– Мы должны ее найти! – воскликнула Рита, и в ее голосе прорезались нотки паники. – Я вспомнила, что произошло перед моим падением! Я увидела в озере запутавшуюся в водорослях куртку Даши, а потом мне показалось в воде ее лицо. Она утонула! А затем меня кто-то толкнул…
– Тебя никто не толкал, – напомнил он.
– Я не уверена в этом! – упрямо повторила Рита. Михаил предпочел промолчать. Подошел к краю берега и с него заглянул в воду.
– Не вижу никакой куртки.
– Значит, утонула. Она там была!
– Когда я искал тебя в воде, другую девушку не видел. Если бы Даша упала в этом же месте, я бы ее обязательно нашел. Тут, видишь, какая заводь, течение не ощущается, много водорослей. Тело бы запуталось в них и осталось тут.
– Но это мне не показалось, – пробормотала Рита, правда с нотками сомнения в голосе.
Михаил сел на край берега, свесив ноги, аккуратно соскользнул на один выступ, а затем – на выдающийся из воды небольшой пятачок земли. Кто этих девиц поймет! А вдруг тут и правда еще есть одна? Только, если это так, ей уже вряд ли чем-то поможешь. Слишком много времени прошло. Цепляясь одной рукой за выступающий из бережка корень, балансируя на крохотном земляном пятачке, где едва помещались его ботинки, Михаил оглядел участок заводи, внимательно всматриваясь в толщу воды.
– Ну что там? – раздался над его головой встревоженный голос. Он молча покачал головой и поднял глаза на девушку. Взгляд скользнул по ее босым ступням, отметив, какие они маленькие и какими беззащитными кажутся замерзшие пальцы Риты. И ему вдруг захотелось взять в ладони ее маленькие ступни, согреть их…
– Машина какая-то едет! – воскликнула вдруг девушка, возвращая его в действительность.
Михаил перевел взгляд на дорогу – и на самом деле увидел бежевую, с пятнами грязи на боках, «Ниву» Василия.
– Это за нами.
– А как же Даша? – тихо проговорила Рита, с ужасом глядя на озеро, такое спокойное и невинное, впавшее в глубокий сон. – Она ведь ушла утром после того, как поссорилась с Олегом. Я, собственно, и отправилась на ее поиски…
– Рита, вначале я отвезу тебя в тепло, а потом вернусь сюда. Даша могла уже вернуться на дачу.
Похоже, ему удалось убедить ее. Рита молча кивнула, а затем оглянулась на подъезжающую к озеру «Ниву».
Михаил взобрался на берег и услышал, как из салона остановившейся в трех шагах от них машины раздался зычный голос:
– Эй, что у вас тут за приключения выдались?
Из «Нивы» вышел Василий, и Рита скользнула по нему любопытным взглядом.
Определить возраст мужчины на вид не представлялось возможным. Ему одинаково могло быть и сорок лет, и шестьдесят. Возраста ему прибавляла седая щетина на щеках и подбородке, но убавлял молодой нахальный взгляд пронзительно синих глаз, глядевших лукаво из-под надвинутой на них клетчатой кепки. Но Михаил знал, что Василий недавно отметил пятидесятипятилетие: на этом незабываемом юбилее собрались, похоже, все местные жители. Были и приезжие, как Михаил, с кем Василий водил давнюю прочную дружбу.
Одет водитель «Нивы» был в «камуфляжку», как и Михаил, и кепка в таком одеянии выглядела совершенно чужеродной. Но, судя по тому, как он при виде Риты лихо сдвинул головной убор набок, сей предмет одежды, видимо, играл немаловажную роль в попытках Василия произвести впечатление на девушек. Михаил незаметно усмехнулся: водился за Василием такой грешок, любил покрасоваться перед девицами.
– Где ты такую русалку выловил? – обратился Василий к Михаилу после того, как внимательным взглядом изучил голые ноги девушки, ощупал взглядом лицо Риты и вновь остановился на ее ногах, видимо, сочтя их достойными любования. Рита от такого развязного взгляда Василия даже растерялась. Но она так сильно замерзла, что сил отбрить нахала уже не осталось.
– Василий, давай без разговоров. Не в том мы состоянии, – отрезал Михаил, почему-то рассердившись на приятеля за плотоядный взгляд, каким тот рассматривал девушку.
– А я что? А я ничего! Я вам и салон заранее прогрел! Давайте в машину! Только это, слышь, Михаил, подстели-ка там брезентик. А то вы своими мокрыми задни… гм, седалищами мне все чехлы намочите.
– Ты и подстели, – пожал плечами Михаил и наклонился, чтобы поднять свой телефон, а заодно подхватил мокрую Ритину одежду и обувь, брошенные на траву. – На, возьми это, – протянул он развернувшемуся было к машине Василию вещи девушки. – А я нашу русалку отнесу.
– Так ее и я могу, – высказал готовность водитель.
Рита, судя по дрогнувшим у нее бескровным губам, собралась вмешаться и заявить, что дойдет сама, но, заметив что-то перед собой, вытянула шею и воскликнула:
– Что это?
Возле небольшого кустика, торчавшего у самого обрыва, что-то и правда белело. Михаил, любопытствуя, подошел к кустам и наклонился.
– Мобильный. Обронил кто-то, – сказал он, возвращаясь к Рите, по-прежнему стоявшей на одном месте.
– Надо позвонить кому-нибудь из телефонной книжки и сказать, что мы нашли телефон! – оживилась девушка. – Или он отключен?
Михаил нажал на клавишу, и экран вспыхнул голубым светом.
– Нет, работает.
– Позвоните кому-нибудь, Михаил!
– Позвоню, но после того, как ты окажешься в тепле. Да и мне, если честно, тоже надоело стоять на ветру в мокрой одежде. Сомнительное удовольствие, – проворчал он. Надо же, стоит себе пичужка, недавно выуженная из холодной воды, замерзшими ногами перебирает, босые пальцы поджимает, а вот поди ж, командовать надумала: прорезались в ее тонком голоске повелительные нотки. И так, будто ей это не в редкость – указывать, что делать.
– Давай отнесу тебя. Хватит топтаться на холодной траве.
– Я и сама дойду, – буркнула она. И ее мертвенно-бледное лицо залил румянец. – Тут всего три шага до машины.
– Ну так беги, чего ждешь? – усмехнулся он в бороду, позабавившись новой перемене, произошедшей с Ритой. То командует, то, как институтка из прошлых веков, тушуется лишь от мысли, что ее пару метров может пронести на руках мужчина.
Рита не заставила себя ждать и побежала к «Ниве». Василий галантно распахнул перед девушкой дверь и, придерживая ее за локоток, помог забраться в салон. Затем достал из багажника видавшее времена потертое одеяло и протянул его Рите:
– На, укрой коленки-то! Сейчас я тебе еще пийсят грамм плесну «лекарства», для профилактики от простуды. Что-то вы, мадам, выбрали неподходящую погоду для купания.
С этими словами водитель вытащил из кармана фляжку, открутил крышечку, понюхал содержимое и довольно крякнул:
– Самогоночка, чистая, что слеза младенца! Моя Прохоровна ее делала. «Эликсир» от Прохоровны в наших местах славится. Хозяин вон коньяку запросил, да какие пять звезд сравнятся с самогоночкой моей жены, а? На, выпей три капли для согрева…
Василий булькнул из фляжки в крышечку прозрачной жидкости и протянул «стаканчик» девушке. Рита решила не сопротивляться, подношение приняла и, зажмурясь, выпила.
– О-ой, – простонала она после того, как откашлялась.
– Что, пробрало? – довольно захихикал Василий, протягивая фляжку подошедшему к машине Михаилу. – Говорю же, знатную самогоночку делает моя Прохоровна. Дал бы тебе больше, да, боюсь, крепка слишком. Хотя это ты еще знаменитую перцовку моей супружницы не пробовала! Вот уж вырви глаз! Принимаю чисто в лечебных целях, когда радикулит разбивает – внутрь и снаружи. Печет так, что мертвого поднимет и бегать заставит!
Михаил молча сделал несколько глотков из спасительной фляжки Василия и вернул сокровище хозяину.
– Так вы позвоните кому-нибудь, чтобы узнать, чей телефон мы нашли? – напомнила Рита, когда он усаживался на заднее сиденье рядом с ней. Вот настырная! Можно подумать, память у него короткая. Его, в отличие от нее, память не подвела: он-то ее помнит, а она его, похоже, нет. Но спорить с девушкой Михаил не стал, раскрыл ладонь с лежащим в ней маленьким, «женской» модели, телефончиком и нажал на кнопку. На экране высветилась заставка.
– Ой! – вдруг испуганно воскликнула девушка, сунувшая любопытный нос в телефон. И протянула ладонь к мобильному: – Можно?
– Бери, – удивленно произнес Михаил.
Василий тем временем нажал на газ, и машина зашуршала шинами по траве.
– Это… Это на моем телефоне тоже было! Эта жуткая картинка…
– Что удивительного в том, что заставки в телефонах одинаковые? Если у тебя такая же модель, то картинки – стандартные, – пожал он плечами.
– Нет, модель у меня совсем другая. Но даже если бы и так…
Она не сводила взгляда с телефона, который держала двумя пальцами, как опасное насекомое.
– Посмотрите, это похоже на фотографию… Черно-белую. И сильно смазанную, словно съемку сделали либо в темноте без соответствующих «примочек», либо через… какое-то прозрачное препятствие. Стекло ли, воду или лед. Это мои домыслы, я не разбираюсь в фотографии, но на ум пришли вот такие ассоциации. Подобный «снимок» я получила сегодня на свой мобильный ночью. Как раз перед тем, как мы с вами встретились на улице. Посмотрите, Михаил, вам не кажется, что эти пятна, если в них вглядеться, похожи на лицо и ладони?
Михаил взял из рук девушки телефон и поднес ближе к глазам, силясь разглядеть в белесых пятнах то, о чем она говорила.
– Ну, при большой фантазии можно и подобное предположить, – сказал он. И Рита обиженно поджала губы.
– Эй, не сердись, – произнес Михаил, трогая ее за плечо. Надо же, какая обидчивая. – Я не хотел задеть тебя.
– Посмотрите в папках с фотографиями, – сказала она примирительно. – Не среди стандартных заставок, а в снимках… Впрочем, это ведь неэтично – смотреть чужие папки. Нет, не надо. Лучше давайте позвоним на какой-нибудь номер и узнаем, как вернуть телефон.
Михаил открыл журнал вызовов и вслух сказал:
– Последние звонки владелец адресовал некому Олегу…
– Олегу?! – подскочила на месте Рита. – О господи… Это, наверное, телефон Даши. Я же говорила, что видела ее куртку в воде! Олега вы тоже видели у нас на обеде. Такой длинноволосый. Он – парень Даши.