— Так вот, — продолжал Сосновский, перелистывая страницы. — Очень бы хотелось узнать — что это за страна такая, Российская Федерация? И что это за городок — Чернодольск? В котором вы, если верить этой бумажке, изволите быть прописанным?
— Я здесь проездом, — выдавил из себя Егор, не придумав ничего лучшего.
— Егор Андреевич, — терпеливо сказал Сосновский. — Вы же понимаете, что мы можем вколоть вам ту же самую сыворотку, что получила милая дама. И вы станете послушной овечкой, отвечая на все вопросы. Правда, мой коллега любезно предупредил, что сыворотку нельзя применять сразу после парализующего укола. Надо, говорит, сделать паузу. Иначе сердце может не выдержать, и вы умрете, не успев нам ничего рассказать. Но ведь мы можем и подождать! А пока мои сотрудники опробуют на вас другие методы ведения допроса. Они будут очень рады такой возможности. Им, видите ли, не нравится, как вы обошлись с их товарищами по службе.
Егор скосил глаза на два неподвижных тела, лежащие чуть поодаль. «А мой-то парализатор подольше действует», — подумал он с некоторой гордостью, а вслух произнес:
— Эти товарищи похитили девушку. А я пришел ее выручать.
— Весьма благородно, — кивнул нефтяник. — Впрочем, термин «похитили» оставляю на вашей совести. Мы просто пригласили ее для беседы. Но интересно другое. Уважаемая Кристина должна была везти с собой одну вещь. Но этой вещи при ней почему-то не оказалось. Более того! В ходе беседы выяснилось, что она совершенно искренне не имеет понятия, о чем вообще идет речь. А искренность наш препарат гарантирует, можете мне поверить!
Сосновский сделал театральную паузу и продолжил:
— Но к нашему полнейшему изумлению, вслед за прекрасной дамой мы повстречали странствующего рыцаря. Он прибыл из неизвестного королевства и сам, без малейшего принуждения, принес нам то, что мы уже отчаялись получить!
Сосновский, обернувшись, достал контейнер, который лежал у Егора в сумке. «Да что они, — обиженно подумал Егор, — сговорились сегодня, что ли?..»
— Занимательная история, правда? — светским тоном осведомился нефтяник и вдруг без всякого перехода заорал на весь дом: — Откуда это у тебя, падла?! Ты, ё… твою мать, кто такой вообще?!
Он вскочил и саданул Егора ногой по ребрам. И в эту секунду в доме полностью погас свет.
— Что за?.. — пробормотал кто-то из подручных Сосновского, но не закончил фразу. По комнате метнулся тонкий ослепительный луч. Он шел наискосок, откуда-то сверху, легко рассекая стены и потолок, и Егор вдруг сообразил, что этот луч отрезает от здания верхний угол. Отрезанный кусок соскользнул во двор, и в проем ударил прожектор.
В отверстие проникли три человеческие фигуры. Егору показалось, что они не просто спрыгнули откуда-то сверху, а спланировали по воздуху. На людях были скафандры или, скорее, гибкие боевые костюмы, не стесняющие движения. Десантники открыли стрельбу, и Сосновский, словив парализующий импульс, свалился на пол. То же самое случилось с его подручными.
Двое нападавших сразу рванулись дальше, чтобы зачистить дом, и третий присел перед диваном на корточки. Он снял шлем, и Егор увидел обычное человеческое лицо. Мужчине было лет сорок. Он хмуро посмотрел на Кристину, но ничего не сказал. Потом снял с пояса какой-то предмет, похожий на светодиодный фонарик, и приложил его Егору в область ключицы. Подержал несколько секунд и сказал:
— Сейчас станет легче. Попробуйте подвигать рукой.
Егор попробовал — удалось почти без усилий. Он попытался встать.
— Сядьте пока на диван, — предложил десантник. — Через минуту подвижность полностью восстановится.
Егор послушался. Теперь он разглядел, что над крышей дома висел необычный летательный аппарат. Формой он был похож, пожалуй, на яблочное зернышко и перемещался почти бесшумно. Не было ни воя турбин, ни стрекотания винтов. Да и самих винтов тоже не было.
— А девушка? — спросил Егор. — Они ей ввели какую-то дрянь, она ничего не соображает.
— Не волнуйтесь, сейчас я приведу ее в чувство. Но сначала давайте соберем ваши вещи. Вот это, например. — Он поднял с пола пресловутый контейнер.
«Начинается, — подумал Егор. — Если спросит, откуда у меня это, я обижусь и больше с ними играть не буду…»
Но десантник смотрел на его запястье, где поблескивала перчатка.
— Весьма любопытно, — заметил он. — Значит, действительно прижилась? Да, интересный вы человек. Такое редко бывает.
«Он знает, что это, — соображал Егор. — И как она работает, тоже знает. Неужели хозяева? Гости из того мира, который так восхитил Самвела? Как там говорил продавец? «Техника, дошедшая до уровня магии». А потом Егор вдруг сообразил, что перчатка очень напоминает по цвету контейнер. Значит, и то и другое — их технология? «Тогда мне точно трындец, — подумал Егор, — вряд ли они пылают любовью к контрабандистам…»
Но десантник, к его удивлению, запихнул контейнер обратно в сумку, потом протянул Егору отобранный нефтяником паспорт.
— Возьмите, Егор Андреевич, — сказал он. — Вам уже пора на вокзал. У меня только одна просьба. Точнее, две. Во-первых, не выходите больше из поезда до конечной. Хватит с вас приключений. И, во-вторых, не рассказывайте вашей спутнице о том, что вы везете с собой. Не надо ее нервировать. Ну что, согласны?
— Я на все согласен, — буркнул Егор. — Лишь бы отсюда вырваться. Кстати, как вы нас отыскали?
— По вашей перчатке. Определив, что жизнь носителя под угрозой, она подала сигнал. А мы его, соответственно, засекли. Поначалу удивились, конечно, поскольку носитель был не опознан. Но время терять не стали.
— Спасибо, — сказал Егор. — Да уж, успели вовремя.
— Не за что, — улыбнулся десантник. — А теперь займемся вашей прекрасной спутницей.
Он приложил «фонарик» Кристине к шее, и та через полминуты растерянно заморгала, потом поморщилась от света прожектора. Увидев мужчину в комбинезоне, она издала удивленный возглас.
— Тихо, тихо, — ласково сказал тот. — Все уже хорошо.
— Где мы?
— Все еще в Нафтогорске. Тебя пытались похитить местные… гм… заправилы. Но твой друг их выследил, а мы ему помогли.
Кристина ошарашенно глянула на Егора. Он сделал морду из серии «да, я такой, еще и не то умею».
— Но как они вошли в поезд?! Я сидела на месте, тут заходят какие-то трое местных. Остановились возле меня, я только голову повернула — и все, ничего не помню.
— Иголку в тебя воткнули, — сказал Егор.
— Какую еще иголку?! Прямо в вагоне? А как же хваленая безопасность?
— Один из них был охотник. У них лицензия, имеют право парализатор использовать.
— Охотник?
— Ну, контролер билетов. «Зайцев» отстреливает…
— Что значит — отстреливает?.. — Кристина вытаращила глаза.
— Детали успеете обсудить, — перебил их десантник. В последние секунды он к чему-то прислушивался. Видимо, принимал доклады по радио. — Сейчас уходим, сюда летят вертолеты. А этого охотника мы заберем с собой и побеседуем по душам. Узнаем, за сколько его купили.
Он подошел к проему в стене и произнес:
— Птица-один, ко мне. Принимай на борт. Птица-два, подберите группу зачистки.
Летательный аппарат, висевший над крышей, плавно приблизился и развернулся к ним правым бортом. Открылся довольно широкий люк. Командир помог Кристине забраться внутрь, следом шагнул Егор. Судя по всему, машина была не военной, а, скорее, универсальной. Во всяком случае, кресла были просторными и удобными, а стены — прозрачными изнутри, что обеспечивало великолепный обзор.
— Пристегнитесь, — сказал пилот, перед которым прямо в воздухе мерцали голографические планшеты и струились колонки данных. Машина набрала высоту. В этот момент со стороны телебашни выскочил вертолет и, не тратя времени на раздумья, выпустил две ракеты. Кристина взвизгнула, но ракеты, не добравшись до цели, вспыхнули ослепительным светом — как мотыльки, летящие на огонь.
— Что же они делают, гады, — пробормотал пилот. — Прямо над жилыми домами…
— Уведи его за город и там сбивай, — сказал командир.
Машина резко сменила курс, внизу промелькнула городская окраина. Ярко освещенная автомобильная трасса пересекала темное поле. Егор оглянулся. Вертолетов стало уже три штуки, и снова полетели ракеты. Этот залп тоже не причинил вреда беглецам, но пилот озабоченно процедил:
— Защитное поле всю энергию жрет.
— Давай электромагнитным.
Пилот развернул машину. Было хорошо видно, как вертолеты разлетаются в стороны, пытаясь взять противника в клещи, но вдруг сбиваются с курса и начинают терять высоту. Один сразу пропал из виду, второй плюхнулся на вершину холма и, кажется, сломал хвост. Третий пытался разминуться с опорой ЛЭП, но все-таки зацепил винтом провода. Там что-то ослепительно заискрило, и на месте падения взметнулось пламя.
— Этих отморозков от Сосновского мне не жалко, но маскировке кирдык, — заметил пилот. — Они весь город поставят на уши.
— Неважно, — сказал командир. — Через двое суток эвакуация. Нам здесь больше нечего делать… Так, ладно, давай к вокзалу.
Внизу снова замелькали огни. Обогнув телебашню и небоскребы, машина понеслась к железнодорожному терминалу.
— Куда садиться?
— Давай рядом с куполом, там, где рельсы выходят. Только провода не задень. — Командир обернулся к Егору с Кристиной. — А вы готовьтесь на выход. Как только сядем, прыгаете наружу и по рельсам шуруйте на перрон. Все понятно?
Егор кивнул. Пилот спикировал, и машина зависла в метре над грунтом.
— В темпе! — рявкнул десантник.
Егор подбежал к люку, выпрыгнул и немедленно развернулся, чтобы принять Кристину. Он едва успел поставить ее на землю, как машина беззвучно рванулась вверх.
— Идем скорее, — сказал Егор.
Из-под купола вырвалась какая-то электричка и со свистом пронеслась мимо. Они перебрались на колею и, спотыкаясь, зашагали по шпалам. «Так, — вспомнил Егор, — у нас четвертый перрон. Где наш поезд? Ну-ка сосредоточились… Вижу».
Когда до перрона осталась пара шагов, на них уставились два путейца в оранжевых безрукавках. Егор притормозил и показал рукой куда-то им за спины. Путейцы машинально обернулись в том