На улице, подсвеченной несколькими фонарями, я с блаженством втянула свежий воздух. Хорошо. Морозно. И невероятно красиво. Кажется, даже красивее, чем при свете дня.
– Ты знаешь, несмотря на все слухи, что ходят по академии, ребята испугались за тебя, – признался Винс, когда мы шли по дорожке к преподавательскому корпусу.
– Правда? – я даже сбилась с шага.
– Правда, – подтвердил, кивнув, – некоторые из них приходили в лазарет и спрашивали, как ты себя чувствуешь.
Удивительно...
– Странно. Я не сделала для них ничего такого, чтобы они беспокоились обо мне.
Ну там... Я не вела фееричные лекции, и вообще, я как бы воровка для них.
– Возможно, они увидели в тебе больше, чем ты хотела бы показать? – поддел он меня коварным вопросом.
Я засмотрелась на его улыбку, не заметила камень на своем пути, споткнулась, и непременно упала бы, если бы Винс не придержал.
Его руки легли мне на талии, и тело оказалось слишком близко. Я неосознанно судорожно вздохнула, не смея отвести взгляда от его губ.
Странные чувства. И совершенно мне не знакомые. Я с молодыми людьми встречалась только дважды и оба свидания закончились на первом же вопросе:
«Аделия, дашь списать на экзамене?»
Да, я не считала себя привлекательной, да и окружающие думали точно так же, раз никто из парней так и не обратил на меня внимания. А тут... Красивый мужчина смотрит на меня так, будто... Будто он хочет меня поцеловать!
Немыслимо.
Он склонился ниже, смешивая наше дыхание. А я замерла, боясь сделать неосторожное движение.
Его взгляд, в мягком свете фонарей, казался полыхающим костром. Хотя, скорее всего, эти лишь игра моего воображения.
Я ждала этого поцелуя. Внутри нервы натянулись, напоминая струны. Но ничего не случилось. Винсент в последний момент передумал, отстранился и немного дергано предостерег:
– Осторожнее, Аделия.
Волна разочарования прокатился по телу, заставляя сердце сжаться от боли. Не захотел? Как же обидно... Хотя он прав. Ни к чему ему, да и мне тоже какие-то глупые отношения.
– Спасибо, – поблагодарила сухо и сделала пару шагов вперед, стараясь, чтобы он не заметил злые слезы, что выступили на глазах.
Остановил. Развернул к себе лицом и стремительно прижался к моим губам, подарив первый в моей жизни поцелуй.
Это было... Волшебно? Странно? Необычно? Да, пожалуй, все сразу. И ноги подкашивались, и в груди стало горячо. Обжигающе. А еще хотелось вцепиться в его плечи, ища поддержку, но на это не решилась. Я стояла и наслаждалась его смелыми прикосновениями. При этом лихорадочно пытаясь запечатлеть этот образ в своей памяти навсегда.
А когда поцелуй прервался, так и не решилась открыть глаза, которые даже не заметила, когда успела закрыть.
– Аделия? – голос Винса звучал осторожно, словно он боялся спугнуть меня, точно так же, как я боялась пошевелиться и испортить момент.
– Что? – выдохнула, так и не открыв глаз.
– Извини, я не должен был...
Как только слова сорвались с губ, разорвав тишину сонной улицы, сердце кольнуло болью. Извинения? Нет, пожалуй, я не этого ждала от своего первого поцелуя...
Не зная, что должна ответить и как вести себя, опустила голову, прикусила губу. Нужно собраться, ни к чему ему видеть мои истинные эмоции.
– Все хорошо, – преувеличенно бодро отмахнулась, и лишь бы сказать хоть что-то , произнесла: – Я думаю, ректор не решится на такой поступок.
Великолепно. Именно так и должно заканчиваться волшебство – он извиняется, а я спрашиваю о том, на что должен решиться ректор.
На Винсента так и не посмотрела, губы все еще горели от его прикосновений, и сердце отбивало бешеный ритм, не желая успокаиваться.
Он ответил не сразу. Тишина затянулась – напряженная и ужасно неловкая. Но когда Райт заговорил, его голос звучал совершенно спокойно, разве что интонация была чуть ниже привычной.
– Вряд ли, у него нет другого выхода, и он это знает.
Я с сомнением взглянула на него, но почему глаза остановились на его губах, так что меня бросило в жар. Хотя я постаралась говорить тихо и размеренно, впрочем, до умения Винсента держать себя в руках, мне далеко.
– Почему-то мне кажется, что он не захочет показать в столице выпускницу своей академии.
Боюсь, если Тиана пройдет тестирование, точнее не пройдет его, судя по знаниям, то северную академию в любом случае ждет проверка. Не верю я, что комиссия оставит такое без внимания.
– Посмотрим, – показалось, что он улыбается. Посмотрела на него из-под опущенных ресниц и слабо улыбнулась в ответ.
Он так уверен, что мне безумно хочется чувствовать то же самое.
Мысли о поцелуе постаралась спрятать в самом отдельном уголке сознания и спросила его о том, о чем даже сама еще толком не задумывалась.
– Хорошо, если он согласится, а я... не справлюсь?
Нет, я не сомневалась в знаниях, я сомневалась в том, смогу ли заинтересовать ребят, ведь с общими предметами у меня это не очень получилось. Мне безумно хотелось бы помочь студентам, поделиться тем, что на протяжении семи лет я учила сама, хотела бы устроить для них практику, разобрать самые экстремальные ситуации. Но...
Это пресловутое «но» преследует меня всю жизнь, и не дает покоя.
Винсент улыбнулся – открыто и тепло, так что я на миг забыла о том, что вечер выдался довольно прохладным.
– Справишься. Если не будешь в себе сомневаться, то обязательно справишься.
Не часто мне приходилось слышать похвалу в свой адрес, но даже когда случалось такое, я смущалась и мечтала, чтобы окружающие попросту забыли обо мне. А сейчас... Такая уверенность мужчины в моих силах, буквально подарила мне крылья.
– Спасибо, – прошептала тихо, смотря в его глаза.
Хотелось выразить благодарность за все разом – и за заступничество перед ректором, и за безграничную веру в меня. Даже обида за его извинения, что въелась в самую душу, растворилась, оставив после себя лишь легкое разочарование. Поступки человека куда важнее мимолетных желаний.
– Обращайся, – беспечно отозвался он, и я не сдержала ответной улыбки.
– Идем? – кивнула в сторону здания и, не дожидаясь его, пошла вперед.
Дальше мы шли в тишине, но эта тишина не тяготила. Она казалась правильной и даже необходимой. Словно весь остальной мир исчез, и остались только мы – я и он.
Неизвестно откуда взявшийся ветер, покачнул усталые ветви деревьев и обрушил на нас россыпь пушистых снежинок, которые, попав на лицо и за воротник, показались мне острыми иглами. Тонко взвизгнув, отскочила в сторону, тут же оказавшись в объятьях Винса.
Но вместо жалости ко мне, он расхохотался, почему-то крепче прижимая меня к себе.
– Холодно же, – проворчала, впрочем, чувствуя, что и меня одолевает смех.
Ситуация нелепая.
– Правда? – искусственно удивился. – А кто-то говорил, что хочет увидеть вьюги и метели.
– Хочу, – вскинула голову и легко кивнула, подтверждая свои слова. Хотела сказать что-то еще, но так и замерла, залюбовавшись его улыбкой. Кажется, даже сквозь пальто почувствовала жар от рук профессора.
Но прежде чем он понял, о чем я думаю, отстранилась первой, отступила на шаг и излишне бодро бросила:
– Пойдем, иначе снег еще раз совершит на меня нападение.
В глазах мужчины мелькнула грусть (или же это мне только показалось), но в ответ он промолчал. Лишь подставил руку, за которую я тут же ухватилась.
Мы расстались у моей комнаты, а войдя к себе, я прислонилась к двери, счастливо улыбаясь.
Глава 18
Проснулась уже ближе к обеду и еще долго нежилась в постели, не желая вставать. Стоило сну развеять свои чары, как на меня обрушилось смущение. Прямо-таки целая тонна смущения! Это надо же! Он меня поцеловал! А потом извинился...
М–да... Удивительные дела, честное слово.
Почувствовав, как лицо и шею обжигает волна жара, накрыла голову одеялом. Только я могу попасть в такую комичную ситуацию.
С трудом заставила себя встать и с удивлением обнаружила на столе контейнер с едой. Каша, булочки и чай. Все горячее, благодаря магической печати. И записка поверх стопки книг:
«Пришлось взять запасные ключи у сторожа. Прости за взлом твоей комнаты, но доктор Аттэ сказал, что тебе нужно хорошо питаться. Встретимся позже».
И подпись «В.Р.»
Глупую улыбку подавить не смогла, так же как и тихий смех – надо же, а забота, пусть и от посторонних людей, очень приятна.
Я еще постояла у стола, потом буквально вытолкала себя в душ. Сегодня в зеркале отражалась совсем другая девушка. Незнакомка. Несмотря на бледный цвет лица и наметившиеся темные круги под глазами, эти самые глаза блестели. В них горел какой-то странный огонь, отражался блеск счастливой улыбки. И что самое странное, эта девушка нравилась мне куда больше той, что я привыкла видеть на зеркальной глади.
Такого вкусного завтрака я не пробовала уже очень давно. Или тому виной мое настроение? Впрочем, не важно. Мне впервые за долгое время было по-настоящему хорошо. Тревоги и волнения остались где-то там, позади, даже обида за тихое мужское «извини, я не должен был» улеглась, и стала казаться глупой и ненужной. Ведь он действительно мог испугаться моей реакции, да и своей тоже.
Обеда я ждала, краснея и бледнея попеременно. Предвкушение настолько захватило меня, что когда раздался тихий стук в дверь, я чуть ли не подпрыгнула на стуле. Стараясь успокоить колотящееся сердце, несколько раз глубоко вздохнула и только после этого сделала пару шагов, повернула ручку и... Столкнулась лицом к лицо с одной из близняшек.
Вот кого я не думала увидеть, так это ее.
– Я Тиана, – глухим голосом пояснила девушка, так и не дождавшись от меня внятной реакции. – Можно войти?
Не зная, что сказать, просто кивнула и отстранилась, позволяя ей переступить порог.
Девушка остановилась у стола, мазнула равнодушным взглядом по комнате и посмотрела на меня:
– Ты уже знаешь? – бросила тихо, сложив губы в тонкую линию, словно пыталась сдержать кривую ухмылку.