— Юль… — Марстен взглянул на Дарвальда, словно в поисках поддержки. — Нас три дня не было!! И ты все это время продрыхла!
— Не может быть! — не поверила я. — Я не могла…
— Тихо, — оборвал нас Дарвальд. — Прекратите. Нужно убираться отсюда, и чем быстрее, тем лучше.
— Кто бы спорил, — буркнул Марстен, ставя меня на ноги. — Юль, идти сможешь или как?
Минут через пять, попрыгав на месте, отчаянно поругавшись и посетив ближайшие кусты, я признала, что идти смогу. Особенно если мне дадут поесть!
Есть пришлось на ходу, а Дарвальд попутно рассказывал, что они там с Марстеном обнаружили. Как выяснилось, я угадала — археологи раскопали склад военной техники, причем такого уровня, до которого местной промышленности было еще пахать и пахать.
— Никакой магии, чистая техника, — сказал Дарвальд. — Машины не исчезают в никуда, они возвращаются обратно на базу. Как мы поняли, они умеют искривлять пространство.
— Обалдеть! — сказала я. — Невероятно ценное открытие! А что с остальными-то людьми? Ну, из лагеря?
— То же, что и с тобой, — хмыкнул Марстен. — Полный упадок сил… причем лично я не понял, с какой такой радости!
— И вы что, их бросили?! — возмутилась я, поражаясь черствости моих приятелей. — Там же женщины и дети!
— Юль, их больше сотни, — буркнул Марстен. — У нас двоих чисто физически сил не хватит на то, чтобы всех привести в чувство. Посмотри, на что Валь стал похож после того, как тебя спасал…
— А ты на что?! — взбеленилась я. — Дарвальд и так еле жив, а ты, здоровый бугай, только дурью маяться горазд!!
— Я ударная сила!! — оскорбился Марстен. — Валь сейчас не боец, а кто нас защищать будет, если что?!
— Хватит свариться, — сказал Дарвальд. — Лучше пойдемте побыстрее.
Идти побыстрее не получалось. По таким кочкам да побыстрее — только ноги переломать! Постоянно приходилось обходить какие-то рытвины, траншеи, воронки от взрывов, груды искореженного железа… А уж воняло там — словами не передать!
Марстен сквозь зубы ругался на чем свет стоит. Несчастным семи падшим магам, наверно, уже не просто икалось на их Черных Небесах! Они, должно быть, в гробах вертелись, как те пропеллеры! Дарвальд шел молча, стиснув зубы, и видно было, что держится он на одной только силе воли. Я спотыкалась на каждом шагу и мечтала только о том, чтобы никуда не рухнуть и ничего себе не сломать.
Периодически над нами пролетали уже знакомые летающие железяки, они с тупой методичностью продолжали бомбить разрушенный город. Пролетали они с таким грохотом и ревом, что у меня каждый раз сердце в пятки уходило и хотелось залечь на землю и прикрыть голову руками. А лучше — спрыгнуть в какую-нибудь траншею и сделать вид, что меня тут вовсе нет.
В конце концов не выдержал и Марстен.
— Да надоели же вы мне!!! — заорал он, когда звено летающих штуковин (назвать их самолетами как-то язык не поворачивался) в очередной раз с ужасающим шумом пронеслось над нами. И, размахнувшись с плеча, — а чего еще можно было ожидать от Марстена? — он запустил им вслед огроменный огненный шар. Полыхнуло красиво, ничего не могу сказать. Наземь посыпались клочья летательных аппаратов, в воздухе еще сильнее завоняло гарью…
— Ну и чего ты добился? — флегматично спросил Дарвальд.
Марстен хотел было что-то ответить, да так и замер с открытым ртом. Его стремительно бледнеющее лицо выражало крайнюю степень недоумения.
— Марстен? — встревожился Дарвальд. — Ты что? Что с тобой?!
Он очень вовремя сделал пару шагов вперед, чтобы успеть поймать оседающего на землю Марстена. Тот обмяк на руках у приятеля, как неживой.
— Валь, что это с ним?! — окончательно перепугалась я.
— Не знаю… — Дарвальд осторожно опустился на землю вместе с Марстеном. Да и то, подержи на весу такую громадину!
— Может, перенапрягся? — предположила я.
— Ты его плохо знаешь, — фыркнул Дарвальд. — Марстен может выдать сотню таких штучек безо всяких для себя последствий… Но… такое впечатление, словно это дурацкое заклинание отняло у него во много раз больше сил, чем обычно!!
— Как такое может быть? — удивилась я.
— Я, кажется, понимаю… — пробормотал Дарвальд. — Этот мир… он с поразительной быстротой вытягивает людские силы! Ты видела, что случилось с теми людьми в лагере? И что стало с тобой самой?
— Но с вами-то все вроде было в порядке, — напомнила я.
— Мы маги, — ответил Дарвальд. — Мы лучше защищены от внешних воздействий… до тех пор, пока не начинаем работать. Как бы тебе объяснить… Ну, скажем, как у знакомой тебе военной техники: чтобы сделать выстрел, нужно приоткрыть броню, ведь так? Марстен сдуру раскрылся — и вот результат!
— Погоди, но вы же уже колдовали! — потрясла я головой. — Там, когда мы со скалы спускались, потом когда ты меня в чувство приводил… Тогда ведь все нормально было?
— Да… — неуверенно сказал Дарвальд и замолк, машинально гладя Марстена по голове. То-то бы тот обрадовался, будучи в сознании!
— Идея, — осенило меня. — Может, этот мир реагирует только на враждебные проявления магии? Пока Марстен не проявил агрессии, колдовать позволялось, а тут сразу — бац! — и карательные меры. А может, это то самое искривление пространства так действует, кто его знает, что там сдвигается в мире… Пойдет как рабочая версия?
— Версия не хуже прочих, — подумав, ответил Дарвальд. — Тем более, что других все равно нет. Тогда понятно, почему магия здесь давно и прочно забыта — совсем не проявлять агрессии не получится… особенно у таких молодых идиотов, как Марстен!
— Не обзывайся… — пробормотал Марстен, поудобнее пристраивая голову на плече Дарвальда.
— Я не обзываюсь, я констатирую факт, — отрезал Дарвальд. — На констатацию фактов обижаться глупо.
— И прекрати меня обнимать… — продолжал капризничать Марстен.
— Если я перестану тебя обнимать, ты ляпнешься носом в грязь, — хладнокровно ответствовал Дарвальд. — Как ты?
— Плохо, — пробурчал Марстен. — Что это было?
— Твоя дурь, помноженная на особенности местного пространства-времени, — вздохнул Дарвальд. — Что ж… похоже, придется здесь заночевать… Не тащить же его на себе!
— Кто еще кого потащит! — попробовал было возмутиться Марстен, но быстро сник.
— Хватит препираться! — воззвала я. — Вы мне лучше вот что скажите: с обыкновенными-то людьми что такое? Ведь если бы раньше такое происходило, то нам бы рассказали, так ведь?
— По-моему, кто-то упоминал, что апатия сродни твоей охватила многих с началом этой заварушки, — припомнил Дарвальд. — У обычных людей защиты почти никакой, не то что у магов, я уже говорил. Так что на искривление пространства можно списать и эту странность. — Он вздохнул. — Других версий все равно нет. Давайте спать, что ли, у меня даже разговаривать сил нет…
Кое-как мы устроились на ночлег. Ночевать в чистом поле мне совсем не понравилось. Было холодно — настоящий костер развести оказалось не из чего, а на волшебный огонь силы решено было не расходовать, — темно и страшно. Я, отоспавшись за трое суток, так и не сомкнула глаз всю ночь. Лежала, завернувшись с головой в плащ и уцепившись за руку Марстена, и дрожала. А кто бы не дрожал на моем месте?!
Под утро я все-таки смогла задремать, но меня тут же разбудили. Голодная и злая, я пыталась пригладить волосы, а меня тем временем одолевали тяжкие думы. Я к ним непривычна, а потому настроение у меня делалось все гнуснее и гнуснее, и было, отчего.
Мы сейчас — ну, не сейчас, но, я надеюсь, довольно скоро, — сбежим отсюда в другой мир. (Не факт, что там будет лучше, но тем не менее!) А люди-то останутся… Все эти женщины и ребятишки, одни в чистом поле, к тому же неспособные сопротивляться этой странной напасти. Да они же просто уснут и не проснутся! Нехорошо получается, неправильно…
— Что неправильно? — спросил Марстен, и я поняла, что последнюю фразу произнесла вслух.
— Да то, что мы беженцев бросили, — ответила я угрюмо и озвучила свои рассуждения: — Мы смоемся, а им крышка. Так бы, может, и ничего, живут же люди в деревнях, устроились бы как-нибудь и без городов, но так…
— Юль, я ведь уже объяснял, что мы не сможем помочь им всем, — устало сказал Дарвальд. — Я на пределе, Марстен… Ему лучше поберечь силы. Мало ли что, а от меня сейчас проку немного… Даже если мы выложимся до предела и спасем именно этих людей, что это изменит? — Дарвальд искоса посмотрел на меня, взгляд был невеселый и злой. — Здесь таких сотни тысяч, у нас с Марстеном просто не хватит на всех сил. Ты представляешь: население целого мира и мы вдвоем! Смешно представить…
— И все равно, — упрямо сказала я, хотя признавала правоту Дарвальда. — Гнусно это… Знаю я, что ты скажешь: это не наше дело, мы вообще мимо проходили, могли вовсе в этот мир не попасть, но попали же!
— Юлька дело говорит! — неожиданно встрял Марстен, до сих пор озадаченно слушавший нашу беседу. — Я сам себя последним подонком чувствую, как вспомню этих ребятишек! Валь, знаю, ты прав, ты всегда у нас прав, ты умный, а я дурак… И все равно!
— Хорошо, что вы предлагаете? — сдался Дарвальд. — Задержаться здесь и лечить каждого, кто подвернется под руку? Так мы очень скоро протянем ноги! И к тому же…
— Нет! — перебила я. — Не надо всех подряд лечить! Что вы на меня так уставились?… Я правильно поняла: эта «спячка» — следствие того, что мир каким-то образом тянет из людей жизненные силы?
— Ну да, — кивнул Дарвальд.
— Но раньше-то такого не было, — задумалась я. — Ты сам сказал, началось это с той поры, как разрыли могильник, и началось это вот… воздушное шоу… Стало быть — что?…
— Что? — удивился Марстен.
— Балда! — с чувством сказала я. — Бороться надо с причиной, а не со следствием!
— Ты предлагаешь вернуться к могильнику и уничтожить его? — уловил мою идею Дарвальд. Я закивала изо всех сил. — Это не лишено смысла, в техногенном мире магическая атака часто дает великолепные результаты… — Я заулыбалась, польщенная, но Дарвальд живо спустил меня с небес на землю: — Боюсь, твой план не пройдет, Юля, как ни жаль. Мне самому не по душе эта дрянь, но мы не понимаем закономерностей этого мира и не можем адекватно на них реа