го дойдут… если, конечно, Верио в столице, а не где-нибудь за тридевять земель!
— Ну, Юлька, ты голова! — восхитился Марстен. — А если его все же нет в столице?
— Тогда еще что-нибудь придумаем, — решила я. — Чего загадывать заранее?
— И правда, — согласился Марстен. — А по пути, значит, можно делать, как я хотел?
— Конечно, — кивнула я. — Кого поймаем, тому тоже кольцо покажем. Может, так и быстрее слухи дойдут, куда надо…
— А что мы Валю скажем? — спохватился вдруг Марстен. — В смысле, куда это нас понесло?
— Да так и скажем — в столицу, — пожала я плечами. — Чего такого-то? Захотелось мне посмотреть, как оно там… А тебе скучно просто так сидеть, вот мы и поехали. Я думаю, раз он весь в делах, то даже обрадуется…
…И, как ни странно, я угадала. По-моему, Дарвальд был очень рад тому, что мы нашли себе занятие и не будем путаться у него под ногами хотя бы некоторое время.
— Только, Марстен, я тебя очень прошу, не ввязывайся ни в какие сомнительные авантюры, — попросил он перед самым нашим отъездом. — Будь ты один… еще ладно, но с тобой Юля, не забывай об этом.
— Ну что ты со мной, как с маленьким! — привычно оскорбился Марстен. — Ничего с Юлькой не случится!
— Я присмотрю, чтобы он вел себя прилично, — пообещала я. — Ты не волнуйся, Валь!
— Езжайте уже, — улыбнулся он, и Марстен обрадованно пришпорил коня.
Я, кое-как извернувшись, помахала на прощание Дарвальду. Мне было очень стыдно: кольцо мы все-таки выкрали. Вернее, я просто зашла в кабинет Дарвальда и взяла семейную реликвию. Впрочем, реликвия была погребена под такими напластованиями бумаг, книг и прочих важных вещей, что вряд ли Дарвальд скоро ее хватится… Теперь кольцо хранилось в моей «кладовке», потому что Марстену я столь ценную вещь доверить не могла.
— Ну что? — спросил Марстен, когда мы выехали на Корявый тракт. — Когда будем переодеваться?
— А до столицы далеко?
— Изрядно, — вздохнул Марстен. — Если по тракту — недели две, а то и больше. Но мы можем срезать.
— Тогда давай срежем, — решила я. — Времени у нас не так уж много. А когда будем в нескольких днях пути оттуда, тогда и начнем спектакль устраивать, ага?
Марстена мой план устроил, и мы отправились в дорогу… Впрочем, дорога — это громко сказано, мы же решили сократить путь, а потому пробирались какими-то лесами, полями, буераками. Словом, как обычно в наших путешествиях, и от этого почему-то было тепло на душе…
— Вон за тем холмом дорога будет, она на Корявый тракт выходит, — сказал Марстен в одно прекрасное утро. — Там уже людно, и постоялых дворов прилично. Может, пора уже начинать?
— Давай, — согласилась я. — Надо почиститься, переодеться и того… золотишка на себя побольше навешать!
— Юльк, я не могу золото создавать, ты же знаешь, — напомнил Марстен. — А подделку, иллюзию в смысле, любой разбойник мигом распознает, уж что-что, а без такого умения на большой дороге делать нечего!
Я покосилась на него, в очередной раз подумав, что Марстен явно не понаслышке знает о разбойном житье-бытье.
— Используем мой золотой запас, — решила я, извлекая из «кладовки» мешочек с драгоценностями, доставшимися мне от Альвира Терессо. — Правда, тут по большей части женские побрякушки… Ты ж серьгу с рубинами не наденешь, правда?
— Нет, мне лучше с изумрудами, — фыркнул Марстен. — В цвет глаз!
— Нету с изумрудами, — проворчала я. — Брильянтовую бери… Вот!
— Да я ж пошутил, — пошел на попятную Марстен. — Не буду я серьгу надевать… Вот дай мне эту цепь вместо браслета, и хватит!
Препирались мы долго, но, в конце концов, все-таки оба обвесились драгоценностями. В сочетании с варварски роскошной одеждой, созданной Марстеном, золото-бриллианты выглядели очень даже неплохо. Во всяком случае, видно нас было издали, а уж сверкали мы, как новогодние ёлки!
Не знаю, за кого нас приняли на постоялом дворе, где мы решили заночевать, может, за скоморохов, а может, за ненормальных иностранцев, во всяком случае, взгляды были очень красноречивые. А уж когда Марстен, расплачиваясь за ужин, развязал кошелек… Конечно, Дарвальд снабдил нас деньгами на дорогу, куда ж без этого, у Марстена своих почти не было, а у меня так и тем более! Обычно Марстен держал деньги в «кладовке», подальше от чужих глаз, но на этот раз роль наша требовала прямо противоположного. Так вот, когда Марстен, не скупясь и не торгуясь (тут ему потребовалась вся его выдержка), расплатился за ужин, взгляды окружающих стали не просто красноречивыми, а очень даже алчными.
Ночью, правда, на нас напасть никто не осмелился. Может, репутацию постоялого двора берегли, может еще что, но я, во всяком случае, ночь провела спокойно.
Выехали мы затемно, и вот, стоило постоялому двору скрыться из вида, а дороге — запетлять между пологими холмами, из придорожных кустов показались долгожданные разбойники. Выглядели они, кстати, вполне прилично, а сдать драгоценности в пользу нуждающихся попросили довольно вежливо. Конечно, Марстен ничего никому отдавать не собирался, а желал отвести душу, поэтому очень скоро почти все нападавшие, числом пятеро, оказались сложены аккуратной кучкой на обочине, а еще один, особенно удачливый, удирал со всех ног, треща кустами.
— Ну вот, — сказал Марстен, отряхивая руки. — Всего-навсего… Давай, Юль, приступай!
Я за схваткой наблюдала с высоты лошадиной спины, что твоя королева, и только теперь рискнула слезть.
Как я и предполагала, ничегошеньки эти «романтики с большой дороге» не знали о Верио Тарме, просто слыхом не слыхивали! Вернее, знали, что есть где-то такое поместье — Тарм, а про его владельца ничего знать не знали. И человека с названными приметами тоже не встречали никогда, что лишь укрепило меня в мысли — внешность Верио Тарм изменил. Нашу просьбу передать всем, кого они знают, что мы разыскиваем этого самого Верио Тарма, а также описать предъявленное нами кольцо, разбойнички Светлыми Небесами клялись выполнить всенепременно. Уж не знаю, подействовало на них мое обаяние или же внушительные кулаки Марстена…
— Шушера это мелкая, — сказал Марстен, когда мы отправились дальше. — Ничего они не знают и знать не могут, только и умеют купцов на дороге потрошить.
— А ты хотел у них все разузнать! — поддела я.
— Ну и хотел, — хмыкнул Марстен. — Кстати, а надо было их расспросить, где эти самые сводники-посредники в столице встречаются! Что ж мы так оплошали-то?
— Ничего, — философски сказала я. — У следующих спросишь…
Слова мои оказались пророческими: нас пытались ограбить еще раз пять. Потом, видимо, слухи о престранной парочке, обвешанной драгоценностями и нарывающейся на неприятности, распространились по округе, и больше к нам никто пристать не рискнул. Хорошо еще, к тому времени мы успели разжиться кое-какими сведениями, кое в чем противоречивыми, но выбирать не приходилось. По меньшей мере, названия некоторых из тех местечек, где можно застать нужных людей и раздобыть информацию, совпадали, а большего на данный момент нам и не требовалось.
И вот, наконец, впереди показались городские башни. Мы к тому времени снова переоделись и больше не напоминали передвижную ювелирную витрину, поэтому наш въезд в столицу никого особенно не заинтересовал. Ну, кроме разве что стражников, потребовавших обычную плату за проезд…
— Куда теперь? — спросила я, когда мы выбрались из пестрой толпы у ворот.
— Ну, давай сначала найдем приличное местечко, — решил Марстен. — Знаю я тут одно такое. Жить там будем. Обустроимся, пообедаем, а потом уж пойдем по тем забегаловкам, о которых нам порассказали. Идет?
— Идет, — ответила я. Марстен рассуждал вполне разумно, что ж тут спорить? — Ух ты, это что там такое? Дворец? Королевский, да?
Вдалеке виднелось что-то вроде шпиля или высоченной башни, сияющей на солнце так, что аж глаза слепило.
— Не, это дворец Совета магов, — ответил Марстен. — А король здесь не живет, он в столице…
— Погоди… — Я извернулась, чтобы посмотреть Марстену в лицо и убедиться, что он не шутит. — Какой еще столице? Ты ж сказал, что это — столица!
— Это старая столица, — терпеливо пояснил Марстен. — А король со всем двором в новой обитает. Это еще дальше отсюда, почти на побережье. И дернуло его предков новую столицу строить, да еще назвать точно так же, как старую! Теперь путаница одна выходит… Новая Варьяна, Старая Варьяна…
— Ничего не понимаю! — замотала я головой. — То есть у вас две столицы, что ли? А почему?! Если король решил, что столица в другом городе будет, так с какой стати…
— А с такой, что Старая Варьяна решила столицей остаться, — ответил Марстен. — И ничего ты с ней не сделаешь. Если только разрушить до основания, но разве ж на это кто пойдет?
Я отчаялась что-либо понять.
— Как столица могла что-то решить!? Жители, что ли, решили? Или этот ваш Совет магов?
— Да нет, Юль, сама Варьяна решила, — мирно ответил Марстен. — Она, понимаешь, немножко живая. Ей уж лет-то побольше полутора тысяч, а в те времена города непростые строили… Ну и, опять же, столько времени прошло, у нее характерец такой сложился, что только держись!
— Ничего себе… — выдавила я и с опаской посмотрела по сторонам. Город как город, шумный, яркий, народу полно, и никому дела нет до того, что старая столица, оказывается, «немножко живая».
— В общем, обиделась Старая Варьяна на королевскую династию, им теперь сюда ход заказан, — продолжал Марстен. — Не пускает, и все тут! То дорогу закружит, то еще что, но с тех пор, как Новую Варьяну отгрохали, ни один, в ком хоть капля королевской крови есть, в старую столицу попасть не смог. Ну и тогда указ издали, мол, считать, что Старой Варьяны и нет вовсе. И с карты стереть велели.
— И как, удачно вышло? — любопытно спросила я. Такие истории я любила!
— Не особенно, — хмыкнул Марстен, направляя коня в какой-то переулок. — С карт-то город стереть дело нехитрое… А как про него забудешь, если тут народу живет уйма? И знатных людей тут полным-полно, не все захотели в Новую Варьяну перебираться. И Совет магов тоже свою резиденцию переносить отказался, потому как, я уже сказал, Старая Варьяна — она не просто немножко живая, она еще и малость волшебная. И Источник тут поблизости, опять же… — Марстен вздохнул и добавил: — К тому же самой-то Старой Варьяне не объяснишь, что ее теперь будто и нет! Как же! Она как привыкла столицей быть, так и осталась. Сколько через это мороки!