишком длинное повествование Ари привело в недоумение. Он так много рассказал. В памяти, словно в подтверждение, изредка всплывали те же события.
И как ко всему относиться?
Я являюсь Фичитхари, он — Анахари. Уж очень невероятно и забавно одновременно. Два человека, связанные с животными. Только один должен защищать, а другой — убивать. Но почему с теми волками мне захотелось кинуться между ними, закрыть его своей спиной, не позволить им причинить вред Ари? Я ведь, по его словам, должна защищать только их.
А он? Только начавшаяся схватка, больше похожая на обычное нападение, была прервана, потому что Рир вылез не вовремя, не послушался. Я видела, как Ари возмущался. И делал он это из-за переживаний за пушистика. При том, что крипс — животное. То есть он защищал животное.