— Однако у нас есть некоторое время, — Железный Дровосек старался говорить бодро, — потому что мы в состоянии сдерживать Джинджер у стен дворца, пока ей не удастся взломать двери.
— Тем временем меня настигнет голодная смерть. Да и Жука-кувыркуна тоже, — заявил Тип.
— Что до меня, — заметил Жук-кувыркун, — то я думаю, что смогу протянуть некоторое время на Тыквоголовом Джеке. Не то чтобы я предпочитал в пищу тыквы. Но я убеждён, что они всё-таки съедобны. А голова у Джека большая и полная.
— Как бессердечно! — воскликнул Железный Дровосек. — Разве мы людоеды? Или мы всё-таки верные друзья?
— Итак, я вижу, что мы не можем долго оставаться во дворце, — решительно сказал Страшила. — Поэтому давайте не будем упрекать друг друга и постараемся найти выход, чтобы спастись.
Все сгрудились вокруг трона, где сидел Страшила. А Тип присел на стоявший рядом стул. Тут из его кармана выпала перечница и покатилась по полу.
— Что это? — спросил Лесоруб, подбирая коробочку.
— Осторожней! — вскричал мальчик. — Это Порошок Жизни. Не просыпьте, его осталось очень мало.
— А что это за Порошок Жизни? — поинтересовался Страшила, пока Тип укладывал коробочку обратно в карман.
— Это какое-то магическое средство. Старая Момби достала его у Хромого Колдуна, — объяснил мальчик. — С его помощью ведьма оживила Джека. Затем я употребил порошок, чтобы оживить Козлы. Полагаю, что им можно оживить ещё кого-нибудь, если посыпать сверху. Правда, осталась только одна порция.
— Очень хорошо, — сказал Железный Дровосек.
— В самом деле, — согласился Страшила. — Порошок поможет нам найти лучший способ избавиться от невзгод. Подождите, я должен подумать несколько минут. Буду признателен вам, дружище Тип, если вы достанете ножик и разрежете верёвку, которой эта тяжёлая корона привязана к моей голове.
Тип быстро разрезал верёвку. Бывший король Изумрудного города с удовольствием снял корону и повесил её на колышек позади трона.
— Это последнее напоминание о моём царствовании, — сказал он. — Я рад, что избавился от него. Старый король этого города, которого звали Пастория, уступил корону Удивительному Волшебнику. А тот передал её мне. Сейчас корону требует Джинджер… И я искренне надеюсь, что эта тяжёлая вещь не причинит ей беспокойства.
— Очень мудрая мысль! Я восхищён ею, — удовлетворённо заметил Железный Дровосек.
— А сейчас я доставлю себе удовольствие спокойно подумать, — продолжал Страшила, устраиваясь на троне.
Друзья застыли в молчании и, насколько это было возможно, старались не тревожить его. Все испытывали глубокое уважение к необычным мозгам Страшилы.
Через некоторое время, показавшееся наблюдателям очень долгим, размышляющий Страшила привстал. Он загадочно посмотрел на друзей и произнёс:
— Мои мозги чудесно работают сегодня. Я заслуженно горжусь ими. А теперь слушайте! Если мы попытаемся исчезнуть через двери дворца, то, без сомнения, будем схвачены. Поскольку мы не можем бежать через пол, то у нас остаётся лишь один путь. Мы должны выбраться отсюда по воздуху!
Он сделал паузу, чтобы насладиться впечатлением от своих слов. Но слушатели выглядели озадаченными. Казалось, Страшила не убедил их.
— Удивительный Волшебник исчез на воздушном шаре, — продолжал он. — Мы, конечно, не знаем, как сделать воздушный шар. Но мы в силах построить что-нибудь, что сможет летать по воздуху и нести нас на себе. Мой друг Железный Дровосек — опытный механик. Я предлагаю, чтобы он построил какую-нибудь машину с большими сильными крыльями, которая сможет выдержать нас. А затем наш друг Тип оживит эту вещь.
— Браво! — вскричал Ник Лесоруб.
— Какие прекрасные мозги! — прошептал в восхищении Джек.
— Поистине, это мудро, — обрадовался Жук-кувыркун.
— Я верю, что это возможно, — заявил Тип. — Только бы Железный Дровосек создал такую конструкцию.
— Я сделаю всё, что в моих силах, — энергично заверил Ник. — В жизни мне редко удаётся сделать то, что я задумал. Но такую вещь можно построить только на крыше. Лишь оттуда она сможет без помех подняться в воздух.
— Вне всякого сомнения, — сказал Страшила.
— Тогда давайте обследуем дворец, — продолжал Дровосек, — и соберём все подходящие материалы, какие только сможем найти, на крыше. Там я и начну свою работу.
— Для начала, однако, — произнес Тыквоголовик, — попрошу освободить меня от этой лошади и сделать мне вторую ногу, чтобы я мог ходить. Потому что в своём нынешнем виде я не принесу пользы ни себе, ни другим.
Железный Дровосек разрубил топором на куски массивный стол из красного дерева. Одну из искусно вырезанных ножек стола он приделал к туловищу Тыквоголового Джека. Тот был страшно горд таким приобретением.
— Несколько странно, — комментировал он работу Железного Дровосека, — что левая нога может стать самой существенной и элегантной частью моего организма.
— Это лишь подчеркнёт вашу необычность, — заметил Страшила. — Я убеждён, что обычные люди, как обычные деревья и листочки, и живут обычно и незаметно.
— Сказано настоящим философом! — вскричал Жук-кувыркун, помогая Железному Дровосеку ставить Джека на ноги.
— Как ты себя чувствуешь сейчас? — спросил Тип, наблюдая, как Тыквоголовик осваивает свою новую ногу.
— Столь же крепким, как и обновлённым, — удовлетворённо ответил Джек. — Теперь я готов участвовать в нашем спасении.
— Тогда пора за работу, — деловым тоном заявил Страшила.
Каждый горел желанием сделать хоть что-нибудь, что могло бы избавить их от плена. Друзья разошлись по дворцу в поисках подходящего материала, который пригодился бы для постройки летательного аппарата.
17. Удивительный полёт Гампа
Когда наши герои выбрались на крышу, они притащили с собой странный набор предметов. Никто не имел ясного представления, что требовалось принести. Но каждый что-то приволок.
Жук-кувыркун взял с полки над камином в большом коридоре какую-то странную голову и с великими предосторожностями затащил её на крышу. Украшенная широкими раскидистыми оленьими рогами, голова, однако, походила скорее на лосиную. Только нос у неё был дерзко вздёрнут, борода была как у козла. В целом же вся эта штука напоминала голову мифического существа Гампа.
Жук-кувыркун никак не мог объяснить, почему он выбрал именно эту голову. Разве что тем, что она возбудила его любопытство.
Тип с помощью Козел выбрал среди спальной мебели роскошный диван и тоже доставил его на крышу. Диван был старомодный, с высокими спинками и подлокотниками, и очень тяжёлый. Козлы постарались большую часть веса взять на себя. Но всё равно мальчик весь запыхался, пока они тащили диван на крышу.
Тыквоголовик принёс метлу. Она оказалась первой вещью, попавшейся ему на глаза.
Страшила прибыл с бельевой и канатной верёвками, снятыми во дворе. По дороге наверх Страшила совершенно запутался в верёвках, которые буквально оплели его. Едва он ступил на крышу, как сразу же рухнул вместе со своей ношей.
Страшила рисковал скатиться с крыши и упасть вниз, но Тип успел подхватить его.
Последним пришёл Железный Дровосек. Он срубил во дворе четыре огромных раскидистых листа с огромной пальмы — она была гордостью жителей Изумрудного города.
— Боже мой, дорогой Ник! — воскликнул Страшила, как только заметил, что сделал его друг. — Вы повинны в тягчайшем преступлении, которое когда-либо совершалось в Изумрудном городе. Если мне не изменяет память, того, кто срубит листья с королевской пальмы, должны семь раз казнить и после этого отправить в пожизненное заключение.
— Это неосуществимо сейчас, — ответил Железный Дровосек. — Но угроза подобного наказания может стать ещё одной причиной, почему нам, особенно мне, необходимо исчезнуть отсюда. А теперь давайте-ка посмотрим, что вам удалось найти для моей работы.
Друзья с сомнением осмотрели множество разнообразных вещей, скопившихся на крыше. Наконец Страшила покачал головой и произнес:
— Хорошо, если нашему другу Нику из кучи этого хлама удастся всё же соорудить вещь, которая полетит по воздуху и вызволит нас из беды. Если это случится, я скажу ему, что он ещё более славный механик, чем я подозревал.
Поначалу казалось, что Железный Дровосек не уверен в своих силах. Лишь энергично потерев свой лоб кусочком замши, он приступил к делу.
— Первое, что требуется для любой машины, — сказал он, — это корпус. Он должен быть достаточно большим, чтобы вместить всю нашу компанию. Самая большая вещь, какая у нас есть, — это диван. Его мы и приспособим под корпус. Однако если машина чуть-чуть накренится в полёте, мы соскользнём с дивана и упадём на землю.
— А почему бы не использовать два дивана? — спросил Тип. — Точно такой же диван стоит внизу.
— Очень дельное предложение! — воскликнул Железный Дровосек. — Давайте его сюда.
Типу и лошади с большим трудом удалось доставить на крышу ещё один диван. Когда оба дивана сдвинули вместе, их спинки и подлокотники образовали настоящий защитный вал. Он окружал сиденье со всех сторон.
— Превосходно! — вскричал Страшила. — В этом уютном гнезде можно чувствовать себя совершенно спокойно.
Диваны были крепко привязаны друг к другу верёвками и канатами. Затем Ник Лесоруб привязал к одному из концов ложа оленью голову.
— Она будет указывать, где у этой вещи перёд, — сказал он, очень довольный своей мыслью. — Если подойти серьёзно, «Оленя» можно считать носовым украшением или даже головой вещи. А большущие пальмовые листья, ради которых я семь раз подвергал свою жизнь смертельной опасности, послужат нам крыльями.
— Они достаточно прочны? — спросил мальчик.
— Это самое прочное из того, что мы смогли достать, — ответил Железный Дровосек. — Хотя они не очень подходят к корпусу вещи, не будем слишком привередливы.
Он привязал с каждой стороны корпуса по два пальмовых листа.
Восхищённый Жук-кувыркун произнёс:
— Вещь практически готова! Осталось лишь оживить её!