- С мамой спорить нельзя, - кивнула ему Искорка. - Так папа говорит.
Решив, что рассказывать, если хочу получить помощь, всё равно придётся, а возможно подруга жены мне ещё и подскажет что-то, я начал говорить, вспоминая с того момента, когда увидел Вету ещё ребёнком. Лиза слушала внимательно, не перебивая. Иногда кивая, непонятно даже, моим словам или каким-то своим мыслям.
- А теперь давай, я тебе расскажу, как всё это выглядит с другой стороны и не твоими глазами. - Хмыкнула, сложив руки на груди Лиза. - Ты, неизвестно кто и откуда. В моём понимании вообще персонаж фольклора. И поверь, я ещё крайне спокойно реагирую на всю эту дичь, потому что за те пять лет, что прошли здесь с момента исчезновения Уголька, я уже и в чёрта готова поверить, лишь бы знать, что она жива, здорова и всё у неё лучше всех. Ты вырвал мою подругу отсюда, где у неё был и достаток, и положение, и близкие ей люди, потому что так решил, её мнения и желания ты не спрашивал. Притащил непонятно куда, но место однозначно опасное. А самое главное, ты почему-то решил, что имеешь право сам единолично принимать решения, касающиеся вас обоих. Ты полагаешь, что Светка не поняла, что её появление у этих ваших самок восторга не вызвала? Но ты выбрал врать, скрывать и изворачиваться. Причём прикрывал свои гуляния опасностью своей работы. В глазах Уголька, пока она переживала за тебя и сходила с ума от волнения, ты развлекался со всякими... Я бы сказала кого, но здесь ребёнок. Так что ты не просто обманул и предал, ты заставил Свету чувствовать себя дурой. А это не то, что легко забыть или простить. Я прекрасно понимаю, почему она решила от тебя уйти. Вот только либо она решила, что здесь ты её найдëшь, либо на эмоциях перепутала дверь. С того дня как она исчезла, я её не видела.
- Но... Может вышла не здесь? Переход изменил точку выхода? - вслух думал я. - Если она появится, передайте ей мой рассказ. Я сам ещё всё расскажу, и всё вообще не так, как получается она поняла... В любом случае, теперь я или отец будем часто сюда заглядывать.
- Дорогая, ты всё не так поняла, да? - усмехнулась Лиза. - Более идиотского разговора и представить сложно. Ну да Света сама все точки расставит. А вот второй момент... Ты мне тут полчаса рассказывал, какой бардак у вас там и змеиное кубло, а ты мне предлагаешь вырастить дочь и отправить к вам? На пожизненно и без права переписки?
- Илитари, вы не понимаете значения... - попытался влезть в наш разговор отец.
- Один вопрос. В твоём доме есть фонтаны? - мягко улыбаясь спросила Лиза.
- Да, но... - ответил отец.
- Но выход там же, где и вход! - махнула рукой Лиза, даже не став слушать какие-либо объяснения.
А злить мать предназначенной не отважился даже мой отец.
Глава 28.
Глава 28.
Светлана.
Переход оставил странное ощущение, словно я прошла через тонкую завесу из холодной мокрой ваты. Но это нисколько не остудило той обиды и злости на себя, которые горели внутри. Я вытерла слëзы и пошла на просвет впереди, думая как я буду объяснять Лизе, каким образом я пропала из её бани в одной простыне, и вернулась в кружевном халате. Задумавшись ненадолго о том, что не знаю, сколько времени прошло с момента моего исчезновения и помнит ли ещё обо мне Лиза, я остановилась.
Даже сама не заметила, как стала обрывать ягоды с куста дикой чёрной смородины. Аромат ягод напомнил об Имарате. И тут же одëрнула сама себя. Нашла о ком вспоминать. Пусть и дальше веселиться со своими козами! Меня это всё больше не касается.
Отгоняя непрошенные мысли, я посмотрела вверх. После вечной ночи Хребта, голубое небо и солнце были удивительным зрелищем. И слишком ярким, каким-то неуютным. С удивлением отметила, что дневное небо мне не нравится. Словно оно вдруг потеряло всю глубину. Хотя и голубым именно сейчас его было сложно назвать.
- Наверное закат... Что-то слишком красный он сегодня, - произнесла я, пытаясь заново привыкнуть к меняющему свой цвет небу. - Как-то тревожно, когда небо такое красно-сиреневое.
Тем не менее, от холода и переживаний меня начало уже потряхивать, и я решила, что пора уже идти к теплу.
Я шла в широкий просвет между деревьями, уверенная, что там дом Лизы и её семьи. Вот-вот должна была появиться и приснопамятная банька. Но просвет становился всё шире, уже кажется и голоса слышатся, а баньки всё нет, и даже крыша не мелькает среди стволов.
К источнику разговоров я вышла неожиданно. Вроде только что по тропинке среди деревьев, а уже стою на краю лесной опушки. Никаких домов и бань и рядом нет, а вот несколько костров, лошади, повозки с клетками, в которых сидят люди. И почему-то я сразу поняла, что это не розыгрыш и не ребята, занимающиеся реконструкцией давних исторических событий.
Моё появление не осталось незамеченным. Разговоры стихали, в мою сторону оборачивалось всё больше голов.
- Кто тут жаловался на холод? Сейчас согреемся, - ощерился щербатой улыбкой один из тех, кто сидел у ближнего ко мне костра.
Дожидаться того, что произойдёт дальше, я не стала. И так было понятно, что мне скорее всего такая встреча ничего хорошего не предвещает. Я развернулась и со всей скоростью, на которую была способна, понеслась обратно в лес. Крики и топот за спиной дали понять, что за мной погоня и так просто меня отпускать никто не собирается.
Я бежала со всех сил, не разбирая дороги, не обращая внимания на ветки, что цеплялись за волосы и хлестали по телу, на траву, обжигающую ноги. И даже мыслей о том, куда я попала, и что теперь делать не было. Только желание как можно быстрее оторваться от преследования и оказаться как можно дальше отсюда.
В какой-то момент, земли под ногой не оказалось, может яма какая-то или старая размытая нора. Но я упала и по моим ощущениям прокатилась кубарем несколько метров, врезавшись в кучу чего-то едко воняющего.
Куча зашевелилась и развернулась, показывая старое, изъеденное гнойными язвами лицо. Подслеповато прищуренные, но необычно яркие, голубые глаза, внимательно рассматривали меня несколько мгновений. Потом незнакомка вскинула голову, как и я услышав мужские крики и топот. Ничего не говоря, она откинула полу своего плаща, видно сшитого из разных тряпок.
Я ждать повторного приглашения не стала. Не обращая внимания на неприятный вид и отвратительный запах, я сжалась в комок, прижимаясь к незнакомке. И надеялась, что ворох вонючих тряпок станет для меня спасением.
Очень скоро гул погони приблизился настолько, что распался на десятки звуков. И вдруг всё стихло.
- Эй, гнилушка, куда девка побежала? - вдруг спросил кто-то из преследователей.
- Что-что? - еле спросила моя спасительница, еле ворочая языком.
- Похоже у этой прокажённой уже и язык гниет, - брезгливо бросил кто-то ещё. - Я же говорил, что не туда свернули. Чего это девка к дороге рванёт? Явно же, что к зарослям у болота побежала, надеясь, что в болото за ней не полезем.
- Так может бабка ещё не сообразила своими стухшими мозгами, что отвечать? - гнусаво захихикал голос слева от меня. - Давайте я её расшевелю? О, кажись в горб попал!
Судя по шуму и тому, как шевелилась старая женщина, тот кто смеялся тыкал её палкой.
И вдруг у меня над головой раздался дикий и болезненный визг.
- Руку! Руку! - всё так же гнусаво выл голос.
- Не смей! - прогремело просто громом где-то в вышине.
Сила этого голоса была такой, что я сама по себе вжала голову в плечи, хотя до этого мне казалось, что я и так сложилась втрое.
- Князь, вы просто так отрубили руку воину императора, - как-то неуверенно произнёс кто-то.
- Зато эта рука больше никогда не поднимется на старость и без того побеждённую болезнью. - Пророкотал новый раскат грома. - Понятно, отчего император не может выиграть войну с Тер-ли-Осаном. Куда уж, если у него это считается воином. Или вы сбежали из военного обоза? Что вы делаете в стороне от дороги?
- Деееевку ищут, - протянула старушка.
- Какую девку? - тут же прогремел голос.
- Да бабка ополоумела, какая девка в лесу? Тем более здесь? Мы бунтовщиков везём, на войну. Лагерем недалеко встали. А это осматривались, граница же рядом. - Зачистили мои преследователи, видно этого князя, любителя рубить руки без предупреждения, здесь все знали и боялись.
- Вот и гоните вперёд, отчего это вы так устали, что привал решили устроить? Со дня на день штурм стен крепости будет. - Прогнал князь с громовым голосом моих преследователей.
Недолгая тишина и нарушивший её тяжелый вздох.
- Я вижу, что тело твое давно дом для хвори. Прими мой удар, как избавление от телесных мук, - глухо произнёс князь.
- Иди своим путём, князь. И пусть хранит тебя пламя. А мой путь не тебе обрывать! - прокряхтела моя спасительница.
- Так я не со зла, я милость хотел тебе оказать, - хмыкнул князь.
- Вот как-то без твоей милости до сего дня прожила, и дальше проживу, - куда живее отвечала старушка.
- Ну смотри, выбор твой. - Ответил ей князь.
Долгое время я прислушивалась, боясь выдать себя лишним вздохом. Поэтому резко сползшие с меня тряпки даже напугали.
- Пошли, лесная гостья, подальше отсюда да за надёжными стенами поговорим. - Быстро произнесла она. - Хорошо, что сегодня далеко идти не пришлось.
- Нам долго идти? - обхватила я себя руками, стараясь согреться.
- Ну не у дороги же я живу, - вздохнула старушка. - Пойдём уже, пока ещё кто не нагрянул. Со злом или вот, с милостью.
Мне показалось, что плутали мы часа два. Я только иногда ловила себя на мысли, что я за бабушкой еле поспеваю. Вышли мы то ли к низкой горе, то ли к высокому каменистому холму, к которому приклеилась почерневшая от времени избушка развалюха.
- Голову опусти! Тут притолка низкая, - предупредила меня моя спасительница, тяжело переступая через высокий порог.
В нос ударил спëртый запах давно непроветриваемого помещения. Тьма в углу зашевелилась, сверкнула яркими искрами глаз и опустилась на руки старухи, превратившись в крупную летучую мышь. Шумно втянув воз