– Выглядит довольно странно, я бы сказал.
– Вот именно. Я так ему и сообщила, а он в ответ начал плести, что, мол, в спецназе, когда объявлена готовность, но развертывание еще не началось, самое разумное – поспать, чтобы быть готовым действовать.
– Чем этот парень зарабатывает на жизнь? – спросил после некоторого молчания Бобби.
– Он журналист-фрилансер. Работает на «Бостон дейли».
– Ха.
– Ха – что? Я не для того тебе позвонила, чтобы слушать, как ты фыркаешь. Мне нужно профессиональное мнение.
Ди-Ди представила, как он, сидя в постели, закатывает глаза.
– Ладно, вот тебе мнение. В большинстве ситуаций с участием полицейского спецназа команды на готовность и развертывание поступают почти одновременно. Но я понимаю, что он имеет в виду. В моей группе была парочка ребят из военного спецназа. «Морские котики», разведка морской пехоты, в общем, из этой категории. И да, я сам видел, как парни засыпали посреди поля, в школьном спортзале, в кузове грузовика. Вроде бы у военных такое правило: если нечего делать, то лучше поспи, чтобы смог хорошо сработать потом.
– Черт. – Ди-Ди пожевала нижнюю губу.
– Думаешь, он бывший военный?
– Думаю, он мог бы играть в покер с самим дьяволом. Сукин сын.
В трубке зевнули.
– Хочешь, чтобы я его пробил? – предложил Бобби.
– Не хватало мне только, чтобы еще полиция штата нос совала, – огрызнулась Ди-Ди.
– Полегче, блондиночка. Ты сама мне позвонила.
– Тут вот еще какой поворот, – продолжала как ни в чем не бывало Ди-Ди. – Жена пропала без вести, и мы, естественно, заподозрили мужа. Изъяли домашний мусор. Нашли стрип-тест на беременность. Положительный.
– Правда?
– Правда. Вот я и решила устроить ему ловушку. Посмотреть, как будет реагировать. Прежде он ни слова на этот счет не сказал, а ведь муж вроде бы должен предупредить, что пропавшая жена беременна.
– Кстати…
Ди-Ди осеклась. Моргнула. В животе вдруг возникло мимолетное ощущение пустоты.
– Ни фига себе, – выдала она наконец. – В смысле… Где, как, когда?
Бобби рассмеялся.
– Как и где, наверное, не так важно, но родить Аннабель должна первого августа. Нервничает, конечно, но держится хорошо.
– Очуметь… То есть поздравляю. Вас обоих. Это же классно!
Так оно и было. Ди-Ди говорила от души. Вот только… Черт, ей срочно надо перепихнуться.
– Ладно, – она откашлялась и заговорила чуть бодрее и громче. Для сержанта Ди-Ди Уоррен на первом месте – работа, о чем-то другом ей думать некогда. – Что касается моего подозреваемого. Сегодня я ошеломила его этой новостью…
– Сказала, что его жена беременная.
– Именно так.
– А почему ты решила, что тот стрип-тест принадлежал его жене? Ты сама уверена?
– Не уверена. Но она – единственная в доме взрослая женщина, так что предположение вполне обоснованное. Ребята в лаборатории работают сейчас над ДНК, но отчетов придется ждать три месяца, а у Сандры Джонс, если честно, никаких трех месяцев нет.
– Да я просто спрашиваю, – сказал Бобби.
– В общем, я все рассчитываю и бросаю бомбочку прямо в конце разговора.
– И что?
– И он не реагирует. Никак. Полная пустота. На лице ничего не отразилось. Как будто я сообщила, что на улице дождь.
– Ха.
– Вот именно. Если это сюрприз, то ему бы заволноваться, забеспокоиться, потому что в опасности могут быть и жена, и ребенок. Другой соскочил бы с дивана, стал расспрашивать, что да как, требовать, черт возьми, ответов. Да что угодно делать, только не сидеть с таким видом, словно мы о погоде беседуем.
– Иными словами, он, скорее всего, знал, – вставил Бобби. – Жена забеременела от другого, он ее убивает, а теперь заметает следы. Все просто, Ди-Ди. Я бы назвал это общенациональным трендом.
– Я бы согласилась с тобой, если б речь шла о нормальном человеке.
– А что в твоем понимании означает «нормальный»?
Сержант Уоррен тяжело вздохнула. Вот тут и начинались сложности.
– Попробую объяснить. Я работаю с ним уже два дня. Он абсолютно невозмутим. Просто глыба льда. С ним что-то не так, причем на глубинном, фундаментальном уровне. Может, ему требуется пожизненная терапия, полдюжины разных лекарств и полная перезагрузка личности… Но он такой, какой есть, и в этой его глубокой замороженности мне видится некий метод.
– Что за метод? – В голосе Бобби проступили нотки нетерпения. Оно и понятно, на часах почти полночь.
– Чем более личной становится тема, тем больше он закрывается. Взять, к примеру, сегодняшнее утро. Мы допрашивали его четырехлетнюю дочь. Разумеется, в его присутствии. Она пересказывает последние слова матери, которые, надо сказать, можно интерпретировать не в его пользу, а наш приятель сидит и в ус не дует. Как будто отключился. То есть он там, но его словно нет. Я, собственно, об этом и думала, когда упомянула вечером о беременности жены. Он будто исчез. Раз – и нет. Мы сидели в одной комнате, но его вдруг не стало.
– Уверена, что мне не стоит за него взяться?
– Да пошел ты.
– Я тоже люблю тебя, детка. – Она услышала, как он снова зевнул, потом потер подбородок телефоном. – Итак, ты имеешь дело с крутым парнем, прошедшим, похоже, некую специальную подготовку и знающим, как держаться под сильным давлением. Думаешь, бывший оперативник?
– Мы прогнали его «пальчики» по базе данных – никаких совпадений. Я к тому, что если он какой-то сверхсекретный хрен вроде Джеймса Бонда, с высоким уровнем доступа, то все шито-крыто, но обычный военный в систему наверняка попал бы, так? Мы бы нашли его там.
– Ты права. Какой он из себя?
Ди-Ди пожала плечами.
– Напоминает Патрика Демпси[16]. Густые вьющиеся волосы, темные глаза…
– Ради бога! Я подозреваемого буду искать, а не партнера по свиданию вслепую.
Она покраснела. Нет, ей определенно нужен секс.
– Пять футов, одиннадцать дюймов, сто семьдесят фунтов, тридцать с небольшим, темные волосы и глаза, особых примет не имеет, лицевая растительность отсутствует.
– Телосложение?
– Спортивное.
– Ну вот видишь? Очень похоже на спецназовца. Здоровяки не проходят по выносливости, поэтому надо всегда высматривать невысоких и жилистых, – самодовольно заключил Бобби. Бывший снайпер, он сам прекрасно подходил под это описание.
– Но кое-что за ним есть, – продолжала Ди-Ди.
– Вот дерьмо, – устало вздохнул Бобби. – Ладно, что там обнаружилось?
– Свидетельство о браке, водительские права, номер карточки социального страхования и банковские счета. Стандартный набор.
– Свидетельство о рождении?
– Пока не нашли, копаем.
– Талоны предупреждения, судебные решения по автотранспортным происшествиям?
– Ничего.
– Кредитные карты?
– Одна.
– Когда открыта?
– Ммм… – Ди-Ди призадумалась, вспоминая, что читала в рапорте. – Около пяти лет назад.
– Предположу: примерно в то же время, что и банковские счета.
– Вот ты сказал, а я вспомнила. Почти вся финансовая активность пришлась на то время, когда Джейсон и его жена переехали в Бостон.
– Конечно. Но откуда поступили деньги?
– Опять-таки копаем.
Теперь пауза затянулась чуть больше.
– Подведем итог, – медленно заговорил Бобби. – У тебя есть имя, водительские права, номер карточки социального страхования и никакой активности по всем направлениям за пределами последних пяти лет.
Ди-Ди встрепенулась. До сих пор она, в общем-то, об этом не думала, но теперь, после слов Бобби…
– Да. Точно. Все движения начались лет пять назад.
– Ну же, Ди-Ди, скажи мне, что в этой картине не так?
– Вот же хрень, – воскликнула женщина и стукнула ладонью по рулю. – Джонс – не настоящая его фамилия, да? Я так и знала. Так и чувствовала с самого начала. Чем больше мы узнаем о семье, тем больше все становится… как бы это сказать… правильным. Никаких отступлений в сторону, все по прямой. Черт, если они проходят по ПРОЗАСу[17], я порежу себе запястья.
– Этого не может быть, – заверил ее Бобби.
– Почему? – Ди-Ди не хотелось, чтобы ее дело оказалось частью банальной программы защиты свидетелей.
– Потому что будь оно так, федеральные маршалы уже хватали бы тебя за задницу. Прошло сорок восемь часов, и информация об исчезновении появилась в новостях. Они бы тебя нашли.
Логика Бобби подняла ей настроение. Вот только…
– Что же остается?
– Это он. Или она. Кто-то из них получил новую личность. Кто именно, вычисли сама.
Мнение Бобби насчет новой личности вполне можно было квалифицировать как профессиональный совет. Как-никак он и сам женился на женщине, у которой имелось по меньшей мере двенадцать имен. И тут ее осенило.
– Мистер Смит. Черт. Мистер Смит!
– Счастливчик Мистер Смит…[18] – затянул Бобби.
– Это кот. Их кот. Как же я не заметила… Подумай сам. Семья – мистер и миссис Джонс. И кот – Мистер Смит. Шутка для внутреннего, так сказать, потребления! Черт, ты прав, они смеются над нами.
– Мне больше нравится Мистер Арктика.
– Вот дерьмо, – простонала Ди-Ди. – Ну и везет же мне… Мой главный подозреваемый – кроткий и тихий на первый взгляд журналист с тайной историей. Знаешь, кого мне это напоминает?
– Не знаю. Кого?
– Супермена, чтоб ему…
Глава 23
Однажды, когда Джейсону было четырнадцать лет, они всей семьей отправились в зоопарк. Сам он был уже слишком взрослым и циничным для такого рода прогулок, но младшая сестра, Джейни, обожала все пушистое и мохнатое, и ради нее Джейсон согласился.
Ради Джейни он был готов на многое, чем беззастенчиво пользовалась мать.
Они ходили кругами. Смотрели на спящих львов, спящих полярных медведей, спящих слонов. Сколько же спящих животных требуется увидеть человеку, чтобы утолить аппетит? Не произнеся ни слова, они обошли выставку насекомых, но заглянули в Мир рептилий. Вообще-то, десятилетняя Джейни не питала теплых чувств к змеям, но ей нравилось пищать, глядя на них, и это создавало требуемую атмосферу безумия.