с моей собственной жизнью. Очевидно, я должен в ней что-то изменить. Мне 30 лет...”». И, объявив о своём намерении уйти с поста председателя совета директоров, коротко обрисовал то, чем, собственно, собирался заняться.
В воспоминаниях Джона Скалли это выражено так:
«Стив сказал, что образование много значит для него. Когда он оглядывается на свои годы, проведённые в “Apple”, он каждый раз чувствует, что наиболее важным его вкладом в дело было то, что он помог компьютеру войти в мир образования. И, уходя в отставку с поста председателя, он намеревается создать совершенно новое предприятие, ориентированное именно на рынок высшего образования. Новое предприятие не будет конкурировать с “Apple”, оно будет дополнять его, поэтому он возьмёт с собой буквально горстку сотрудников, не из тех, кто занимает ключевые посты. Он отметил также, что “Apple”, возможно, захочет купить права на распространение его нового продукта — позже, как только он будет готов. Он также спросил, сможет ли в дальнейшем “Apple” предоставить ему лицензию на использование программного обеспечения для Macintosh...»252
По оценкам Джобса, оборот новой фирмы только через два-три года мог достигнуть порядка 50 миллионов долларов, какая уж тут конкуренция с «Apple»! — у неё оборот (не путать с доходом) больше миллиарда...
На слова о «горстке сотрудников» немедленно отреагировал Марккула.
Слова Джобса его рассердили. Марккула не собирался ему никого отдавать. Он был убеждён, что Стив не имеет права принимать к себе сотрудников «Apple». На это Стив тут заявил: да ну, было бы из-за кого спорить! Люди, о которых он говорит, сотрудники совсем невысокого уровня. Уход их из «Apple» ничего для компании не значит. Они, кстати, и сами собираются уходить.
Конечно, и Марккула, и Скалли пытались выставить Джобса как человека не слишком порядочного, как нарушителя корпоративной этики, как человека, которому нельзя верить. При этом оба делали вид, что не знают (или забыли) о существовании калифорнийского закона, запрещающего каким бы то ни было образом ограничивать право служащих самим выбирать место работы.
Этот закон был принят ещё в 1872 году.
Важность его в своё время особо отметил даже Григорий Громов в своих записках о Кремниевой долине: «В результате опыта регуляции наиболее острых деловых конфликтов в течение первых двух десятилетий существования штата... был принят Калифорнийский гражданский кодекс, в который законодатели штата включили специальный пункт, гарантирующий полную свободу наёмных работников (в штате Калифорния) в выборе своего места работы...»253
Дискуссия, развернувшаяся на заседании, длилась более часа.
Одни выражали сомнения в том, что Стив сможет создать успешную компанию, другие высказывались в том смысле, что неплохо бы устроить в этой новой компании своего человека — на один из руководящих постов. В итоге решили просто принять слова о новой компании как факт.
После обсуждения слово взял Скалли:
«Мы ценим то, что вы (он обращался к Джобсу. — Г. Л., С. С.) сделали для “Apple”, и мы признаем, что вам надо идти своим путём в жизни. Допуская, что ваш бизнес является дополнительным, а не конкурентным, и что вы не станете уводить с собой ключевых сотрудников “Apple”, мы просим вас пересмотреть своё решение уйти из совета директоров»254.
Был даже высказан осторожный интерес к покупке доли (до 10 процентов) в новой компании. На всё это Джобс ответил, что подумает и даст ответ к следующему четвергу.
Вроде бы дело завершилось миром, но Стив решительно уклонился от участия в традиционно следовавшем за заседанием обеде. Зато уже вечером встретился у себя дома за ужином с пятью сотрудниками «Apple», которые решили покинуть компанию. К ним присоединился ещё и адвокат Эл Сонсини. Обсуждалась, в частности, возможность избежать судебного процесса при уходе из «Apple». Адвокат настойчиво советовал «рассредоточить» будущую подачу заявлений об увольнении: подавать их не все сразу, а одно за другим, с интервалом примерно в неделю255.
Впрочем, новые соратники склонялись к мысли, что если уж уходить, так всем вместе. И уже следующим утром Джобс вновь появился перед Скалли. Без особенного волнения (хорошо подготовился) он выложил на стол напечатанную на принтере записку:
«Дорогой Джон!
Сегодня следующие пятеро сотрудников (следуют имена) уволятся, чтобы присоединиться ко мне и моему новому предприятию»256.
Скалли был откровенно встревожен.
Люди, перечисленные в записке Джобса, никак не могли считаться специалистами низкого уровня. Рич Пейдж отвечал за Macintosh следующего поколения, Дэниел Левин — за маркетинг в области высшего образования, Бад Триббл занимался менеджментом программного обеспечения, Сьюзен Барнс контролировала продажи в США, а Джордж Кроу вообще обладал огромным опытом работы с Macintosh. Короче, Джобс собирался взять с собой действительно только пятерых (из более чем 4300 сотрудников «Apple»), но все они, по мнению руководства компании, обладали ключевой информацией, которая вполне могла позволить Стиву успешно конкурировать с «Apple». То, что бизнес в области образования — это многообещающая область, понимали все.
«Стив, это не сотрудники низкого уровня!»
«Может быть, — ответил Джобс. — Но они всё равно собираются уходить. В девять часов они подадут заявления, так что я хотел из вежливости оповестить вас и руководство заранее».
«Я спросил Стива, как такое могло произойти настолько быстро, — вспоминал Скалли. — Он ответил, что его новая группа встретилась ночью и они решили, что лучше всё делать сразу».
На встрече с руководящим составом компании Джон Скалли передал письмо Джобса юристу Элу Эйзенштадту (тому самому, с которым Стив ездил в СССР). Шаги, предпринятые Стивом, вызвали шум возмущения. Прозвучали голоса, что теперь самое время продемонстрировать всем истинное лицо Джобса. Кэмпбелл (тот самый, с которым не нашёл общего языка Левин) даже выкрикнул, что Стив — обыкновенный мошенник, пора перестать смотреть на него как на какого-то мессию.
Несомненно, в «Apple» были и другие желающие уйти с Джобсом, поэтому администрация больше всего боялась массового неконтролируемого исхода сотрудников. Пятерых сотрудников, выразивших желание уволиться, буквально выдворили с территории «Apple» в сопровождении охранников.
«Особенно разгневан был Артур Рок. Хотя он и выступил весной на стороне Скалли, но теперь сумел восстановить прежние, почти родственные отношения с Джобсом. Всего неделю назад он приглашал Джобса и его подругу Тину Редсе к себе в Сан-Франциско — они с женой хотели с ней познакомиться. Вчетвером они прекрасно поужинали в доме Роков в Пасифик-Хайтс. Джобс ни словом не обмолвился о новой компании, и теперь уже Рок почувствовал себя преданным, услышав новости от Скалли. Стив нагло врал совету! — буквально рычал Рок. Стив говорил, что только подумывает о создании новой компании, а сам уже создал её. Он говорил, что заберёт всего нескольких рядовых сотрудников, а ими оказались первоклассные специалисты! Марккула отреагировал на все эти новости более сдержанно, но тоже обиделся: “Стив забрал ведущих специалистов, которых заранее втайне подговорил. Так дела не делаются. Это не по-джентльменски”»257.
Очень скоро о происходящем пронюхали журналисты.
Они охотно цитировали заявления отдельных членов дирекции,вроде этого:
«Я никогда ещё не видел столь разгневанной группы людей ни в одной из компаний, с которыми вёл бизнес. Совет директоров и администрация “Apple” вне себя, как и я сам. Я думаю, что мы все считаем, что он попытался обмануть нас»258.
За два дня выходных 14 и 15 сентября дирекция и административная верхушка «Apple» убедили Джона Скалли в том, что необходимо объявить войну Джобсу. Сколько можно терпеть его выходки?
Уже с понедельника в прессе начали появляться официальные заявления.
Майк Марккула, обычно сдержанный, выступил достаточно угрожающе, по крайней мере он не скрывал, что компания «Apple» «продумывает возможные меры»259. Стивен Возняк откровенно заметил, что ничуть не удивлён действиями Джобса, он ведь может и обидеть, и гадость сделать.
А сам Джобс всё ещё медлил.
То ли он надеялся на какой-то мирный исход, то ли сознательно предпочитал выглядеть жертвой. Послав в «Apple» официальное письмо-заявление об уходе, он всё же пригласил нескольких дружественных ему репортёров на частную беседу. Заодно вызвал на подмогу Андреа Каннингем — из агентства Реджиса Маккенны.
Андреа, опытный эксперт по внешним связям агентства, позже так рассказывала об этой встрече Уолтеру Айзексону:
«Я приехала в так и не обставленный дом в Вудсайде. Стив и пятеро его коллег столпились на кухне, а несколько репортёров сидели снаружи на лужайке. Джобс заявил, что собирается дать развёрнутую пресс-конференцию, и перечислил все те уничижительные вещи, которые собирался высказать. Я пришла от этих его слов в ужас: “Ты же сам себя выставишь в неприглядном свете!” В конце концов, Стив уступил: решил раздать журналистам копии своего заявления об уходе и ограничиться несколькими нейтральными публичными комментариями».
Джобс был весьма обозлён поведением руководства «Apple».
Настолько, что собирался демонстративно отправить своё письмо по почте.
Отговорила его от этого Сьюзен Барнс. Он поехал вместе с ней домой к Марккуле, где и вручил письмо.
Скалли он визитом не удостоил.
«Совет директоров решил, что я не гожусь на должность руководителя, это их право. Но они допустили ошибку. Решения по моему поводу и по поводу Скалли им следовало бы принимать раздельно. По их мнению, я был не готов управлять “Apple”, но, думаю, надо было уволить и Скалли тоже»260.
Письмо Джобса было написано на Mac и распечатано на лазерном принтере. Текст письма в книге Айзексона полностью не приводится, поэтому даём его здесь по другому источнику: