Смысл Нового года в том, что нужно поблагодарить Бога за прошедший год и взять благословение на год начинающийся. То есть будет ли человек совершать «всенощное бдение» перед телевизором с надоевшими физиономиями — это его личное дело. А помолиться, поблагодарить за прожитое и испросить благословение на начинающееся — это священная обязанность всякого верующего человека. Это можно делать и 14 января, в Старый новый год, и 1 сентября, это можно делать много раз в году, даже каждую неделю, меряя свою жизнь малыми Пасхами — воскресными днями. Это лишний способ оценить прошедшее и приготовится к будущему.
У каждого человека есть свой Новый год — это День Рождения, когда мы прибавляем один год к возрасту, заканчивается одно и начинается другое. Это необходимые рубежи жизни, на которых мы должны сами стать новыми, потому что никакое новое счастье не ожидает человека, если он сам не стремиться к новизне, к Новому Завету. В Новый год есть о чём поговорить, и на приходах, и на других собраниях, особенно, если настроиться на серьезный разговор.
Что же касается празднования и поста в эти дни, то мы должны оставлять свободу воли и выбора всякому человеку, поскольку каждый должен сам рассудить о своей жизни. Если кому-то интересно мое мнение, то я не вижу в Новом году великого праздника и причин для торжества, для шумного веселья. Но если кто-то хочет веселиться, пусть веселится, помня о рамках приличия и других необходимых составляющих.
Надо оставлять свободу воли, потому что запретами никого не улучшишь, не свяжешь по рукам и ногам, люди всё равно делают, что хотят. А вот провести с ними серьезную беседу о серьезных, необходимых вещах — надо. Поэтому мне кажется, Церковь правильно поступит, если она откажется от таких заявлений: идёт пост, и вы не должны есть мясо, сметану и колбасу — это само собой понятно, верующий это знает, а неверующий не хочет знать. Но Церковь поступит хорошо, если использует возможность, чтобы поговорить с людьми о важных вещах.
Кто-то говорил, что Новый год был единственный неидеологизированный праздник советской эпохи, и это верно. Всё остальное было так или иначе связано с КПСС и соответствующим мировоззрением. А Новый год единственный счастливо избежал идеологизации, и он попадал на рождественский цикл, находящийся между католическим и православным Рождеством. Соответственно он хронологически был встроен в атмосферу чуда и чистой радости. Все это впиталось и люди уже интуитивно празднуют Новый год, без глубоких мысленных построений. Поэтому можно отмечать Новый год, но не забывать о приличиях.
В приближении Рождества (26 декабря 2011г.)
Рождество. Оно приближается, и им пахнет воздух. Одинаковый воздух праздника, однако, для многих пахнет по-разному.
У одних в голове печеный гусь и праздничные распродажи, а у других (где вы, другие?) — темная пещера Рождества, уже напоминающая будущий Гроб, ныне славящийся своей пустотой. Гроб Христов — это такая же пещера, как и грот Его Рождества. Всю короткую земную жизнь Свою Христос шел от одной пещеры к другой, от пеленок Младенца к пеленам погребения, а вовсе не от почестей к почестям.
Древняя Церковь праздновала Рождество и Крещение вместе. Так продолжалось долго, и никого не смущало, что исторически между двумя празднуемыми событиями лежит 30-летнее пространство. Они не были глупыми, христиане древности. Они просто подчеркивали этим способом празднования, что и там, и там, то есть и в Рождестве, и в Крещении, нам является Христос.
Почему это важно?
Это важно потому, что Христос именно является, а не «становится». На этом месте придется зажечь фонарик и спуститься во мрак пещеры. Любая пещера темна, даже если это пещера Рождества.
Евреи считали и считают, что Мессией может стать любой потомок Израиля, если его изберет для этого Бог. Тогда (в случае избрания и призвания) должен явиться Илия и помазать на царство этого человека, который вместе с помазанием обретет силу и мудрость, необходимые для служения. Помазать так, как помазал Самуил Саула. Отсюда и голос из-под Креста: «Посмотрим, придет ли Илия спасти Его».
То есть по ветхим понятиям, Мессией человек именно «станет», а не родится им. Да, должны быть соблюдены и учтены многие формальности, связанные с чистотой крови, затем с воспитанием и так далее. Но главное — Мессией «нужно стать» и «нельзя родиться». Церковь же подтверждает год за годом свою веру в то, что Мессия родился уже Мессией, а не стал затем Им. «Явился еси днесь вселенной», — говорит Церковь о Богоявлении, потому что еретики именно так думали и думают, что Иисус «стал» Мессией после схождения на Него Святого Духа в виде голубя. А мы говорим, что не «стал», но «уже был», а ныне «явился», то есть проявил Свое внутреннее изначальное достоинство.
«Мария родила простого младенца. На которого сойдет затем Дух, и он станет Мессией», — так говорили еретики.
«От Марии родился, то есть воплотился и вочеловечился, Бог, Который утаит Свое присутствие в мире до определенного возраста. А затем явит Себя миру на Иордане, где Бог явится как Троица, а Иисус из Назарета явится как Христос», — так говорит Церковь.
Мысль, как клинок, оттачивается и, как алмаз, огранивается. Иначе мысль удобосклонна ко лжи. И тогда, когда ты в ложь поползнулся, за твою участь в вечности никто не даст дохлой мухи. Прискорбно для многих, но — факт. Человек спасается не сентиментальностью чувств, а верой. Причем верой правой. Отсюда — ключ к пониманию той жестокой борьбы, которую столетиями вела Церковь за чистоту мысли, то есть за догматы.
Бездогматичная вера — это либо вера людей, не умеющих и не желающих думать, либо вера людей безразличных, подобных тем, что второе блюдо высыпают в первое и все вместе едят на том основании, что «внутри все перемешается».
Но отрезвимся антихристом. Христос ведь ко всеми близок, поскольку всех любит. Но Он же и далек от всех, поскольку мы Ему не подобны и не любим святость и праведность более всего прочего, не ищем прежде всего Царствия Божия. Зато антихрист никого, кроме себя, любить не будет, но всем именно поэтому и близок. Он — сын лжи, а мы все в этой же самой лжи и запутались. Как же нам после этого не чувствовать внутреннего притяжения антихристового мироощущения?
Например, мы — сребролюбцы. Значит, рано или поздно нам захочется оправдать Иуду. Мы придумаем свои или повторим чужие байки (не одни же мы в истории мира сребролюбцы) про то, что Иуда не был виновен, но был посвящен в тайны и исполнял повеления свыше.
Или мы индифферентны к Истине. Тогда нам близок Пилат и его процеженное сквозь зубы: «Что есть истина?» Значит, и его оправдаем и наименуем посвященным в тайны. Дальше останется только сатану пожалеть, чем уже многие в истории занимались, неизменно плохо заканчивая свой жизненный путь. Внутреннее сочувствие лжи при отсутствии четкого понимания самых важных вещей духовного порядка — вот смесь, готовая в любое время вспыхнуть. А нам между тем говорят: «Верьте попроще. Не надо мудрствовать». Ой, не знаете вы, возлюбленные, какие драконы выползают из-под мнимой простоты.
То там, то здесь приходится слышать, что «антихрист уже родился». Говорится шепотом, но так убедительно, словно говорящий человек исполнял обязанности повитухи при антихристовых родах. Вот отсюда и «запляшем», отсюда, то есть, покажем необходимость догматической грамотности.
Как Христом нельзя стать, но можно лишь родиться, а затем явиться, так и антихристом нельзя родиться, а можно лишь стать и затем уже «явиться», обезьянничая по отношению к Первообразу. Тот, кого Бог назовет антихристом, а люди признают за всемирного царя, должен родиться простым человеком. Он будет человеком и только человеком. Никем более. Но затем, развивая в себе залоги лукавства и гордости, он достигнет равенства с бесами по части внутренней порочности. И это дело тайное, хитрое, скрытое от глаз. Это — «тайна беззакония», как говорит апостол Павел. Но родится этот человек как человек, а не как запрограммированный робот. Диавол не тинейджер, чтобы радоваться процессу управления бездушными механизмами. Ему венец творения подавай. Да еще по согласию этого самого венца творения. Тут его война с Творцом и им ожидаемые венцы.
Мы же, крещеные люди, сплошь и рядом говорим о Христе в категориях говорения об антихристе и — наоборот — об этом общем позоре человечества говорим в категориях, достойных Господа славы. Кто-то говорит, что Христос не родился уже Христом, а лишь впоследствии стал Им. А кто-то шепотом сообщает, что антихрист «уже родился», хотя учение о свободной воле и ненарушаемом достоинстве человека говорит о том, что антихристом родиться нельзя. Можно лишь стать им, превратиться в него. Вот и скажите мне после всего этого, что учиться догматам не должно и заострять мысль о изучении Писания не стоит. А я вам в ответ тогда скажу, что с подобным подходом Христа с антихристом перепутать можно будет легко и незаметно. К тому же, пророчества исполняются, стрелки тикают, время движется. Не ровен час, придется оказаться в ситуациях нежданных и негаданных. Весьма хотелось бы быть в то время похожим на дерево, растущее при потоках воды, а не на прах, поднимаемый ветром и разметаемый (См.: Пс. 1).
Правильные мысли не помеха печеному гусю. Покупай подарки и думай о Господе. Толкайся в очередях и думай о Господе. Коли орехи для кутьи и думай о Господе. Посоли солью памяти о Воплощаемом Господе всякое пока еще постное блюдо. Ешь и радуйся. Кто знает, что именно празднует, тот и за праздничный стол сядет с «добавочным» удовольствием. А кто не знает, что празднует, для кого весь праздник поместился в пакет с подарками, тот будет посреди самого торжества тупо грустить или безвыходно напиваться. Вместо того чтобы становиться лучше, он будет становиться хуже: циничнее, наглее, неблагодарнее. Есть такое свойство у Христовых торжеств: они созданы, чтобы улучшить человека, но тот, кто улучшаться не хочет, неизбежно станет хуже, чем был. Одним и тем же человек не способен оставаться.