Нельзя сказать, что сбор ягоды мне не знаком, но именно такую вообще видела впервые. Было немного неловко и стыдно за свою нерасторопность, но со временем и я приловчилась рвать её быстрее. К тому же старалась сдерживать свои эмоции и не показывать лишний раз своего удивления. Наверняка это вызвало бы лишние вопросы и подозрения.
— Землянику живой перетрём с сахаром, варить её нельзя. Потому как горчить будет, — продолжала делиться знаниями с нами пока мы с Умирой рядышком собирали ягоду в свои небольшие лукошки. — Другое дело — луговая ягодка. С неё варенье сладкое и ароматное получается, да и сушить её можно. Зимой пироги печь будем.
— Мам, а вечером можно погулять? Без продыху уже сколько дней спину гнём, — вновь заканючила сестрица.
— Как летом потопаешь, так зимой и полопаешь. Успеешь ещё нагуляться, — осадила её мать. — Сама любишь кусок повкуснее в рот запихнуть, а от работы отлыниваешь. Прав отец, что распустила я тебя совсем, — вздохнула тяжело и в глазах заблестели слёзы, которые женщина постаралась смахнуть незаметно. — Выросло непонятно что, и как я сватам в глаза смотреть буду?
Значит всё-таки дядюшка открыл глаза жене, да и она не слепая и смогла сделать верные выводы. У меня на душе от этого было радостно. Может ещё получиться из сестрицы сделать хорошую хозяйку? До её замужества время ещё есть. Рано замуж в этом мире девочек не отдают, а ей только семнадцать исполнилось.
К концу лета собрали большую часть урожая с огорода. Пару дней вязали косы из лука и чеснока, теперь эти вязанки будут храниться в сенях до первых морозов, а потом перекочуют в кладовую. Сушили и сортировали корнеплоды, а затем в корзинах закладывали их на хранение в погреб.
— Тётушка, а почему помидоры и огурцы на зиму не готовим? — поинтересовалась, когда выдирала сухую ботву с грядок. — Их ведь можно солить на зиму.
Эти культуры употребляли только в свежем виде, так как растили их в небольшом количестве.
— Так времени они много отнимают, да гниют на корню часто. Какой с них прок тогда? — как само собой разумеющееся объясняла мне тётка.
Для себя сделала вывод, что просто-напросто местные не умеют правильно выращивать и ухаживать за этими растениями. Мне приходилось помогать с томатами и огурцами родителям в балаганах и в открытом грунте. В обоих случаях есть свои особенности.
Кусты томатов Ладана высаживала слишком близко друг к другу. Они вырастают загущенными и разлапистыми. Пасынки не обрывают, поэтому плодов много, но они чаще всего мелкие. Излишний полив только способствует развитию заболеваний растений и приводит к гнили плодов.
Огурцы наоборот требуют интенсивного полива, хотя могут расти и без формирования побегов. Для них важнее тепло, ночное снижение температуры плохо сказывается на развитии и формировании урожая.
На самом деле эти культуры совсем недавно стали выращивать в данном месте и завезены из более южных феудов. Местный климат не совсем для них подходит и требует определённых трудозатрат. Выращивание с помощью рассады могло улучшить ситуацию, но о таком методе ничего не слышали. Скорее всего, пройдёт совсем немного времени и местные жители приспособятся к этим культурам или совсем откажутся от них. А пока… могла лишь наводящими вопросами подтолкнуть родственницу Вольги изменить агротехнические приёмы при выращивании овощей.
— Капусту квасить будем с наступлением холодов, — предупредила Ладана. — Пока работы и так полно.
Каждодневный труд не позволял впадать в депрессию и лелеять тоску о доме. Грела лишь надежда на то, что рано или поздно смогу вернуться домой.
Ещё одним незабываемым опытом стало для меня участие в уборке зерновых. В старых советских фильмах показывали ручной способ уборки и переработки зерна, но никогда не могла себе даже представить, что придётся в этом участвовать самой. Моя обалдевшая физиономия повеселила дядюшку, когда он поставил нас в известность накануне выхода на работу. У меня в голове не укладывалось каким образом я буду участвовать в жатве.
Всё поселение вышло в поле. Нас с Умирой поставили друг за другом в ряду с другой молодёжью. Парни с интересом посматривали в нашу сторону, а сестрица откровенно строила глазки и флиртовала. Вот же, профурсетка малолетняя! Было немного стыдно за неё. Но как мне её призвать к порядку? Она родителей и то не всегда слушается.
Наша работа заключалась в том, чтобы с помощью небольших серпов захватывать пучок пшеницы и резким движением срезать его ближе к земле. Затем откладывать в сторону за собой и браться за следующий. Работа эта была вроде бы не сложной, но кропотливой и монотонной. Не с первого раза у меня всё получилось как надо, так как требовалась определённая сноровка и ловкость.
— Ты можешь пошевеливаться и не позорить нашу семью, — шипела рядышком сестрица.
— Я стараюсь. Что поделать, если нет у меня той ловкости что у тебя? — парировала ей в ответ беззлобно.
Лишь ближе к полудню вышло войти в темп и не отставать от остальных.
Срезанные пучки за нами собирали женщины и связывали их в небольшие снопы, которые уже собирались на телегу и свозились в одно место. К обмолоту приступили спустя несколько дней и лишь тогда, когда все снопы были свезены со всех полей поселения.
К вечеру всё тело ныло и спина с трудом разгибалось с непривычки. Руки натрудила так, что кружку с трудом могла удержать. Хорошо, хотя бы кровавых мозолей не заработала. Мне хотелось плакать и домой к родителям, к бабушке и к Ленке. Может в этом мире мне предстоит умереть от непосильного труда? Разве можно так уработаться? Но баня и крепкий сон помогли к утру восстановить силы и отогнать хандру. Вот что значит молодой организм…
Обмолотом занимались мужчины с помощью специальных приспособлений — цепами или пригузами. Затем зерно провеивалось на ветру с помощью деревянных лопат и собирали в мешки. Этим занимались уже взрослые женщины.
Спустя время дядя Натан привёз шесть мешков муки, отходы на корм скоту и серебро за проданную долю зерна. Каждая семья получила свою часть от дохода за продажу излишков. Староста таким образом организовал работу, что все были довольны и потерь урожая практически не было. Дядька восхищался частенько главой поселения, особенно его смекалке.
— Налог уже оплатил, — поставил в известность супругу. — Остальные деньги прибереги до ярмарки.
— Нам за хлопок заплатить ещё нужно, — напомнила тётка. — К весне полотна наткём и продадим.
— Мне сапожки справить до холодов нужно, — добавила волнения в голос Умира. — Ещё одну зиму они не выдержат.
— Так мы тебе в прошлом году новые брали, — удивился отец, но сдался, заметив скуксившееся личико дочери. — Хорошо. Тогда Вольге и тебе на ближайшем торге их купим.
Отец явно балует дочь, хотя ставит в упрёк это супруге.
Может сестрице и не совсем понравился этот вариант, обновку она только для себя просила. Но предвкушение от возможности покрасоваться в новых сапожках была выше обиды, поэтому смолчала и комментировать предложение отца не стала.
С приближением осени зачастили дожди и мы большой компанией в погожие деньки отправлялись за грибами. Девушки брали большие корзины и поутру выдвигались в ближайшие колки между полей или в лес.
— Нечего дома сидеть, зима впереди и ещё успеешь насидеться, — Натан Стерх пытался всячески социализировать племянницу, поэтому отправлял меня с компанией девушек. — Вольга, тебе подружек нужно завести.
— Может я пряжей займусь?
— Нет, ступай за грибами со всеми, — настаивал мужчина на своём. — Заодно заготовим грибов впрок. Умира одна столько не соберёт.
Рассказывать, что я о грибах практически ничего не знаю — опасалась. Мне были знакомы лишь шампиньоны, вешенки и опята. Первые мы с бабулей собирали на ближайшем выпасе коров, а остальные в близи станицы в лесу с большим количеством пней и старых деревьев. В крае опытные грибники собирали и другие виды, но в нашей семье любителей грибов не было. Отец всегда приводил аргумент, что их даже волки не едят.
— Вот, бестолочь, набрала поганок, — посмеивалась сестрица. — Совсем не разбираешься.
— Чем зубоскалить, лучше бы показала какие брать можно, — не стала обижаться на сестру, но и в обиду себя старалась не давать. — Откуда мне знать съедобные грибы, коли раньше их не собирала.
— Ладно, смотри сюда и запоминай, — указала мне на содержимое своей корзины. — А то отец меня ругать будет, что за тобой не доглядела. Съедобный гриб на срезе не меняет цвет и приятно пахнет.
Дальше мне провели небольшой ликбез по разнообразию местных грибов и способам их поисков. Это оказалось не простым занятием. Теперь каждую кочку или бугорок аккуратно разрывала и радовалась каждой находке. Это оказалось увлекательным занятием и теперь мне стало понятно почему сбор грибов называют «тихой охотой».
Чаще всего попадались белые или чуть желтоватые грибы с вогнутой шляпкой в виде воронки и белыми пластинками на обратной стороне — грузди. Они росли небольшими группами и если обнаружила один, то где-то совсем рядышком притаилась ещё парочка. Девчонки рассказали, что груздь хорош в солёном виде. Их заготавливают на зиму целыми бочками в урожайный год.
Несколько раз натыкалась на большие семейки жёлто-оранжевых грибов, у которых шляпка и ножка составляли одно целое — лисички. Шляпка у них так же немного вогнутая и имеет волнистые края. Этот гриб обжаривают и заливают жиром на зиму или сушат.
— А ты не на столько безнадёжна, — выдала Умира, заглянув в мою корзину.
— Зря ты, Мирка, сестрицу гнобишь, — подошла одна из её подружек. — Смотри, у неё все грибы чистенькие и один к одному. К тому же собрала не меньше нашего.
Немного удивило обращение к сестре сокращённым именем, но кто его знает на сколько они близки с подругой. Может между ними так принято.
Мне самой было радостно, что удалось набрать почти полную двухведёрную корзину. Тяжесть приятно оттягивала руки, а предстоящее гастрономическое знакомство с новым видом грибов заставляло быстрее передвигать ноги. На душе было радостно, с улыбкой до ушей так и дошла до дома.