Группа Mess Age распалась из-за того, что ее гитарист Артем Павленко пытался иммигрировать в Британию, но я стала играть с их басистом Робертом Ленцем. Пышная кудрявая шевелюра и неизменные джинсы придавали ему характерный инди-лоск, который так нравился мне в наших совместных выступлениях. По характеру он был милый и мягкий парень, к тому же еще и прекрасно говорил по-английски.
– Я помню тебя открытым, искренним и в то же время стильным человеком, и я был рад и горд, что познакомился с тобой и что мы стали работать вместе, – сказал он мне недавно. – Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что ты была одним из символов новой, искренней и творческой эры.
Знал бы он, как мне нравилось работать с ним! Моя искренность и мое собственное творчество основывались исключительно на союзе с потрясающими, вдохновенными людьми, рядом с которыми я чувствовала себя сильной и уверенной.
Роберт был со мной на сцене и 13 октября 1994 года на большом концерте «Джоанна Стингрей – Десять лет в России». Проходил концерт в ДК Горбунова, а организовали его Feelee Management & Record Company[151] и радиостанция «Европа Плюс». «Программа “А”» – по-прежнему одна из популярнейших музыкальных телепрограмм в России – снимала концерт для последующей трансляции. Я всегда буду благодарна программе и ее ведущему Сергею Антипову.
Главная проблема состояла в том, что заполучить друзей на концерт становилось все труднее и труднее – все были по горло заняты своими делами. На афише мы написали «Джоанна Стингрей и друзья», и я была переполнена благодарности тем, кто все же пришел, несмотря на всю свою занятость.
Фаны размахивали американскими флагами и разноцветными воздушными шарами. «Игры» спели «Город Ленина», по песне спели Шевчук и Сукачёв со своей новой группой «Неприкасаемые». Сюрпризом стало появление Макаревича – с длинными бакенбардами и горящими глазами. Его баллада прозвучала в собственном сопровождении на акустической гитаре.
У меня в группе Саша играл на барабанах, Роберт Ленц – на басу и Игорь Кожин – на гитаре. Стиль мой к тому времени изменился – вместо сплошного черного стал более хипповым: цветастое короткое платье, черные бриджи и армейские ботинки. Я спела песни из нового альбома – Clouds of My Mind и Off the Rails. Звук, помню, был прекрасный, весь концерт полон динамики и энергии, и на песне Цоя «Гость» зал просто тонул в его музыке.
– А теперь… Борис Гребенщиков!
Под восторженный рев толпы Борис величаво выплыл на сцену – в том самом цилиндре, в котором снимался в нашем клипе Come Together. Это был первый и последний раз, когда мы исполняли эту песню живьем, и публика, кажется, оценила историческую значимость момента. Борис обычно чурается сборных концертов, и поэтому для меня его появление на сцене в тот день было по-особому значимым. В длинном сюртуке и цилиндре он выглядел монументальным – как символ стиля и класса, но на мгновение мне показалось, что мы с ним вновь, как в старые добрые времена, просто поем вместе на крыше. Мы в унисон выкрикивали в микрофон заветные слова Come Together, он смотрел на меня с улыбкой, а я чувствовала себя одаренной невероятным счастьем от того, что эта просветленная душа ввела меня в свой волшебный мир и подарила вселенную. А когда песня закончилась, я вывела на сцену Андрея Фалалеева, того самого, от кого я еще в 1984 году, перед первой поездкой в Россию, впервые услышала имя Бориса, и кто связал меня с ним. Стоя между этими двумя людьми, – один продал мне билет в Страну Чудес, а другой стал моим провожатым в этой сказке – я почувствовала, что круг, наконец, замкнулся.
Заключительная песня концерта – Feeling – в тот вечер тоже впервые прозвучала живьем. Из всех, кто принимал участие в оригинальной записи, на сцене был только Витя Сологуб, а за Виктора, Юрия, Бориса и Сергея рядом со мной пели Роберт и Гарик. Гарик, изрядно уже выпивший к тому времени, танцевал и прыгал, задорно выкрикивая слова песни, которая по сути дела была напоминанием о моих ленинградских годах.
– Rock me! – пели мы все хором.
– Fuck me! – Гарик в свойственном ему духе пел свое.
От Ленинграда до Москвы – вся страна, кажется, была наполнена пиратами. Да, у нас не было землетрясений, как в Лос-Анджелесе, но мы всегда знали, как своим рок-н-роллом сотрясти мир.
Глава 57Нелегко быть зеленым!
После юбилейного концерта я провела в клубе «Пилот» презентацию видеокассеты Ten Years in Video. Тут же заодно прошел и аукцион по продаже некоторых моих самых известных нарядов. Смысл этой акции состоял в сборе средств для «Гринписа» и AESOPS – я постоянно напоминала себе, что слава должна служить не только самой знаменитости. Очень легко было уступить соблазну и погрузиться во всеобщее к тебе внимание и поклонение, но по мере возможности я пыталась с этим соблазном бороться. Вести аукцион любезно согласился знаменитый актер Игорь Верник. Нам удалось заработать свыше четырех миллионов рублей. Мы также провели конкурс двойников Стингрей, главным призом которого стала так называемая Стингрешка – обычная матрешка, которую художник расписал по моему образу и подобию. Никто из гостей аукциона не ушел с пустыми руками: плакаты, фотографии и, само собой, презервативы. Публично о своей частной жизни я никогда не говорила, но при любой возможности пропагандировала безопасный секс.
В Ленинграде ребята прозвали меня «Трактор», но теперь, вспоминая о своих московских днях, думаю, что мне скорее подошло бы прозвище «Поезд-пуля». На огромной скорости я неслась от проекта к проекту, выступала, где могла, не забывая при этом и об экологии.
«К сожалению, управляют нами люди, глухие к любым протестам, и очень скоро вся наша природа будет уничтожена», – вспоминала я слова Скляра на пресс-конференции Greenpeace Rocks.
«Я рад быть частью этого проекта, – сказал Юрий Шевчук. – Я пою рок по-русски, то есть я орошаю и освящаю святой водой то дерево, которое мы называем русским языком».
Слова Шевчука побудили меня и дальше продолжать работу по продвижению экологической сознательности через рок-н-ролл. Новый крупный проект получил название «Неделя со Стингрей в Лос-Анджелесе». Мы объявили конкурс, победители которого в течение недели будут не только развлекаться и осматривать со мной достопримечательности Лос-Анджелеса, но и познакомятся с тем, как в Америке борются с загрязнением природы. Участникам конкурса должно было быть от 16 до 20 лет; от них требовалось, чтобы они не пили, не курили и не мусорили; и еще они должны были в ста словах описать, как могут сделать мир чище. От желающих отбоя не было! В результате мы выбрали четверых: Люду Новосадову, Марину Семёнову, Юрия Барсука и Ольгу Юревич.
Еще до отъезда победители встретились с компаниями-спонсорами. В каждой из них им выдали брошюры и всяческую другую информацию о том, как эти компании путем утилизации отходов и использования органических материалов повышают экологичность своего производства. Получили ребята и подарки: от Nike – рюкзаки и кроссовки, от Kodak – фотоаппараты и пленку к ним, от Coca Cola – мешки с сувенирами и от Sony – драгоценные кассетные Walkman с наушниками.
11 декабря 1994 года четверо победителей загрузились в самолет British Airways – вместе со мной, Сашей, Алексом Каном в роли переводчика и двумя телевизионщиками: продюсером Сергеем Супоневым и оператором Юрием Росицким.
Все неделю нас носило, как по бурным океанским волнам. Мы побывали на заводе по переработке отходов; гуляли по Диснейленду, где урн было столько, что на дорожках мы не встретили ни соринки; познакомились с художником, творившим искусство из мусора; посадили деревья вместе с ребятами из Tree People[152] и повстречались со школьниками из Crenshaw High School, которые основали у себя в школе целую программу по выращиванию овощей. Однако больше всего ребятам запомнился дом актера Эда Бегли-младшего[153] – одного из самых страстных защитников окружающей среды, прославившегося в том числе и тем, что из своего дома на съемки в Голливуд он добирался через каньон не на машине, а на велосипеде. В саду у него был огромный компост, он выращивал собственные овощи, дом освещался и обогревался с помощью солнечных панелей, а ездил он если не на велосипеде, то на электромобиле. К своему велотренажеру Эд подключил трансформатор, перерабатывавший энергию крутящихся колес в электрический ток, и каждый месяц получал чек от энергетической компании, которой поставлял этот ток.
Уже ближе к концу поездки мы навестили моего хорошего друга, продюсера и звукорежиссера многих моих записей Пола Делфа. Пол умирал от СПИДа, и эта встреча показала ребятам реальность страшной болезни.
– О таком путешествии я не могла и мечтать, – много лет спустя рассказывала мне о своих впечатлениях Люда.
Поездка действительно была невероятной. И что может быть лучше, чем учиться, развлекаясь? Мы привезли из нее часовой фильм, который показали по Первому каналу. Затем была выпущена кассета с более полной версией фильма. Все доходы от ее продажи пошли в фонд «Гринписа». Из того же материала я смонтировала и клип к песне Save The World, которую написала когда-то с Сергеем Курёхиным. Я была полна решимости доказать: что бы там ни пел Лягушонок Кермит, быть зеленым на самом деле легко![154]
Глава 58Найденная душа
Зимой 1995 года московские улицы были заполнены огромными, пугающего вида «мерседесами» с тонированными стеклами. Куда страшнее, впрочем, было видеть, как водители регулярно заныривают под кузов своих автомобилей с укрепленными на длинных рукоятках зеркалами. Они проверяли таким образом, не прикрепил ли кто-нибудь к днищу машины бомбу. «Дикий Запад» – место по-настоящему опасное!