Стоик (The Stoic) — страница 22 из 165

- Ты вспомни, мама, - продолжала она, - ведь я все-таки пыталась пробиться собственными силами и очень быстро поняла, что я просто не гожусь для этого, что мне не преодолеть тех препятствий, с которыми я неизбежно должна столкнуться.I had been guarded and petted too much.Меня чересчур холили, берегли.And I'm not blaming you, or Frank, either.И я в этом не виню ни тебя, ни Фрэнка.But there's no future for me in a social way, not in this country.Но какая у меня может быть будущность, особенно здесь, в нашей стране?The best I can do, I'm sure, is to join my life with Frank's, for he's the one person who can really help me."Поэтому я и решилась, и, по-моему, это лучшее, что я могла сделать, - соединить свою жизнь с жизнью Фрэнка, потому что это единственный человек, который может мне помочь по-настоящему.Mrs. Carter nodded in agreement and smiled wistfully.Миссис Картер, соглашаясь, кивала головой и смотрела на Беренис с грустной улыбкой.
She knew that she must do whatever Berenice wished.Она знала, что ей ничего другого не остается, как подчиняться всему, что ни вздумает Беренис.
She had no life of her own, no way of living outside of dependence on Cowperwood and her daughter.У нее нет собственной жизни, нет и не может быть никаких средств к существованию - она целиком зависит от своей дочери и Каупервуда.
Chapter 1212
And it was following this general understanding that Cowperwood, Berenice, and her mother left for New York, the women going first and Cowperwood following later.Спустя некоторое время после того как все было переговорено и достигнуто полное взаимопонимание и согласие, Каупервуд и Беренис с матерью отправились в Нью-Йорк. Дамы поехали вперед, а следом за ними дня через два выехал и Каупервуд.
His purpose was to investigate the American investment situation and also to find some international brokerage house through which he might have the original proposition in regard to the Charing Cross line redirected to him for his consideration; that is, without his appearing to be interested.В Нью-Йорке он намеревался пощупать почву и выяснить, кто среди американских предпринимателей мог бы заинтересоваться крупным капиталовложением, а кроме того, предполагал связаться с какой-нибудь международной маклерской фирмой, которая позаботилась бы о том, чтобы эти лондонские дельцы с их предложением насчет линии Чэринг-Кросс снова обратились к нему; для него важно было, чтобы никто не был осведомлен, что он интересуется этим.
Of course, there were his own New York and London brokers, Jarkins, Kloorfain & Randolph, but in such a portentous business as this he did not wholly trust them.Конечно, у него были и свои нью-йоркские и лондонские маклеры и комиссионеры: Джеркинс, Клурфейн и Рэндолф, но в таком важном и многообещающем деле он не мог на них вполне положиться.
Jarkins, the principal figure in the American branch of the concern, though cunning and in some ways useful, was still too self-interested and also at times talked too much.Джеркинс, главная фигура в американском отделении фирмы, хоть и очень ловкий и весьма полезный субъект, слишком уж заботился о собственных интересах, а кроме того, не всегда умел держать язык за зубами.
Yet to go to a strange brokerage firm would be no better.Однако обращаться в незнакомую маклерскую контору тоже было небезопасно.
It might even be worse.Могло, пожалуй, выйти еще хуже.
He finally decided to have someone whom he could trust suggest to Jarkins that it might be wise for Greaves and Henshaw to approach him again.В конце концов он решил, что самое разумное -подослать какого-нибудь верного человека к Джеркинсу и намекнуть ему, что недурно было бы, если бы Гривс и Хэншоу попытались еще раз обратиться к Каупервуду.
In this connection, he recalled that one of the letters of introduction presented to him by Greaves and Henshaw on their first call was from a certain Raphael Cole, a retired New York banker of considerable wealth, who some years before had tried to interest him in New York transit. Though Cowperwood had been too engrossed at the time with his Chicago affairs to consider Cole's proposition, the conversation had resulted in a friendship, and later Cole had invested in some of Cowperwood's Chicago properties.И тут он вспомнил, что среди рекомендательных писем, которые Гривс и Хэншоу вручили ему при первом свидании, было письмо от некоего Рафаэля Коула, когда-то довольно крупного нью-йоркского банкира, который теперь отошел от дел. Несколько лет тому назад Коул пытался заинтересовать его нью-йоркским транспортом, но Каупервуд в то время был так поглощен своими делами, что не имел возможности подумать об этом предложении. Тем не менее у него сохранились дружеские отношения с Коулом, и тот впоследствии вошел пайщиком в кое-какие из его чикагских предприятий.
His present idea in regard to Cole was not only to prime him for a possible investment in this London venture but to get him to suggest, through Jarkins, that Greaves and Henshaw approach him again.Хорошо бы привлечь Коула с его капиталом к этому лондонскому предприятию, да, пожалуй, через него можно будет подтолкнуть и Джеркинса и заставить тем самым Гривса и Хэншоу повторить свое предложение.
He decided to invite Cole to dinner at his Fifth Avenue home, with Aileen as hostess.Он решил пригласить Коула пообедать к себе на Пятую авеню, кстати и Эйлин представится случай выступить в роли хозяйки.
Thus he would begin the placation of Aileen and at the same time give Cole the impression that he was a contented husband, for Cole led a more or less conventional life.Таким образом, он и Эйлин доставит удовольствие и на Коула произведет впечатление примерного супруга. - Коул человек респектабельный, строгих правил.
And this London plan would certainly require some such conventional background in order to forestall public criticism.Ведь для того чтобы преуспеть в этой лондонской затее, нужно непременно заранее создать такой респектабельный фон, чтобы предупредить всяческие нападки.
In fact, Berenice had said to him, just before leaving for New York:Вот и Беренис тоже перед самым отъездом в Нью-Йорк сказала ему:
"Now, remember, Frank, the more attention you show Aileen publicly, the better it will be for all of us.""Не забудь, Фрэнк, чем больше ты будешь проявлять внимания и предупредительности к Эйлин на людях, тем лучше будет для всех нас!.."
And with that she had given him a still, blue look, which in force and suggestiveness seemed to embody all the subtlety of the ages.И она так посмотрела на него своими невозмутимыми синими глазами, что ему показалось, словно в этом взоре скрывается вся извечная женская мудрость.
And in consequence, en route to New York, thinking over the wisdom of Berenice's words, he wired Aileen of his coming.Поэтому по дороге в Нью-Йорк Каупервуд, помня наставления Беренис, послал Эйлин телеграмму, извещая ее о приезде.
And, incidentally, too, he now planned to get in touch with a certain Edward Bingham, a bond salesman of the social type who came to see him quite frequently, and who would probably be able to supply information in regard to this man Tollifer.И тут же в связи с Эйлин он вспомнило некоем Эдварде Бингхэме, агенте по распространению акций, который когда-то часто к нему наведывался, - у него обширный круг знакомых, и, наверно, через него можно будет раздобыть кой-какие сведения об этом субъекте Толлифере.
And it was with this full program that he telephoned Berenice at the Park Avenue home which he had recently given her.Таким образом, составив себе дорогой полную программу действий и приехав в Нью-Йорк, Каупервуд прежде всего позвонил Беренис, на Парк авеню, в тот самый особняк, который он когда-то подарил для нее ее матери.
After arranging for a meeting with her later in the day, he telephoned Cole. He also learned, after calling his office in the Netherlands Hotel, that among other messages there happened to be one from Bingham asking when it would be agreeable for Cowperwood to see him.Условившись, что он приедет попозже, он позвонил Коулу, а затем к себе в контору, в отель "Нэзерлэндс", где, справившись о разных делах, узнал между прочим, что Бингхэм уже интересовался, когда ему можно будет повидать Каупервуда.
Finally, he proceeded to his home, a man very different in mood from the one Aileen had seen some months before.Вслед за этим он отправился к себе домой в весьма приподнятом настроении. Теперь это был совсем не тот человек, которого видела Эйлин несколько месяцев тому назад.
In fact, seeing him enter her bedroom this morning, she sensed at once that something agreeable was afoot, since his look and his stride so indicated.Когда он вошел к ней в спальню, она сразу по его походке, по его глазам почувствовала, что он чем-то очень доволен и готовит ей приятный сюрприз.
"Well, how are you, my dear," he began at once, in the genial manner he had not seen fit to display before her for a long time.- Ну, как ты тут поживаешь, моя дорогая? -приветствовал он ее таким дружелюбным тоном, какого она уж давно от него не слышала.