Стоик (The Stoic) — страница 125 из 165

Каупервуд вышел от врача, озабоченный не столько собственной болезнью, сколько судьбами тех, с кем он был связан в ту или иную пору своей жизни. Как-то отразится его смерть на Эйлин, Беренис, Сиппенсе, на Фрэнке Каупервуде-младшем, его сыне, на его первой жене Лилиан, ныне миссис Уилер, и их дочери Лилиан, которую он не видел много лет, - правда, он хорошо обеспечил ее, ей хватит надолго.And there were others to whom he felt obligated.Были и еще люди, о которых он чувствовал себя обязанным позаботиться.
On his way to Pryor's Cove later on in the day, he kept turning over in his mind the necessity of putting all his affairs in order.Позже, по дороге в Прайорс-Ков, он все время думал о том, что нужно привести в порядок свои дела.
The first thing to do now was to make his will, even though these specialists might be wrong.Прежде всего - составить завещание, даже если эти доктора и ошибаются.
He must provide financially for all those who were closest to him.Он должен обеспечить всех, кто был близок ему.
And then there was his treasured art gallery, which he intended to leave to the public.Нужно решить вопрос о своем сокровище -картинной галерее; она должна быть так или иначе доступна для публики.
There was also the hospital which he had always desired so keenly to establish in New York.У него было и еще одно заветное желание -построить больницу в Нью-Йорке.
He must do something about that.Надо что-то сделать в этом направлении.
After paying the various heirs and such beneficiaries as he proposed to favor, there should still be ample means for a hospital that offered the best services to all who chanced to be without funds and had no place else to turn.После того как он выделит все, что полагается, всевозможным наследникам и тем, кого он намерен облагодетельствовать, останется еще изрядная сумма, ее с избытком хватит на больницу: люди, оказавшиеся без средств и без пристанища, смогут получить там отличную медицинскую помощь и уход.
Besides, there was the matter of the tomb which he wished to erect for himself and Aileen.Кроме того, предстояло еще подумать и о склепе, который он хотел воздвигнуть для себя и для Эйлин.
He must consult an architect and have him carry out a design that would be beautiful and appropriate.Нужно посоветоваться с архитектором и заказать ему эскиз. Пусть это будет красивый и достойный мавзолей.
It might compensate in some way for his seeming neglect of her.Этим он хоть как-то загладит свое невнимание к жене.
But what about Berenice?Но как быть с Беренис?
As he now saw it, he could not provide for her openly in his will.Нельзя открыто упомянуть ее в завещании.
He did not wish to expose her to the prying inquiries of the press and the inescapable envy of the public in general.Это значило бы натравить на нее свору навязчивых репортеров и сделать предметом всеобщей зависти.
But he would arrange the matter now in a different way.Нет, он уладит это иначе.
Though he had already established an independent trust fund for her, he would now cash an additional block of bonds and shares which he held in various corporations, and transfer the cash to her.Он уже открыл на ее имя счет в банке, а теперь еще превратит в наличные часть своих облигаций и акций и передаст деньги ей.
This would insure her against danger of lack of funds in the years to come.Это обеспечит ее на многие годы.
But by now his carriage had arrived at Pryor's Cove, and his troublesome train of thought was interrupted by the appearance of Berenice, smiling affectionately and anxious to hear what the doctor had said.Но тут экипаж Каупервуда подкатил к Прайорс-Кову, и его тревожные мысли были прерваны появлением Беренис, - она встретила его ласковой улыбкой и тотчас стала расспрашивать, что же сказал доктор.
But, as usual, in his independent, stoical way, he waved her inquiry aside as not too important.Однако по своей независимой, стоической натуре Каупервуд не мог сказать правду - он только отшутился по обыкновению.
"It isn't anything of consequence, dear," he said.- Ничего серьезного, дорогая, - сказал он.
"A little irritation of the bladder, possibly due to overeating.- Небольшое воспаление мочевого пузыря, -наверно, я просто съел лишнее.
He gave me a prescription and advised me to ease up on work."Доктор прописал мне лекарство и посоветовал поменьше работать.
"There I knew it!- Ну вот! Так я и знала!
That's what I've been saying all along!Я ведь все время это говорила!
You should rest more, Frank, and not be doing so much actual physical labor."Ты должен больше отдыхать, Фрэнк, а не работать с утра до ночи.
But here Cowperwood successfully changed the subject.Но тут Каупервуду удалось переменить тему разговора.
"Speaking of hard work," he said, "is anyone around here doing anything about those squabs and that special bottle of wine you were telling me about this morning . . .?"- Кстати о тяжких трудах, - сказал он. - Ты, кажется, утром что-то говорила насчет голубей и бутылки какого-то особенного винца?
"Oh, you incorrigible!- Вот, неисправимый!
Here comes Phenie now to set the table.Сейчас Фини накроет на стол.
We're having dinner on the terrace."Мы будем обедать на террасе.
He seized her hand, saying: "You see, God protects the honest and the industrious ..."- Знаешь, бог бережет честных и трудолюбивых, -сказал он, поймав ее руку.
And cheerfully, hand in hand, they walked into the house together.И весело, держась за руки, они вошли в дом.
Chapter 6060
Although Cowperwood appeared to have enjoyed his dinner with Berenice very much, his mind had been, treadmill fashion, going round and round in a circle which included in one section his various commercial and financial interests and in another the various individuals, men and women, who had labored with him toward the completion of the great traction systems in which he had been so absorbed.Хотя Каупервуд, казалось, от души наслаждался обедом в обществе Беренис, мысли его, точно по кругу, снова и снова возвращались к одному и тому же: он думал то о своих разнообразных коммерческих и финансовых делах, то о различных людях - мужчинах и женщинах, которые так или иначе помогали ему в осуществлении его планов - строительстве огромной дорожной сети.
The men, in the main so helpful, the women so entertaining; all of whom, collectively, had made him some thirty colorful years.Эти люди действительно были ему поддержкой -мужчины помогали в делах, женщины скрашивали досуг! Ведь благодаря им он так ярко и полно прожил последние тридцать лет своей жизни.
And now, although he did not really believe the doctor's diagnosis to be as fateful as it had sounded, nevertheless, because of their prediction as to the finality of his days, plus this lovely hour with Berenice, here by the Thames, and this pleasant lawn that spread before them, he could not help but feel the fleeting beauty of life and its haunting poignancy.Каупервуд не очень верил диагнозу врачей, -может быть, его болезнь вовсе и не приведет к трагической развязке, - а все же их предсказания о близости конца не могли не подействовать на него; и в этот дивный вечерний час, сидя с Беренис и глядя на Темзу и на зеленые луга, простирающиеся перед ним, он невольно с особенной остротой ощущал всю красоту и мимолетность жизни.
For his life had been so full, so dramatic, and so memorable.А какой насыщенной была его жизнь, сколько в ней было драматизма, сколько сохранилось волнующих воспоминаний.
Only now to be made to contemplate the possibility of the sudden cessation of all that he could look upon as himself, had a tendency to emphasize the value of all he had been and enjoyed.И только теперь, когда он в любую минуту мог лишиться того, что наполняло его дни и что казалось ему неотделимым от него самого, он почувствовал настоящую цену жизни и ее радостям.
Berenice-so young, so wise, and so entertaining-who, under favorable conditions, could be with him for so many years to come. And that was what she was so cheerfully and helpfully thinking about, as he could feel.Беренис - такая умница, молодая, веселая. Будь все благополучно, сколько еще лет они могли бы провести вместе... И, конечно, именно об этом она думает сейчас, она полна надежд и желания быть ему полезной.
For once he could not contemplate the fatal processes of life with his usual equanimity.И впервые мысль о быстротечности бытия поколебала его обычную невозмутимость.
Actually he could only consider the poetic value of this hour, and its fleetingness, which involved sorrow and nothing but sorrow.С какой-то необычайной остротой он ощущал поэзию этих минут, их мимолетность, которая несет в себе горечь, только горечь...
However his outward manner indicated nothing of his mental depression, for he had already concluded that he must pretend, act.