— До сих пор не могу поверить, что она так поступила! — наконец, выдохнул Лоренс. — Мне она казалась такой милой девушкой.
Я лишь хмыкнул.
— В самой милой девушке может скрываться демоница. Уже успел это понять. Лучше не обманываться на этот счет.
— Только не в Арьяне! — убежденно возразил Лоренс.
Я промолчал, не став говорить, что и объект его симпатии тоже далеко не подарок. Хотя, конечно, особой подлости за Арьяной я никогда не замечал. Хочется верить, что сестра бы никогда не поступила так, как ее подруга.
— Она вообще пришла в негодование из-за поступка Иланы, — сообщил мерл Тарлед. — Ты-то ушел, а мы потом еще с Иланой разговаривали. Арьяна даже накричала на нее. В итоге они рассорились.
— Надо же! — если честно, был удивлен. Думал, что при выборе между мной и Иланой она примет все же сторону последней.
— Арьяна считает, что лерра Артримор поступила низко.
— Значит, она поверила не ей, а мне? — уточнил я.
— Арьяна призналась, что Илана и правда вела речь про то, о чем ты говорил. Планировала развлекаться в Академии по полной, на что она сама смотрит резко отрицательно. Да и вообще ей все меньше нравится то, какой стала Илана. Так что она всерьез думает о том, чтобы вообще прекратить с ней всякие отношения. Подобными скандалами Илана ведь может бросить тень и на нее.
Я задумчиво кивнул. Что ж, сестренка приятно удивила!
Тут принесли заказанного нами тушеного гуся, и мы на какое-то время замолчали, отдавая дань вкусной еде. Только когда насытились, вернулись к обсуждению.
— Так что тебе удалось узнать, Бастиан? — спросил Лоренс. — Что за фрукт этот мерл Соллин?
— Опытный бретер, который, по сути, этим и зарабатывает, — помрачнел целитель. — За определенную сумму выступает на академических и не только дуэлях вместо других людей. Он силен. На его счету уже около тридцати побед. Причем некоторые с очень серьезными противниками. Берет он за свои услуги прилично. Насколько я слышал, только за участие — пятьсот золотых. А в случае победы — тысячу. Ну и плюс все расходы на целителя за счет нанимателя.
— Понятно.
— Неужели Илана заплатила ему за то, чтобы тебя вызвал? — Лоренс покачал головой. — Арьяна, конечно, говорила, что ее отец богат, но он наверняка контролирует траты дочери.
— Полагаю, заплатил Соллину кое-кто другой, — невесело усмехнулся я. — Разве ты не заметил Палмера Дармента за спиной у Соллина?
— Заметил. Но тогда не придал значения, — пробормотал лерр Тарлед. — И чего он только на тебя взъелся? И мне ведь, помнится, предлагал шпионить за тобой!
— У Дарментов с моей семьей давнишние счеты, Лоренс, — не вдаваясь в подробности, произнес я. — Полагаю, о том, чей я сын, они точно уже знают.
— Тогда ясно. Может, скажешь, наконец, и нам, кто твой отец?
Поколебавшись, я все же решил, что скрывать и дальше будет глупо. Во-первых, я уже достаточно доверяю и Лоренсу, и Бастиану. Во-вторых, отец, судя по всему, намерен снова включить меня в семью. Так что рано или поздно мое имя выплывет наружу. Причем, скорее рано, чем поздно. Отец сюда приедет всего через пару месяцев.
— Тирр Велдон Мергрес, — отхлебнув из кружки с травяным отваром, проговорил я.
Воцарилась тишина. Друзья смотрели на меня широко открытыми глазами. Бастиан даже икнул от полноты чувств.
— Постой… — Лоренс, с трудом подбирая слова от волнения, произнес, — ты брат Арьяны?!
— Ага, — невозмутимо отозвался я, даже наслаждаясь моментом.
Все же на такую сильную реакцию не рассчитывал!
— Но она даже виду не подавала… — растерянно сказал друг.
— Потому что она меня просто не узнала, — усмехнулся я. — Магия во мне проснулась лишь этим летом. И она же по какой-то причине очень сильно изменила мою внешность. Арьяна с Иланой уехали из замка до того, как это произошло.
— Постой, Илана тебя тоже, выходит, знала раньше? — совсем уж растерянно произнес Лоренс.
— Более того. Она считалась моей невестой, — добил я его.
Бастиан шумно выдохнул, глядя на меня расширенными глазами. Лоренс же вообще впал в какую-то прострацию. Наконец, с трудом выговорил:
— Почему ты им не признался?
— Знаешь ли, у меня с сестрой и ее подругой были не самые теплые отношения, — я усмехнулся. — И это еще мягко сказано! Илана меня чуть на тот свет не отправила, кстати. Да и вообще мне показалось это забавным.
— Да уж… — только и смог сказать Лоренс. — Насчет Иланы, может, и к лучшему. Не хочу, чтобы рядом с Арьяной находилась такая особа. Но сестре ты все-таки должен сказать правду!
— Пока нет, Лоренс. И попросил бы все-таки вас обоих сохранить мою тайну. Понимаю, что тебе будет трудно, — я пристально посмотрел на лерра Тарледа. — Но это вопрос доверия. Можешь считать это проверкой нашей дружбы.
— Я понял, — он вздохнул. — Можешь не переживать. Хотя, конечно, буду себя чувствовать при этом не лучшим образом, обманывая Арьяну.
— Ты не станешь ее обманывать. Просто умолчишь о некоторых тайнах своего друга. К тому же моя тайна перестанет быть таковой уже через пару месяцев. Насколько понял, насчет моего изгнания там еще не все так однозначно. Могу тебе пообещать, что если верну свое положение, то о тебе не забуду. Как и о Бастиане, — я кивнул в сторону целителя, который вообще, казалось, дар речи утратил.
Лоренс посмотрел на меня как-то по-новому, потом вдруг произнес:
— Знаешь, я бы с радостью поступил на службу к такому тирру, как ты.
Я даже смутился.
— Что ж, мне приятно это слышать, Лоренс. Как и я с удовольствием возьму тебя на службу, если буду иметь такую возможность. Но в первую очередь ты для меня друг, это самое главное.
— Скажи, ты ведь своего отца знаешь лучше, чем кто бы то ни было, — когда первый шок после случившегося прошел, задал лерр Тарлед давно мучивший его вопрос. — Как бы он отнесся к тому, что безземельный лерр попросил руки его дочери?
И вот что ему говорить?
— Скажу честно: мой отец человек непростой. Ты об этом и сам наверняка мог понять по тому, что я предпочел изгнание. Но все в твоих руках. Сумеешь доказать, что достоин Арьяны, он может и сменить гнев на милость. У тебя хороший магический потенциал. Лучше чем у многих. По окончанию Академии можешь стать очень сильным огненным магом. Уже одно это немалый козырь. Ну и, кто знает, чем все обернется дальше и какие у тебя появятся шансы за те годы, пока будешь учиться. В общем, все в твоих руках.
Лоренс с серьезным видом кивнул, а я понял, что он теперь в лепешку расшибется, но постарается доказать, что достоин породниться с Мердгресами. А я, в свою очередь, помогу чем смогу.
Глава 34
С тех пор как Никред Арсар приобрел в аренду земельный участок неподалеку от столицы, стая почти все свободное время проводила именно там. Мелисса не была исключением. Ее воспринимали уже почти что как свою. Сам принц не раз давал понять, что намерен ввести девушку в свою семью в качестве младшей жены. Мелисса пока не высказывала по этому поводу ни особого восторга, ни протеста. Сочла за лучшее ко всему присматриваться, давая себе возможность отступить, если станет слишком опасно.
За те дни, что общалась с компанией себе подобных так близко, многое узнала про их обычаи и традиции. То, как они воспринимают мир. Ей, воспитанной среди людей, а про родной народ знающей лишь из рассказов матери, многое было чуждо. Закон силы — у оборотней он действовал куда более жестко, чем у людей. Даже их иерархия базировалась именно на этом законе. У власти — самый сильный клан, выгрызающий себе место среди остальных и постоянно вынужденный доказывать, что по праву занимает свое место.
Даже в семейных отношениях действовал этот закон. Место главы мог оспорить любой родич, бросив вызов на поединок. Причем подобные поединки необязательно заканчивались смертью кого-то из участников, если побежденный приносил клятву служения победителю. И эта клятва считалась священной для оборотней и не могла быть нарушена. Если же такое случалось, нарушитель навлекал позор не только на себя, но и всю свою семью. Иногда доходило до полного истребления всего рода. Конечно, речь именно о поединках, на которых доказывали право на власть. Обычные же стычки и дуэли между горячими головами не заканчивались произнесением клятв. Зато на кон порой ставилось имущество кого-то из дуэлянтов или спорный предмет. Порой даже женщины, на которых претендовали оба поединщика.
Женщины занимали зависимое положение и не имели особых прав. Хотя это не мешало им грызться между собой за расположение более сильных мужчин. Статус старшей жены давал кое-какие привилегии и право диктовать свою волю в некоторых вопросах младшим. Но и тут счастливице не стоило зарываться. Ничто ведь не мешало младшей взбунтоваться и попытаться улучшить свое положение, показав свою силу. Причем мужчины в бабские разборки не вмешивались. Главное, чтобы не доходило до серьезных увечий и тем более смерти. В подобном случае виновница и сама могла огрести по полной уже от мужа.
В общем, сложно у них там все. И слабым в обществе оборотней, определенно, приходится несладко. Даже если ты сам уступаешь в чем-то, нужно обзаводиться сильными союзниками и друзьями, которые прикроют твою спину в случае необходимости. Поэтому наличие стаи — это еще один фундамент, на котором зиждется общество оборотней. В ней тоже своя иерархия и правила, которые Мелиссе пришлось усвоить. Все подчиняются вожаку, но он, в свою очередь, обязан защищать любого из своих. Предательство или неподчинение жестоко караются.
Чем больше Мелисса узнавала про традиции своего народа, тем меньше ей хотелось становиться одной из них. И все же желание отомстить удерживало от того, чтобы уже сейчас прекратить свою игру. Пусть она и понимала, что оно может привести к самым непредсказуемым последствиям.
Но было кое-что, что Мелиссе все же нравилось в среде оборотней. Меньше условностей и больше свободы проявления себя. Так никто не требовал от нее полного соблюдения этикета и пресмыкательства перед теми, кто выше по положению. Она запросто общалась с Никредом и остальными, кто имел более высокий титул, чем она. А еще, с приобретением принцем логова для себя и своих свитских, девушка получила возможность принимать звериную ипостась и вдоволь прогуливаться в находящемся на этом земельном участке небольшом леске. Слугами принца была даже сооружена небольшая деревянная постройка рядом с лесом, где можно было оставить одежду, а потом забрать ее.