Обратила внимание в какой-то момент, что с меня не сводит взгляда один из парней. Тёмные волосы до плеч немного прикрывали уши, а красивые голубые или скорее синие глаза приковывали к себе внимание и в настоящее время меня бесстыже рассматривали. Лёгкая небритость мне никогда не нравилась, но ему она придавала особой мужественности. Пропорциональные черты лица и кожа без изъянов добавляли привлекательности. Широкий разворот плеч и крепкие руки подсказывали о не дюжей силе парня. Красив и самоуверен.
Девушки периодически на него посматривают и строят глазки, стараются привлечь к себе внимание. Он всё прекрасно видит, но лишь ухмыляется самодовольно. От таких нужно держаться подальше, но похоже не в моей ситуации. Интуиция моя проснулась и подсказывает, что вот она погибель Вольги. «С таким количеством поклонниц мне долго не протянуть», — промелькнула предательская мысль.
— Вольга, собирайся, — подошла ко мне довольная Умира. — Домой пойдём. Лукас Райн вызвался меня проводить.
— Хорошо, я быстро, — не стала спорить так как сама уже устала от всего этого шума и смеха девчонок.
Вслед за нами собрался и парень, что сверлил меня глазами весь вечер. Это и есть Лукас Райн? Появилось чувство надвигающейся беды. Только не это… Внутри всё похолодело. Мне совсем не хотелось погибнуть от рук ревнивой Умиры. Она легкомысленна и безответственна, слишком эмоционально не сдержана и обидчива. От неё можно ожидать всё что угодно. Её родители не переживут, если любимая дочь станет убийцей. За то время, что я нахожусь в теле Вольги привязалась к ним несмотря ни на что. Пусть мне порой непонятны их взгляды на жизнь и поступки, но они не бросили сироту и продолжают заботиться о ней как могут. Значит они добрые и хорошие люди.
— Пойдёшь чуть в стороне от нас, — шепнула мне на ухо сестра. — Даже не смей путаться под ногами.
На улице холодно, а сестрица пошла самой длинной дорогой к дому. Понятно что ей хочется больше времени провести с парнем. Снег поскрипывал под подошвой тёплых сапожек и длинный подол помогал сохранять тепло, но если долго находиться на улице, то и он не спасёт. Дым из печных труб идёт вверх, а не стелился — это значит мороз будет только крепчать. Мне хотелось быстрее вернуться в тепло, а не шастать по улицам. Но разве я могу вернуться одна домой? Уходили мы из дома вместе, поэтому и вернуться должны так же. К Умире сразу возникнут вопросы, а ей на них отвечать явно не хотелось.
Закуталась плотнее в шаль и отдёрнула вниз тулуп, руки стали подмерзать. Для меня в новинку такая зима с морозами и большим количеством снега. Дома иногда за всю зиму выпадет снег на пару дней и тут же растает. Однажды месяц лежал, так все ходили и ворчали, что зима суровая выдалась. У нас привычнее дожди, чем снег.
Сестрица неспешно двигалась в сторону дома рядышком с кавалером, при этом задорно смеялась на его шутки. Изредка слышен лай собак, когда проходим мимо чужих дворов. Мне было неслышно о чём Умира и Лукас разговаривали, но им обоим весело.
Дорога хорошо укатана санями, поэтому идти нетрудно. Небо украшено россыпью звёзд, которые мерцают холодным светом. Оба спутника наподобие Луны располагались чуть выше горизонта, поэтому было относительно светло. Заметила падающую звезду и быстренько загадала желание. Вдруг сбудется…
Может мне повезёт и погибель придёт от другого человека?
Глава 14
— Дочка, а ты ничего нам с отцом не хочешь сказать? — начала с порога Ладана выгрузив на ближайшую лавку мешок с пряжей. — Чего это люди меня спрашивают, когда нам сватов ждать?
Дядя Натан был удивлён не меньше моего, поэтому уставился на дочь ожидая ответа. Умира периодически прогуливалась с Лукасом после посиделок, но никаких разговоров о ближайшем сватовстве не было. Сомневаюсь, чтобы подруги сестрицы оставили такое событие без внимания. Наверняка уже задавали бы вопросы без стеснения. На парня заглядывались многие и надеялись захомутать завидного жениха. Хотя чего там завидного может быть у самовлюблённого нахала? Разве что дело родительское, но он не единственный ребёнок в семье. Красильня всё семейство Райнов кормит.
В последнее дни села за ткацкий станок пока тётка сучила пряжу на пряхе, поэтому на посиделки уже не ходила. Дома работать было намного спокойней. Да и хотелось самой попробовать ткать когда такой шанс подвернулся. Одно дело смотреть за работой Ладаны, а совсем другое — самой приложить руку к созданию полотна. Первые дни сильно болели руки, но постепенно приловчилась и уже чувствовала удовлетворение от того, что всё получается не хуже, чем у других. Только успевай бросать и ловить челнок, нажимай на педаль, да уплотняй нити утка.
Это чем-то сродни учению водить машину. Первое время от руля так же болят плечи и постоянно находишься в напряжении, а затем привыкаешь и получаешь удовольствие от самого процесса вождения.
Может что-нибудь изменилось с тех пор как я была на посиделках и просто сейчас не владею всей информацией? Вдруг Умира уже сговорилась с Лукасом о свадьбе?
— Вы только не волнуйтесь, — выдала сестрица, а у самой на скулах появился румянец. — Лукас Райн внимание мне оказывает и до дому провожает уже месяц после посиделок.
— Ох, как же так, — выдохнула Ладана на грани слышимости и присела на лавку рядом с мешком. — Рано тебе ещё замуж. Парень он видный и перед ним половина деревни хвостом крутит, а на тебя вдруг внимание обратил? — всплеснула руками.
— Не о таком зяте я для тебя, дочка, мечтал, — с отеческой заботой посмотрел на Умиру отец. — Он тебя замуж звал или просто шлёндает за тобой?
— Нет, мы о свадьбе ещё не разговаривали, — потупила взгляд. — Просто гуляем и разговариваем.
— Так какого рожна ты с ним по деревне прогуливаешься⁈ Разговаривают они, — поднялась с лавки и сердито уставилась на дочь, уперев руки в бока. — Ославиться хочешь? О тебе уже разговоры пошли по деревне. И как мне людям в глаза смотреть?
— Ни ногой из дома. Работать и дома можно, хватит по чужим дворам шастать, — постановил дядька и строгим взглядом окинул нас всех. — Замуж тебе рано ещё. Нам Вольгу сначала пристроить нужно, а там и твоё время подойдёт.
Мне такой расклад не очень понравился. Скоро девятнадцатилетие, но засватать могут и раньше при обоюдном согласии. Но кто будет спорить с хозяином дома? Нравы в деревне строгие. Натан Стерх прав. Одно дело когда нас обоих парень провожал и совсем другое когда Умира оставалась с Лукасом наедине. Пусть даже если они просто шли по улице и ничего предосудительного себе не позволяли. Лишние разговоры ни к чему хорошему не приведут. Ведь как оно бывает — это кто-то увидел и рассказал, а другой от себя ещё что-нибудь добавит и уже спустя время от правды ничего и не останется.
Как бы не расстраивалась Умира и не дулась на родителей и меня, но дома сидела и усиленно вывязывала чулки, платки и рукавицы. Под надзором матери работа у неё быстрее спорилась.
Перед праздником поворота зимы вся молодёжь собиралась на берегу реки и каталась на санках с горы. Он чем-то был похож на наш привычный новогодний праздник, правда отмечали его гораздо позднее и ближе в весне. Парни заранее нагребли борта горок, чтобы сани не выкатывались в стороны и двигались по определённой траектории. Некоторые жители рубили проруби и брали воду с реки для хозяйственных нужд, так как не все могли вырыть колодец у себя во дворе. Поэтому и выбирали подходящее место для катания и старались обезопасить его.
Морозы чуть ослабли, поэтому и народу собиралось много. Старались отдохнуть от домашних дел и набраться положительных эмоций от общения с друзьями и знакомыми. Договориться о предстоящем празднике, что будут нести на общий стол во время гуляний. Солнечных и относительно тёплых дней зимой мало, поэтому радовались каждому погожему деньку.
— Мам, можно мы с Вольгой сходим на гору и развеемся? Все наши там уже несколько дней гуляют, а мы затворницами сидим, — заканючила после завтрака сестрица.
— У отца отпрашивайся, — не поддалась печальному взгляду и уговорам Ладана. — Если позволит, то пойдёте.
За обедом девушка расстаралась. Приготовила любимую похлёбку отцу и настряпала пирогов с жаренными грибами и луком. Нужно отдать должное тётушке — готовить дочь она научила, хотя та частенько ленилась и не проявляла особого желания. Но когда Умире что-то нужно, то она расшибётся и своё получит.
Мне любопытно было посмотреть на зимние забавы. В памяти Вольги они были каким-то особым и моментом. Возможно это было как-то связано с её родителями, но точно разобрать не могла. Со временем её память становилась для меня размытой и не понятной, словно затягивалась дымкой времени. Собралась быстро, тепло одевшись.
На горе уже во всю катались. Издалека был слышен задорный смех и гиканье с которым спускались на небольших деревянных санях. У некоторых они были украшены резьбой или росписью. Уже подойдя ближе поняла, что все санки принадлежат парням, и на них они катают девушек по одной или парами. Интересно, по какому принципу они их рассаживают?
— Мирка, пойдём вместе скатимся, — выдала подбежавшая к нам и запыхавшаяся одна из подружек сестрицы, схватила Умиру за руку и потянула за собою, но та стала упираться обеими ногами.
— Анита, я лучше подожду немного, — стала искать глазами кого-то. — Ты лучше Вольгу возьми.
Подруга поджала недовольно губы, но предложила мне прокатиться в паре с нею. Отказываться не стала. Меня как-то в раз захватило общее веселье и радость. Раскрасневшиеся девушки с нетерпением ожидали очередных саней, чтобы с гиканьем спуститься вниз. При этом парни вставали сзади на полозья и пытались управлять спуском, но что-то не заметила чтобы у них это хорошо получалось. Зато они успевали подержаться за ручки или подхватить за талию девчонок, чтобы помочь удобнее умоститься на необычном транспортном средстве. «Миры разные, а психология у парней одинаковая — лишь бы девчонок пощупать», — отметила для себя в очередной раз.