— А и не надо. Вы меня ему представьте, — предложил я.
— А ты наглый, — даже с некоторым уважением сказал полковник.
— Дмитрий Максимович, а что делать? Нас несправедливо лишили олимпиадных мест, а «Крылья» — самая хорошая школа. Попасть туда я могу теперь только через соревнования.
— Это не единственная хорошая школа. Могу помочь с поступлением в любую другую, — оживился полковник.
— Я в другую не хочу, хочу в эту. Считайте это моей прихотью.
В некотором роде оно так и было, потому что в плане учебы эта школа дать мне ничего не могла, а вот в плане завязывания нужных знакомств — очень даже. Вести жизнь изгоя я не планировал.
— Да что ты так в эти «Крылья» уперся, — с досадой сказал полковник.
— Там учится мой брат по отцу. Чем я хуже?
На самом деле, для меня это никакого значения не имело, но в глазах полковника появилось понимание причин моей принципиальности.
— Комплексы, — протянул он с гадкой усмешкой.
— А если и так?
— Изживать нужно.
— Вот я и изживу с вашей помощью. Вы же представите меня императору?
— Ты как это себе представляешь? «Ваше Величество, вот мой лучший друг Славочка Елисеев»?
— Если других вариантов нет, согласен и на друга.
Полковник взялся за ворот так, словно тот внезапно стал ему тесен, и покрутил головой.
— Наглость — хорошее качество, когда она подтверждается делами. Все кланы, стоящие у трона, заработали свое место не по дружбе, а деяниями, направленными на благо страны. Если я тебя так представлю во дворце, как ты предлагаешь, вышибут оттуда обоих. Для тебя ничего не изменится, а вот для меня… Для меня скандал, который ты можешь инициировать, предпочтительнее, знаешь ли. После него я могу остаться на своем месте, если докажу, что действовал так по необходимости, а я докажу, поверь. А вот если я буду таскать во дворец сомнительных типов, вылечу со свистом, и не просто вылечу, а по статье, без пенсии.
— То есть чтобы вы меня представили императору, я должен сделать что-то выдающееся?
— Именно. Задержание моих людей у тебя в доме к таковым не относится.
— А если я очищу все под куполом, Дмитрий Максимович? Будет ли это считаться деянием?
Полковник хохотнул, но как-то неуверенно, словно заподозрил, что это действительно в моих силах.
— Разумеется, Ярослав. Тогда я буду иметь право представить тебя ко двору. Осталось только очистить поместье Вишневских.
— Хорошо, я вас понял, Дмитрий Максимович. Давайте тогда вы мне передаете триста тысяч, оставляете свой номер телефона, забираете своих подчиненных, и мы временно расстаемся.
— Не многовато-то ли хочешь? — засопел он.
— Это обычная такса для воров, задержанных в моем доме, — любезно пояснил я. — Не могу же я ценить офицеров Императорской гвардии ниже, чем захудалого районного воришку?
Так-то я даже выше оценил, о чем говорить не стал, чтобы не развивать в собеседнике мании величия.
— И что, приносят? — неожиданно заинтересовался полковник.
— Приносят, — усмехнулся я настолько хищно, насколько это позволяли мои внешность и возраст. — И не переживайте вы так за деньги, я их вам верну, когда вы меня императору представите.
— Сомневаюсь, что это случится, но если что, добавишь двести тысяч. — Он вытащил визитку, богато украшенную золотыми вензелями. Деньги с ней вместе не появились. — Давай так, Ярослав. Очистишь поместье, звонишь и разговариваем дальше.
Он встал с дивана и скомандовал:
— Пойдем, отпустишь моих людей.
— Вы мне деньги пока не заплатили.
— Ты же уверял, что они ко мне вернутся? Вот пусть возвращаются сразу.
— Нет, Дмитрий Максимович, так не пойдет, — твердо ответил я. — Вы мне сейчас платите триста тысяч, я вам потом полмиллиона. И это залог того, что вы не лезете в мои дела, а я в ваши.
— Да нет у меня при себе таких денег, — раздраженно сказал полковник. — Не собирался я тебе платить. Поверишь на слово, что останусь должен и к тебе мои не полезут? Зато приносить придется всего-то двести тысяч. Экономия.
Он мне подмигнул и протянул руку. Я ее пожал, не раздумывая, одновременно бросив на него метку. В случае чего легко будет дотянуться. Усомниться в полковничьем слове я себе позволить не мог. Во всяком случае внешне, внутренне-то я этому жуку не верил ни на гран.
— Хорошо, пусть будет так.
Полковник удовлетворенно кивнул и пошел к лестнице. На ближайших пару месяцев у нас перемирие, но потом опять будут пробовать меня на прочность. Значит, нужно заняться поместьем сразу после перехода на ступень: и чтобы доказать, что я что-то значу, и чтобы купол не служил источником соблазна для всяких сомнительных личностей.
Духу я приказал отпустить пленников, когда мы были уже внизу. Упали они с грохотом — за время висения конечности затекли и отказывались слушаться.
— Позорище! — загремел полковник. — Вас, опытных боевых магов, спеленала какая-то жалкая стена! Вам не в Императорской гвардии служить, а в яслях горшки выносить!
Его подчиненные мало чего понимали и стояли, пошатываясь, как после длительной попойки. Вверху сыто рыгнул дух. Настолько сыто, что полковник это почувствовал и зашарил взглядом по потолку. Увидеть, разумеется, никого не увидел, но точно что-то заподозрил. От расспросов меня спас приход мамы с Олегом.
— Вера Дмитриевна, мое почтение. — Полковник продемонстрировал настолько бравую выправку, насколько это было возможно при его комплекции. — Императорская гвардия, Ефремов, Дмитрий Максимович.
— Что случилось, Дмитрий Максимович? — испуганно спросила мама. — Что опять устроил Ярослав?
— Ярослав что-то устроил? — полковник в изумлении приподнял брови. — Никогда бы не поверил. У вас чудный воспитанный сын. Мы беседовали о его планах относительно поместья Вишневских.
— Елисеевых, — поправил я. — Пора привыкать к тому, что это поместье Елисеевых.
— Разумеется, — он улыбнулся и перевел огонь на отчима. — Олег Павлович, если не ошибаюсь?
— Не ошибаетесь, — настороженно ответил тот.
— Говорят, вы лечите зубы каким-то инновационным методом, безболезненно и без сверления? Слухи не врут?
— Не врут. Технология разработана Ярославом.
— Да ты прямо на все руки мастер, — повернулся ко мне полковник.
— Идеи приходят в голову сами, я только их реализую. На самом деле, это не самая сложная технология. Можно сказать, базовая.
— И насколько эта технология безопасна?
— Она прекрасно себя зарекомендовала, — ответил вместо меня Олег.
— Хотелось бы убедиться лично. — Полковник сделал знак наконец пришедшим в себя подчиненным и те по стеночке начали двигаться к выходу. — У вас найдется время меня сейчас принять?
Олег перевел взгляд на меня. Я кивнул. Полковник был мне нужен, так почему не пойти ему навстречу?
— У нас высокие расценки, — с намеком сказал отчим. Тратить свое свободное время на какого-то там полковника, пусть и Императорской гвардии, он не хотел.
— Неужели вы не сделаете скидки защитнику отечества? — прогудел укоризненно полковник.
Гвардейцы наконец добрались до двери и рванули в нее с энтузиазмом утопающих, перед которыми забрезжила возможность спастись. Олег удивленно на них оглянулся, полковник же притворился, что все идет так, как надо. Я тоже сделал вид, что не происходит ничего особенного. Подумаешь, императорские гвардейцы от нас удирают. Так мы их чаем поить и не собирались.
— Скидки у меня были только первую неделю, — ответил Олег. — Я и без того практически в убыток себе работаю.
— Может, тогда передадите счет Ярославу? — предложил полковник. — У нас с ним система взаимозачетов.
Я еле заметно качнул головой, и Олег меня понял.
— Что вы, Дмитрий Максимович? Это у вас с Ярославом может быть система взаимозачетов, я же работаю только за деньги. Если у вас нет возможности оплатить мои услуги, приходите, когда она появится.
— Что ж, один зуб я себе могу позволить, — решил полковник и царственно скомандовал: — Идемте.
Олег обреченно вздохнул. На этот вечер у него были свои планы, и полковники туда не входили. Но деньги, которые заплатит пациент… Но реклама, которую он нам сделает… Возможно, именно лечение зубов заинтересует императора куда сильнее очистки поместья Вишневских?
Глава 36
Полковник Императорской гвардии ушел довольным, потому что Олег вылечил ему зуб, в котором уже ничего своего не оставалось, только корни и кусок оболочки, и тот небольшой. Лечение шло больше часа, и за это время из зуба чего только не повылетало, включая металлический штифт. Все это Олег аккуратно собрал в пластиковый пакетик и вручил пациенту. Энтузиазм пациента немного приутих, когда он увидел счет, но Олег подсластил пилюлю, заявив, что на второй зуб будет скидка, которая может еще увеличиться, если пациент поделится маной, нужной для работы устройства. Полковник важно сказал, что он подумает, и ушел, с явной насмешкой бросив на прощание, что надеется меня вскоре увидеть с хорошими известиями.
Смех смехом, но когда я просканировал себя, выяснил, что не только раскачался больше запланированного, но и почти уперся в потолок кача. А окончательно уткнусь через пару дней. Скорее всего, сыграла свою роль стычка с гвардейцами у купола. Да и усиление купола мне тоже непросто далось. Там рывок, тут раскачивание — и получился результат, более чем достаточный для поступления в «Крылья Феникса», если бы не было других препятствий.
А для меня это сейчас означает, что можно уже планировать ритуал ступеней, от прохождения которого так много зависит. Недолго думая, я набрал номер нашей единственной целительницы, пока неумелой и немного ущербной, но другой все равно не было.
Когда я сказал Ане, что собираюсь в эти выходные проходить ритуал ступеней, полнейшей неожиданностью для меня явилось испуганное:
— Я одна? Без страховки? Ой, нет. Ярослав, я не справлюсь. Нужно, чтобы хоть кто-то был рядом.
— Сергей тебя устроит?