Утром девушка проснулась оттого, что солнце светило ей в лицо. Ей снился король. Снилось, что он вернулся домой и ищет ее и ребенка. И не для того, чтобы учинить над ними расправу, а чтобы вернуть их. Во сне король искал их семь лет, и наконец, нашел, но так исхудал за это время, что она с трудом узнала его.
Молодая мать взглянула на младенца, все еще спокойно спавшего. Во сне ему было семь лет, он очень напоминал отца. Она еще не подыскала ему имя, но раздумывала, не назвать ли ребенка Йертесорг («сердечная тоска»). Сын короля, обреченный жить в нищете. Девушка почувствовала, что слезы снова подступают к горлу, но сдержалась. Она наплакалась вволю и больше плакать не желала.
Она протянула к сыну свою искалеченную руку, чтобы отодвинуть прядку волос с его лба.
И увидела их.
Свои руки. Теперь они заканчивались не уродливыми обрубками, а мягкими, нежными ладошками. Настоящие, живые руки выросли за одну ночь.
– Но как? – пролепетала она, не сводя глаз со своих рук. Кожа на ладонях и пальцах была гладкая и чуть светлее, чем на остальной части рук. Она сжимала и разжимала кулаки. Посмотрела на сына и с бьющимся сердцем подняла его – не холодными, ничего не чувствующими серебряными руками, а теплыми и мягкими, – погладила по щечке, провела пальцами по пушистым волосам. Почувствовала его. Впервые за все время по-настоящему почувствовала его, и благодарная улыбка тронула ее губы.
Тут раздался стук в дверь.
– Кто там? – в испуге спросила она, крепче прижимая к себе ребенка.
– Я, – раздалось в ответ, и король распахнул дверь.
Она боялась увидеть меч в его руке и безумие во взгляде. Увидеть в его глазах страшного Дьявола, трижды лишенного своей добычи. Боялась, что теперь потеряет больше, чем просто руки.
Но взгляд короля был нежным и неуверенным, он плакал.
– Я искал вас всю ночь, – произнес король. – Этот приказ… Я его не писал. Кто-то подменил письмо.
– Кто-то, – откликнулась девушка, почувствовав, как мурашки побежали по рукам.
– Мы оба знаем, кто. Когда я увидел глаза и язык… – король затряс головой, дрожа всем телом. – Я думал, что потеряю рассудок. Но мать рассказала, что отослала вас. И мой сын цел и невредим.
– Он бесподобен, – сказала молодая мать, показывая ему ребенка. Тот как раз стал просыпаться, и слезы еще быстрее заструились по щекам короля. – Я хотела назвать сына Йертесорг, но теперь мне кажется, что это неподходящее имя. Как ты смог так быстро вернуться?
– Я отправил письмо, и после этого мне приснилось, что вы в опасности. И я сразу пустился в путь.
– А война?
– Победа уже близка. А если бы… К чему мне королевство без вас? – он осторожно взял ребенка и тут заметил, что руки жены больше не блестят на солнце. – Твои руки… Они… Они…
Она кивнула, взяв его лицо в ладони. С улыбкой вытерла ему слезы.
А что случилось с родителями девушки? Отцом, отрубившим руки собственной дочери, чтобы Дьявол смог ее забрать, и матерью, молча потакавшей своему мужу? Получили ли они в конце концов по заслугам или жили долго и счастливо до самой смерти?
Нам ничего об этом неизвестно.
Может, однажды они увидели проезжавшую мимо золоченую карету и сидящую в ней королеву. Может быть, подумали, что она похожа на дочь, которая когда-то была у них, но погибла, – так они договорились думать. И может, они заметили сидящего у нее на коленях юного принца, и, возможно, мальчик спросил мать, не знает ли она вон тех людей, и, может, она ответила да, а может, нет, а может, карета просто покатила дальше.
Нам ничего об этом неизвестно, и иногда так бывает. Нам ничего об этом неизвестно.
И, может, оно и к лучшему.
Красная Шапочка
В вольном пересказе Бенни Бёдкера
Они называют волка лучшим другом человека.
Волк помогал древним людям выживать. Волк научил их охотиться и согрел ледяными зимними ночами, когда люди еще спали вместе с волками в ложбинах и пещерах, стараясь обогреться огнем первых костров.
Они говорят, что, если бы не волк, мы, люди, погибли бы.
Не верь им.
Волк – хищник.
Зубы у него настолько крепкие, что он может перекусить человеческие кости, единожды лязгнув челюстью. Стоит только волку почуять тебя, и уже не спастись. Волки охотятся стаей и могут учуять добычу, находясь далеко от нее, если ветер дует в их сторону, и тогда уже бесполезно бежать.
Они говорят, что волки опасны, только сильно изголодавшись. Суровыми зимами, когда им не добыть пропитания в лесу, они подходят все ближе и ближе к деревням и хуторам. Только разделавшись со всеми домашними животными, они принимаются за человека. Только тогда человек становится их добычей.
Так говорят люди, и это правда, если имеешь дело с обыкновенными волками. Обычно волки стараются держаться подальше от человека, но существуют особенные волки.
Те, что способны перевоплощаться. И те, что являют собой полуволка и получеловека.
Те, что были людьми, но в них вселилась волчья душа, и они превратились в кровожадных чудовищ, пожирающих людей и зверей, но не способных утолить свой голод.
Те, что не похожи на других волков.
И те, что умеют говорить человеческим языком.
Как раз такого волка встретила в лесу Красная Шапочка в тот день, когда отправилась к бабушке.
Красная Шапочка была чрезвычайно милой девочкой, и все ее любили. Для каждого прохожего у нее всегда имелась в запасе улыбка, и к тому же она была такой отзывчивой и вежливой девочкой, каких нечасто встретишь.
Потому неудивительно, что бабушка обожала ее с младенчества. И в общем-то из-за бабушки Красную Шапочку стали так называть. Однажды бабушка сшила внучке маленькую красную шапочку, которая так пришлась той по душе, что она стала носить ее в любую погоду, и с тех пор иначе, как Красной Шапочкой, никто ее не звал.
Бабушка безмерно любила свою внучку, а Красная Шапочка больше всех на свете любила свою бабушку и много раз приходила к ней в гости в ее домик в лесу. Но всегда вместе с кем-то.
До сего дня.
– Бабушка больна и слаба, – сказала мать Красной Шапочке. – Вот кусок пирога и бутылка вина. Можешь отнести их бабушке? Это придаст ей сил.
– Конечно, мама, – воскликнула Красная Шапочка, всегда готовая прийти на помощь.
– Но сегодня я не могу пойти вместе с тобой, – продолжала мать. – Не только бабушке нужна забота, поэтому я останусь дома ухаживать за остальными. Ты справишься без меня?
– Конечно, мама, – заверила ее Красная Шапочка, которая ни разу в жизни не ходила по лесу одна.
– Тогда пообещай мне, что пойдешь прямой дорогой, – попросила мать. – Прямой дорогой! Лес – неподходящее место для игр маленьких девочек, вроде тебя, так что иди прямо к бабушке.
– Конечно, мама, – пообещала Красная Шапочка, которую все любили за то, что она всегда выполняла просьбы взрослых.
– И будь осторожна, не беги, иначе упадешь и разобьешь бутылку, – продолжала мать. – Будь хорошей девочкой и сделай все, о чем попросит бабушка. И не забудь передать от меня привет.
– Да-да-да, мама, – воскликнула Красная Шапочка, больше не слушая ее. Она, несомненно, была отзывчивым и милым ребенком, но всего лишь ребенком, и ей надоело выслушивать бесконечные наставления. – Я все сделаю.
Так Красная Шапочка в тот день оказалась в лесу одна.
В другое время мать непременно сама пошла бы с ней или отправила кого-нибудь из сестер и братьев, но тогда свирепствовала опасная болезнь.
И не только бабушка лежала в постели и угасала.
Болезнь шагала из дома в дом по деревне, где жила Красная Шапочка, и двое ее братьев лежали в постели, борясь с жаром и ознобом, так что матери приходилось ухаживать за ними, помогать отцу ходить за скотиной и работать в поле.
И Красная Шапочка отправилась в лес и шла совсем одна, когда услышала за спиной чьи-то крадущиеся шаги.
Тогда она испугалась и скосила глаза вбок. Но увидела лишь огромную тень, приближающуюся к ней. Красная Шапочка побежала, но все напрасно. Затрещали ветки, и вот он уже рядом.
Волк.
– Добрый день, Красная Шапочка, – сказал Волк. – Какой сегодня чудесный день.
– Да, в этом ты прав, – ответила Красная Шапочка. – И тебе добрый день.
Волк стоял на четырех лапах, по серо-коричневой шкуре вдоль хребта тянулась темная полоса. В пасти виднелись острые зубы, но он широко улыбался.
Красная Шапочка не отличалась ни глупостью, ни глухотой и прекрасно помнила, что мать много раз предупреждала, как опасно встретить в лесу волков.
Она знала, что перво-наперво от них нужно держаться подальше. Она знала, что, если волк вздумает напасть, бесполезно притворяться мертвой. Это может спасти тебя от медведя, но не от волка.
Она знала, что бежать не имеет смысла, потому что тогда волк поймет, что ты самая подходящая добыча, и, кроме того, волки бегают намного быстрее людей.
И она знала, что можно пошуметь и помахать руками и ногами в надежде, что волк испугается и убежит.
Но ничего такого Красная Шапочка не сделала. Хоть мать и предупреждала ее, но перед ней явно стоял необычный волк. Он был не только дружелюбно настроен, но еще и разговаривал и притом складно, и потому Красная Шапочка не испугалась, а как хорошо воспитанный ребенок вежливо ответила волку, когда тот спросил:
– Куда ты идешь так рано, Красная Шапочка?
– Я иду к бабушке.
Ей не пришло в голову, что одно дело, когда волк умеет говорить, и совсем другое, когда ему известно твое имя.
– А что там у тебя под передником? – спросил волк.
– Пирог и вино, – ответила Красная Шапочка и показала угощение, которое несла бабушке. – Пирог мы испекли вчера, бедная бабушка болеет, как и многие, поэтому мама попросила меня отнести ей немного еды, пока она не может встать с постели.
– Прекрасная мысль пришла в голову твоей маме, – пришел в восторг волк, и у него самого появились замечательные мысли. – А где же живет твоя бабушка?