Катя перенесла вес на левую ногу, продолжая стоять правой ногой на коврике, подошва туфли стояла на светлом прямоугольнике. Девушка начала переносить вес правой ноги на подошву, давление каблука на тело Ивана уменьшалось, подошва пошла вниз, надавливая на светлый прямоугольник на коврике, стало видно, как пальцы ноги девушки прижимаются к подошве. Потом Катя расслабила правую ногу, часть веса которой снова переместилась на каблук. Катя надавила на промежность Ивана, который увидел, как пальцы ноги девушки опять прижались к подошве. Потом красавица перенесла свой вес на правую ногу, только немного касаясь левой ногой пола, и наступила левой ногой на ступеньку впереди себя, на первую ступеньку из двух. Теперь она стояла правой ногой на промежности Ивана, а левой – на ступеньке, которая находилась выше. Вес девушки давил на промежность. Катя сошла с Ивана на пол, потом прошла по его промежности, встав на вторую ступеньку. Красавица ступила правой ногой на первую ступеньку, спускаясь вниз, потом левой ногой – на промежность Ивана. На несколько секунд задержалась и сошла на пол. Наступила правой ногой на светло-серый прямоугольник, под которым находилась промежность Ивана, а затем ступила левой ногой на ступеньку, встав на промежность большей частью своего веса. Потом сошла на пол, встала на промежность левой ногой и ступила на ступеньку правой. Теперь правая нога красавицы стояла на ступеньке.
После Кати к ступенькам подошла Ольга. Иван поправил коврик, чтобы светло-серый прямоугольник находился точно над его промежностью. Ольга прикоснулась подошвой правого шлепанца к светло-серому прямоугольнику, сопоставив передний край подошвы с краем прямоугольника, находящимся ближе к ступеньке. Девушка наступила левой ногой на ступеньку, правой ногой встав на промежность Ивана. Ольга задержалась, стоя на промежности Ивана, потом сошла на пол, а затем постояла на промежности Ивана левой ногой. Потом Ольга отошла от ступенек, а на промежности Ивана стала стоять Маша. Она постояла на промежности Ивана правой ногой, потом левой.
– Ну, дальше что? – спросила Ольга. – Может, на этот раз закончим. Или еще что-нибудь сделаем?
– Можно закончить, – ответила Катя.
– Ну, хватит. Действительно, лучше закончить. И я пойду тогда, – сказала Маша.
Ивану приказали встать. Он встал.
Иван пошел в свою комнату. Ольга, Катя и Маша втроем пошли куда-то еще.
Когда девушки, жившие в доме, заходили с улицы, Иван, как всегда, шел к входу в дом и вылизывал им подошвы обуви.
На следующий день, полдвенадцатого дня, Ольга позвала Ивана в прихожую. Все жительницы дома собрались в прихожей. Все они сидели на лавках и стульях, стоящих вдоль стен. Иван заметил, что в прихожую принесли стулья, чтобы все девушки могли сесть. Ольга села на один из стульев и приказала Ивану:
– На колени.
Иван встал на колени.
– Хорошие девушки из подмосковной ячейки могут взять еще одного мужчину, – сказала Ксюша, полная низкая девушка с лицом, раздавшимся от жира, черными волосами и темно-карими глазами. На ней были белая блузка, черный пиджак, черная юбка, очень темные темно-коричневые колготки и черные туфли на каблуках. – Они просили. Думаю, отдадим им Ивана.
– Да, – ответила Маша. – Отдадим, наверное.
Девушки поговорили и решили отдать Ивана в одну из подмосковных ячеек ордена.
Пять девушек высказались за уменьшение количества узлов на браслете Ивана на один. Это означало, что девушки смогут теперь прикасаться к Ивану не только подошвами обуви, а он сможет прикасаться к ногам женщин ниже колена, в том числе целовать и лизать ноги. Светловолосая Ольга сняла один узел с браслета.
Иван собрал вещи и поехал на территорию ячейки, в которую его отправили. Эта ячейка тоже относилась к Московскому Ордену Краеугольного Камня, хотя находилась не в Москве, а в Московской области.
Территория ячейки оказалась местом, отделенным лесом от железнодорожных станций и шоссе. Это место огорожено высоким деревянным забором – сплошным, из досок, без промежутков между досками, через которые можно было бы смотреть внутрь. Огороженная территория простиралась больше чем на сто метров в длину и больше чем на сто – в ширину. В заборе имелись ворота, рядом – калитка со звонком. Иван позвонил. Его впустила внутрь Настя – девушка немного выше среднего роста, с черными волосами, заплетенными в косу, темно-карими глазами, правильными чертами лица и узким прямым носом. На ней был зеленый купальник и черные кожаные туфли на каблуках. Уже пришел самый конец мая, солнце грело, и, скорее всего, девушке не было холодно в купальнике.
Закрыв изнутри калитку и задав вопросы, чтобы убедиться, что Иван действительно тот, кто должен был приехать, Настя сказала:
– Поприветствуй меня.
Она выставила вперед правую ногу. Иван поставил на землю сумку, лег и поцеловал девушке носок туфли. Потом он встал. Настя его повела за собой.
Выяснилось, что в этой ячейке находилось более двадцати женщин. Среди них были двенадцатилетняя Лена и тринадцатилетняя Надя. Стройную Лену можно было назвать крепкой. У нее была грудь, которая только начала расти. Волосы Лены были светлыми, собранными за головой в прическу в виде узла, что, в сочетании с правильными чертами лица, придавало ей аристократичный вид. Ее глаза были голубыми. На ней красовались белая футболка, короткая белая юбка и белые босоножки без каблуков. У пальцев поперек ступни шли два ремешка на некотором расстоянии друг от друга. Надя была крепкой и чуть полной, с объемистыми округлыми грудями. Ее лицо было округлым. У нее были каштановые волосы, прямые, закачивающиеся чуть выше плеч, и карие глаза. На ней были белая футболка, короткая голубая джинсовая юбка и коричневые босоножки с замшевыми ремешками. Ремешки, шедшие поверх ступни рядом с пальцами, соединялись над ступней и расходились по направлению к подошве – по два с каждой стороны. Они состояли из множества переплетенных между собой тоненьких ремешков.
С прибытием в ячейку Иван стал больше всего общаться с двумя женщинами – одна из них, Инесса, ростом примерно метр девяносто, широкая, немного полная, с черными волосами, карими глазами и широким лицом. Когда Иван впервые увидел ее, на ней был надет оранжевый купальник и белые шлепанцы, такие же, какие недавно были на светловолосой Ольге в Москве. Вторая, Карина, была ростом примерно метр восемьдесят пять, крепкая, с темно-каштановыми волосами, темно-карими глазами и длинным прямым носом. На ней были белая футболка, короткая серая юбка и фиолетовые мягкие шлепанцы. Подошва шлепанца имела у пальцев высоту примерно сантиметр, у пятки – примерно сантиметра три. У пальцев над ступней шел широкий мягкий ремешок, представлявший из себя два ремешка, соединенных липучкой, – на конце одного липучка имелась сверху, на конце другого – снизу.
В ячейке, кроме Ивана, было двое мужчин – один носил браслет с одним символом узла, другой – с тремя.
На огороженной территории имелись коттеджи для жилья и длинный двухэтажный кирпичный дом, покрытый светлой желто-серой кремовой краской, которая в некоторых местах осыпалась. Кирпичная кладка в некоторых местах тоже осыпалась. При внимательном рассмотрении в одном из оконных проемов удалось найти место, начавшее осыпаться уже перед последней покраской. Кроме коттеджей и двухэтажного кирпичного дома, имелись сараи и другие постройки.
Инесса показала Ивану комнату, которую он займет, а потом повела в комнату для наказаний. Там стояла рама для пинков в промежность, снабженная кожаными браслетами для ног и рук на цепях, которые можно натягивать при помощи кручения соответствующих колесиков. У рамы имелись держатели для коленей, чтобы раздвигать ноги пинаемому в нужной степени, – во время пинков они находились между ног пинаемого, у коленей. Держатели тоже поворачивались колесиком и были весьма длинными. Скорее всего, они не позволяли даже высокому мужчине во время пинков изловчиться, чтобы перепрыгнуть через них и прижать ноги друг к другу. Кроме рамы, в комнате для наказаний стоял шкаф, в котором лежали палки и цепи. Простор объемистой комнаты позволял девушке размахнуться палкой длиной 120 сантиметров.
Инесса позвала Карину и Наташу – женщину, скорее всего, старше сорока лет. Она хорошо выглядела, но была немного одряхлевшей, кожа и черты лица немного испортились. Скорее всего, женщина отказывалась много поститься, медитировать и качаться. Наташа была ростом метр восемьдесят, резвой и стройной. Ее тело было скорее широким, чем узким. У нее были желтые прямые длинные волосы, спадающие намного ниже плеч, голубые глаза, овальное лицо и прямой нос, скорее короткий, чем длинный. На ней красовались желтая блузка, голубые джинсы и черные туфли на низких каблуках. Каблуки имели высоту около сантиметра.
– Давайте встанем на него и потанцуем, – сказала Карина.
– Хорошо, давайте, – ответила Инесса и спросила Наташу, – а ты как?
– Хорошо, я не против, давайте встанем на него и потанцуем.
– Только пойдемте тогда в другую комнату, – ответила Карина, – а то такая церемония в комнате для наказаний – это уже не так хорошо, как можно сделать. Это не для комнаты для наказаний церемония.
– Ага, точно, – сказала Инесса.
– Пойдемте, – ответила Наташа.
Девушки и Иван перешли в комнату, где стояли диван, два кресла, маленький столик, ничем не занятый, и стол побольше, на котором стоял магнитофон и лежали кассеты.
– Ляг вот здесь, – указала Ивану Инесса на место рядом со стеной.
Иван лег.
Инесса включила ритмичную поп-музыку, подошла к Ивану, встала ему на грудь и начала танцевать. Потом ее сменила Карина, потом Наташа.
Инесса приказала Ивану встать, попросила подождать и сказала, что позовет Лену и Надю, чтобы они присоединились.
Примерно через минуту она пришла вместе с младшими жительницами поселка.
– Сможете танцевать сами, встав на него? – спросила Карина у Лены и Нади, показав на Ивана. – Или держать за руки надо.
– Нет, меня не надо держать за руки, – ответила Лена, – умею уже, – она нежно улыбнулась.