Общее состояние организма в норме, на ауре, помимо темного пятна у сердца больше никак отметин.
Правда, старик отказался признаваться, сколько именно лет ходит за грань и сколько раз в день проводит эту... назовем ее «процедурой». Он довольно скупо отвечал на вопросы, все больше отвлекая меня шутками.
Впрочем, после осмотра мы еще долго говорили. Только теперь уже о моем прошлом и о том, как я провела время учебы в академии. Скользкую тему, что касалась моих исследований, мы старались обходить стороной – ни ему, ни тем более мне, не было никакого удовольствия вновь погружаться в эту гадкую жижу.
В свою комнату я вернулась уже ближе к вечеру. Откровенно говоря, я бы вовсе туда не возвращалась, а осталась бы ночевать в лазарете, к тому же доктор Аттэ был бы только рад. Но все же вошла в преподавательский жилой корпус и замерла, нос к носу столкнувшись с одной из близняшек.
Я не сразу признала, кто передо мной Тиана, или ее сестра, но когда девушка растянула губы в улыбке и прошипела не хуже заправской гадюки:
– Теперь ты поняла, что со мной лучше не связываться? – сомнений не осталось.
– Конечно, – преувеличенно бодро отозвалась, и одарила ее улыбкой. Хотя уверена, со стороны эта улыбка больше похожа на оскал.
– Пф, – фыркнула профессор Хрит и прошла мимо меня.
Я усмехнулась. Даже воровкой быть привыкаешь. К своей комнате я подошла все с той же кривой ухмылкой.
Раскрытая книга с разлетевшимися небольшими листами с заметками, так и лежали на полу. Тяжело вздохнув, принялась собирать их, при этом очень стараясь не вчитываться в мелкий корявый почерк. Но запретить оказалось проще, чем сделать это. Взгляд то и дело натыкался на знакомые термины и заметки.
Наконец, когда ничего напоминающего о прошлом не осталось, открыла чемодан, сгрузила туда все наработки и, закрыв его, отправила под кровать. Там ему самое место.
А потом, чтобы не было искушения вернуться ко всему, хотя бы мысленно, решила подготовиться к завтрашним лекциям. К тому же, теперь у меня есть пусть и призрачный, но все же рычаг давления. Хорошо бы еще до студентов донести, что предметы общего курса для них больше не пустой звук и экзамены я буду проводить со всей строгостью.
Глава 17
Утро встретило меня хмурыми тучами и... Первым снегом. Он не был похож на тот, что выпадал в столице, как бы глупо это ни звучало. Здесь он сыпал крупными хлопьями и не превращался в грязное месиво под ногами. Зима словно намекала, что раз пришла, уже никуда уходить не намерена.
Белоснежные деревья под белоснежным снегом выглядели счастливыми и нарядными. Листы с тонкими прожилками прятались под шикарным покрывалом, а ветви сгибались под его тяжестью.
Удивительно, еще вчера ничего не предвещало таких перемен, если не брать в расчет похолодание. Впрочем, если опять же сравнивать со столицей, то там вся зима может настойчиво замораживать жителей, но при этом так и не одарить пушистой красотой.
Я вышла под навес и долго не решалась ступить на снег. Казалось кощунством топтаться по нему ногами.
От учебного корпуса послышались визг и громкие крики. Студенты, позабыв, что они давно выросли, носились друг за другом, пытаясь швырнуть друг в друга побольше снега. Невольно улыбнулась – какие же они еще дети. Беззаботные мечтатели, со своими планами и неизменным желанием покорить мир.
Не так давно и я себя такой считала – всемогущей и неотразимой. Той, кому подвластно все на свете. Как жаль, что моим мечтам не суждено было сбыться.
– Светлого утра, Аделия, – за спиной послышались тихие шаги.
Резко обернулась, встречаясь с хмурым, как и утреннее небо, взглядом Райта.
– Светлого, – кивнула в ответ, спрятав нос в воротник пальто.
Между нами повисло неловкое молчание. Мне было стыдно за свое поведение, за невольное оскорбление отказом, за украденный вечер, когда рядом с ним мне захотелось выговориться и пожалеть себя. Пусть это было не так уж явно, но все же.
– Прекрасная погода, не правда ли? – светский тон и безликий вопрос.
Но, несмотря на это, я улыбнулась, кинув быстрый взгляд на раскинувшуюся красоту.
– Прекрасная, – подтвердила, – как думаете, снег растает к обеду или нет?
Мне действительно важно было это услышать. Зачем? Да кто его знает.
– Нет, – взгляд Винсента стал мягче. – На севере первый снег никогда не тает. Обычно за снегопадом сразу же приходят надоедливые стужи и метели.
Вот как... О стужах и метелях я только слышала, но никогда ничего подобного не видела.
– Интересно, – зябко повела плечами, почему-то вспомнив, что мое пальто не предназначено для пробирающих до костей морозов, да и сапоги тоже. Стоит озаботиться утеплением.
– На самом деле – нет, – мужчина усмехнулся, приблизившись ко мне. – Метели и стужи – это действительно надоедливые явления, во время которых только и остается, что сидеть дома.
– Возможно, – легко согласилась, – но мне очень хочется на это посмотреть. А еще на сугробы, которые, как рассказывал доктор Аттэ, высотой с одноэтажный дом!
Я показала руками размер сугробов и весело усмехнулась.
Если честно, слабо верится, что снега бывает настолько много.
– Доктор Аттэ? – удивился Винс, и я смутилась, что проговорилась ему. Впрочем, он тут же подтвердил: – А он прав, сугробы порой достигают гигантских размеров.
– Вот я и хочу проверить.
Он не ответил, лишь уголки губ дрогнули в полуулыбке.
– Идем? – кивнул в сторону учебного корпуса и я смущенно кивнула.
Мне казалось правильным избегать общения с ним, но... Зачем, если рядом с ним так приятно?
Мы прошли несколько шагов, Винс обернулся, набрал полную грудь воздуха, намереваясь что-тоспросить. Но потом шумно выдохнул, явно передумав.
– Ректор поставил магическую защиту на полигон? – ляпнула не подумав и тут же прикусила себе язык.
Вот зачем ты, Дели, лезешь не в свое дело?
Но профессор не рассердился, лишь одарил меня насмешливым взглядом:
– Поставил, – кивнул. – А ты значит, с доктором Аттэ общаешься?
– Да, – пожала плечами. – Как-то так... вышло.
На самом деле, я совсем не представляю, почему мы сошлись с ним. Два одиночества нашли друг друга? Возможно, так и есть. Самое логичное объяснение.
– Он хороший человек, – коротко отозвался Винс, и я хмыкнула.
Довольно странная характеристика для старика, но, тем не менее, подтвердила:
– Да, хороший.
– Матушка хочет видеть тебя в эти выходные, – когда мы почти дошли до учебного корпуса, мужчина вновь заговорил.
– Зачем? – вопрос сорвался с губ, прежде чем я успела обдумать слова.
– Понравилась ты ей.
Почувствовала, как лицо обожгло жаром:
– Я не смогу.
И это правда. Мне неудобно пользоваться гостеприимством, и еще страшно привыкнуть к приятной компании. Потом будет больнее разочаровываться.
– Сможешь, – убежденно бросил Винс. – И возражения не принимаются.
Пока я не успела ничего сказать, легко вбежал по ступеням и скрылся за дверью академии.
Нет, ну что за человек? Даже спорить с ним невозможно! Но вопреки тому, что мне стоило бы на него разозлиться, я, наоборот, не смогла сдержать глупой улыбки. Она так и не пропала с губ, пока я шла мимо перешептывающихся студентов, до самой аудитории.
И лекцию я начала бодро, совсем не думая о том, за кого меня принимают, сидящие напротив ребята. Воровкой? Подлой обманщицей? Так тому и быть.
Я выдала второму курсу список книг, что необходимо взять в библиотеке, настойчиво донесла и без того известную новость о включении предметов в основную программу. Потом задавала вопросы по разным темам, которые они уже проходили, чтобы выяснить – какие из них разобрать тщательнее.
К счастью, с третьим курсом мне сегодня встречаться не придется. Как бы я не храбрилась, издевательств Мики слышать совсем не хочется. Хотя дело не только в ней. Разочарованные взгляды Одри ранили куда сильнее острых слов заносчивой блондинки.
А когда лекции закончились, и я собралась уходить, в аудиторию заглянула Тильда. Девушка, хоть и пыталась беззаботно улыбаться, смотрела на меня с настороженностью, будто я заправская преступница и прямо сейчас, в эту минуту, что-нибудь украду у нее.
– Аделия, – громче, чем следовало, произнесла она, и ее голос заметался по пустому помещению, отталкиваясь от стен и потолка.
– Светлого утра, Матильда, – намеренно произнесла ее полное имя, давая понять, что принимаю правила игры.
– Светлого, – девушка немного растерялась, но тут же взяла себя в руки. – Ректор просил передать тебе бланки. Нужно заполнить.
Она протянула мне стопку бумаг. Я мельком посмотрела на название. Там значился перечень предметов и расписание экзаменов и зачетов. Мне, я так понимаю, предлагается со всем этим ознакомиться самой и донести все до студентов.
– Хорошо, спасибо, – кивнула, усаживаясь обратно на свой стул.
Тильда уходить не торопилась. Я искоса наблюдала за ней, делая вид, что очень занята заполнением журнала. Наконец, я первой не выдержала:
– Ты хотела что-тоеще?
– Нет, то есть, да, – девушка выдохнула, собираясь с силами. – Что бы ни случилось в столичной академии, я бы хотела продолжить с тобой общаться как раньше. Ты не против?
Я едва не рассмеялась? Против? Пожалуй, нет, но проблема в том, что они сами вскоре начнут меня избегать. Так что к чему отказываться?
– Не против, – кивнула, пытаясь выдавить улыбку.
Тильда расцвела в ответ и только собралась что-тоеще сказать, как за дверью аудитории раздался громкий крик.
– Что? – растерянно пробормотала девушка, а я уже сорвалась с места и выскочила в коридор.
Студенты спешили к холлу. Меня обогнала одна из близняшек Хрит, даже не заметив, и я поторопилась за ней.
– Разойдитесь, – скомандовала Тиана, если я правильно угадала.
В холле, на том самом месте, где не так давно дрались студенты, на полу лежала профессор Диам. Ее худое тело было похоже на поломанное. Женщина свернулась клубочком, надавив ладонями на грудь.