Да, припоминаю наш последний разговор – было в ее словах что-то такое... Странное и неестественное.
– Вы думаете? – выдохнула и замолчала, потому что просто не смогла подобрать слов.
– Думаю, но ее мать считает иначе, поэтому будем делать вид, что занимаемся активными поисками, – пока я не успела больше задать ни один вопрос, продолжил: – Вы ко мне, собственно, с чем приходили, перед, – взмахнул рукой в воздухе, – всем этим?
Нахмурилась, вспоминая, как именно попала в приемную ректора и тут вспомнила о дополнительном расписании практических занятий.
– Хотела попросить, – на этих словах мужчина тут же напрягся, и я торопливо продолжила, – чтобы вы договорились с городской лечебницей об увеличении часов практики.
Выдохнула и замолчала, ожидая отказа. А что он откажется от этого предложения, я почему-то не сомневалась.
– Хм, – задумался ректор, поглаживая усы. – Вам так хочется работать лишние часы?
Если честно, такого вопроса я никак не ожидала. Впрочем, он в духе ректора, это однозначно.
– Ребятам нужна практика, – оставила его без ответа.
– Как хотите, – пожал плечами. – Занесите мне потом ваше, – здесь он сделал особый язвительный акцент, – новое расписание.
– Хорошо, – кивнула, и поторопилась встать с кресла. Это стоило сделать сразу же после телефонного разговора, но я упустила этот факт из виду.
На лекцию я вернулась в растрепанных чувствах. Было такое ощущение, что из меня выжили все соки, и оставили лишь бесплотную оболочку. Хорошо, что лекция была единственной и после этого у меня будет время для обеда и небольшого отдыха. Нужно собраться с мыслями и подготовится к осмотру Винсента.
Загадочное исчезновение Тианы беспокоило, и, несмотря на слова ректора, мне казалось странным такое поведение девушки. Неужели она могла так поступить с матерью, с сестрой? Просто взять, и испариться среди шумных жителей столицы? Странно...
Хотя... Что я могу знать о профессоре Хрит? Ничего. Пусть это останется на совести ее родителей и ректора, которые куда больше разбираются в девушке.
Обед прошел в гордом одиночестве – я спустилась в столовую, когда уже прозвенел звонок и студенты, вслед за преподавателями разошлись по аудиториям.
После зашла в приемную к ректору, но в кабинет заходить не стала – встречаться с ним вновь не было никакого желания. Оставила расписание Тильде и сбежала, чтобы не попасться магистру на глаза.
А вернувшись к себе, рухнула на кровать и уставилась в потолок.
«Тиана, что же ты наделала?» – крутилась горькая мысль.
В то, что Дана сообщит хорошие новости, почему-то не верилось, как не особо верилось и в то, что профессор Хрит просто сбежала, освободившись от материнского контроля. А как узнать правду, я понятия не имела.
К тому времени, когда в дверь постучал Винсент, я уже вернулась к работе с магическими ловушками. Так хоть как-то получалось отвлечься от той сумятицы, что вновь ворвалась в мою жизнь.
– Светлого дня, – дежурно поприветствовал он, смотря на меня странным взглядом.
– Светлого, – отозвалась со вздохом и посторонилась, пропуская его. – Уже слышал новость? – поинтересовалась, как только он вошел, и я закрыла за ним дверь.
Брови сошлись на переносице и Винс с недоумением спросил:
– Нет, что случилось?
Я рассказала ему об исчезновении Тианы, опустила лишь то, какой «приятной» была встреча с ее разъяренной матушкой.
– Ее переправили через горы до ближайшего городка и проследили, чтобы девушка уехала в столицу.
– А по дороге могло случиться все, что угодно, – со вздохом закончила я.
– Не веришь ректору?
Вот тут не выдержала, усмехнулась:
– Как-то он совсем не вызывает у меня доверия. Особенно с его способностью изворачиваться в любой ситуации так, чтобы оказаться в выигрыше.
– И не поспоришь, – согласился с моими доводами.
– Но я, правда, ничего сделать не могу, – призналась, чувствуя, как внутри вновь рождается противная дрожь.
Винсент, словно понял мое состояние, сделал шаг навстречу и заключил в такие желанные объятья.
– Дели, невозможно помочь всем, я же тебе уже говорил.
Говорил, я это помню, но у меня никак не получается привыкнуть к этой мысли. Все хочется для себя божественного могущества, чтобы не чувствовать такую беспомощность.
Но вопреки безрадостным мыслям, осмелилась обнять его в ответ и тихо выдохнуть, лелея глупую надежду, что он не услышит:
– Я скучала...
Если и услышал, то не ответил, лишь крепче сжал в объятьях.
А мне за эти пару дней, пролетевших в каком-то дурмане, действительно его не хватало. Настолько, что я даже рада своей ночной выходке, иначе мы бы еще долго бегали друг от друга.
– Мне стоит еще раз извиниться? – вместо утверждения, его слова почему-то прозвучали как вопрос.
На это я беззвучно улыбнулась, пряча лицо на его груди, и отрицательно покачала головой.
– Нет, но довериться мне придется.
Он вздохнул тяжело, словно решался подписать себе смертный приговор, и согласился. А большего мне было и не нужно в этот момент.
Отступила на шаг, посмотрела на него, прищурив глаза, и повторила, сказанное ранее:
– Раздевайся!
Винс закатил глаза к потолку и хмыкнул:
– Дели, не боишься, что однажды я пойму твою просьбу несколько превратно?
Боюсь, конечно, даже вот от его невинной шутки кожа запылала, но я нашла в себе силы отшутиться:
– Я верю в ваше благородство, профессор Райт!
Шутку он мою не оценил – только покачал головой, все так же насмешливо кривя губы. Но просьбу выполнил. Скептически осмотрел разложенные на полу листы бумаги и принялся стягивать сначала камзол, за ним жилет и только потом рубашку.
– Мне нужно, чтобы ты лег, – огорошила его еще одной просьбой.
Он ничего не сказал, лишь вопросительно приподнял брови.
– Пройди в спальню и ложись на кровать, я сейчас возьму все для осмотра и приду.
Мне не хотелось, чтобы он видел, как я пью специальную настойку, которая поможет выдержать давление чужой магии немного дольше, чем в прошлый раз. Настойка сработает как щит, временный, конечно же, но и это лучше, чем ничего. Жаль только, что вкус у нее ужасно мерзкий, я даже едва сдержалась, чтобы не выплюнуть все обратно.
В спальню вошла, все еще кривясь от вкуса, и тут же замерла на месте, увидев дивную картину...
Мужчина, обнаженный по пояс, в моей кровати. Поистине, узнай моя матушка об этом, не погнушалась бы схватиться за ремень и поучить меня правилам приличия. И была бы права, честное слово.
– Передумала? – Винс приподнялся на локте и посмотрел мне в глаза, при этом уголки его губ едва заметно приподнялись, обозначив улыбку.
– Нет, – отозвалась тихо, даже головой качнула в знак протеста. – Не дождешься.
Не думает же он, что я так просто сдамся? Хотя, судя по скептическому взгляду, именно об этом он и подумал.
– Хорошо, – вроде бы безразлично отмахнулся, вновь ложась на подушку. К слову сказать, покрывало с кровати он так и не снял.
Ситуация, в самом деле, очень двусмысленная и щепетильная, но я, к сожалению, пока не научилась осматривать пациентов на расстоянии. Пришлось перебороть смущение, сделать несколько шагов и остановиться, нависнув над ним.
– Я хочу, чтобы ты сказал мне, если вдруг почувствуешь боль. Даже совершенно незначительную.
Мне не доводилось работать с чужеродной магией, лишь естественные потоки, которые ведут себя довольно предсказуемо. Нет, были, конечно, и исключения, но эти случаи единичны. А что ждать от его организма, я понятия не имею. От этого страшно за его жизнь, не наврежу ли я, всколыхнув последствие от магической ловушки.
– Обещаешь? – так и не дождавшись от него ответа, подтолкнула в правильном направлении.
– Обещаю, – согласился со вздохом, буравя взглядом потолок. – Не бойся, Дели, ничего со мной не случится, я проходил эту процедуру много раз.
При упоминании о прошлом лечении, тут же стало совестно, что я вновь заставляю его пройти через это. Впрочем, сомнения сразу отмела, потому что уверена – у меня все получится.
– Сними пока амулет, пожалуйста, – попросила его, прежде чем начать. И только дождавшись, когда он опустит на пол шнурок с камнем, приступила к своей работе.
Вдох–выдох. Прикоснуться руками к обнаженному телу, почувствовать тепло магии, что струится по моим ладоням.
А потом забыть о материальном мире и погрузиться в хитросплетение магических потоков.
Чернота, от которой сразу закружилась голова, и во рту появился металлический привкус крови, окутала мгновенно. И тут же попыталась вытолкнуть меня, мешая рассмотреть сгусток и почувствовать его силу.
Пришлось надавить сильнее, пробираясь дальше.
Сложилось впечатление, что чужеродная магия создала вокруг себя непроходимый контур. Защитный. Словно она тоже боится, что ее уничтожат. Сотрут в пыль даже воспоминание о ней.
И стоило мне прикоснуться к этому контуру, как Винс зашипел сквозь зубы, и меня мощной волной выкинуло обратно, отчего я покачнулась и устояла на месте только потому, что успела присесть на край кровати.
Перед глазами, как и прошлый раз, плясали черные точки. Пришлось приводить себя в порядок глубокими размеренными вдохами и выдохами.
– Ты как? – прогнав дурман, обратилась к Райту, который подозрительно затих.
– Нормально, – отмахнулся, шипя сквозь зубы и хмуря густые брови.
– Лжешь, – прошептала утвердительно, и поднялась на ноги. Нужно принести ему восстанавливающее зелье, да и обезболивающее тоже не повредит.
Когда принесла и он, на удивление, безропотно выпил все, спросила:
– Так ты переносишь каждый осмотр?
Он не ответил, лишь кивнул в знак согласия.
– Ты чувствуешь боль сразу же, когда происходит магическое вмешательство?
– Можно сказать и так, – после зелья ему стало гораздо легче, и цвет лица больше не напоминал что-то среднее между белым полотном и серыми тучами в ненастный день.