Что за невезуха?! Неужели Ксения устроила охоту на ментов?!
Тут рывком открывается дверь… Растрёпанная Ксюха и, походу, у неё ладони в крови, сразу в тряпку вцепилась, а мне кричит:
– Проснулся? Давай, быстро Петровича набирай. Тут не до стеснения. Ребята в аварию попали. Пассажир, вроде, ничего. Очухается, а вот водиле, пацану молодому в сержантских погонах, не хило досталось! Да и зажало его немного, пришлось так перевязку делать.
– А почему Петровичу звонить, а не ментам и в скорую? – туплю спросонья я, – Да и МЧС поднимать надо, если парня железом помятым зажало.
– А подумать? – зло спрашивает Ксения – Менты в аварию попали. Вроде, кто из шишек ГИБДД. Полковник целый. Явно не простой инспектор. Представляешь, какая шумиха будет, когда и репортёры налетят? Парень трезв, просто, видно, заснул за рулём. Полкан, не спорю, подшафе, но не критично, хотя и пребывает пока в нирване, так и не очнулся, но у него видимых повреждений нет. Может только сотрясение заработал. А потому, набирай Петровича, я с ним сама переговорю!
Насыщенный денёчек! То стрелялки с последствиями устроили, то миллионы выиграли, но денег не увидели, а теперь, явно от этого ДТП мазаться придётся. Хотя, Ксюха права, если есть возможность, то лучше попытаться разрулить проблему через командира центра Россгвардии – у него по определению связей в городе больше.
Так и оказалось. Несмотря на ранний звонок, в проблему Петрович вник мгновенно.
Команда «ждите», и уже минут через сорок у нас было не протолкнуться. Менты наехали, скорая, пара машин МЧС…
Но, видно, все знакомы между собой, а ещё через полчаса и наши новые знакомые нагрянули.
– Ну, везёт же вам! – смеётся Серёга. Командир его что-то там с ментами перетирает. – Зам начальника краевой. Вроде нормальный, кстати, дядька, не барыга в погонах. С водилой тоже устаканилось. Врачи сказали, профессионально помощь оказана! – смотрит на Ксюшу. – Спасибо, красавица.
О чём-то они там опять болтать начали, а меня, реально, в сон клонит. Не спал сутки, а ведь я не молод, в отличии от остальных. На заднем сидении внаглую завалился, и, под весёлый бубнёж ребят, провалился в объятия морфея.
В общем, те сутки я запомнил навсегда, да и последствия были, я вам скажу…
Каждое наше посещение тира и стрельбища Россгвардии, сопровождалось весельем, стрельбой до одурения, а потом нехилой пьянкой. Ксюша попросила проводить стрельбы в четверг. И командор её просьбе уступил, скорректировав с начальником штаба планы боевой подготовки. А я ведь знаю, столько для этого надо перелопатить бумаг и сколько это писанины, а всё из-за того, что Ксюхе понравилось ходить в театры!
Ладно, балет в Мариинском. Красиво и декорации классные. Красивые стройные девчонки ножками дрыгают – приятно глазу и музыка живая. Настоящий оркестр. Но оперы – это просто форменная пытка, особенно когда поют на иностранном. Но вот Ксюша, именно от опер, тащилась просто. Да ещё выбирала, в основном, чтобы пели на итальянском, испанском или французском. Говорила, что, конечно, в той же Италии, получше оперы Верди ставят, и ту же Кармен, но и удивлена была, что во Владивостоке высокое искусство так развито.
Досталось и театру Горького, но тут больше на комедии ходили, хотя, если честно, то этот театр вызывал жалость. Костюмы старые, сцена потрёпанная, декорации обшарпанные, единственно, классно ребята играют и, несмотря ни на что, их прекрасно приветствует зритель.
Вот каждую пятницу, субботу и воскресенье у нас культурное совершенствование. «Шум за сценой», «Тётка Чарлей», «Номер Тринадцатый» – ржали как кони, особенно от первого в списке спектакля.
Ксюшка отрывалась, и очень часто после таких походов до самого санатория дотерпеть не могла, и мы, прямо на трассе, под ночным небом Владивостока, при мелькании фар встречных и попутных машин, со страстью скидывали напряжение и эмоциональный настрой культурного просвещения, неудержимым развратным сексом!
Прекрасно! Бесподобно! Завораживающе!
Что радовало, особенно последние недели второго месяца отдыха…, у нас появился напарник в игре в волейбол, и потому мы стали чаще посещать после обеда спортзал комплекса санатория.
И этим напарником стал…
Вы не поверите, идём мы, значит, на обед, умиротворённые после измятой в хлам постели и пропущенного завтрака в воскресенье, и тут нас окликают.
Странный мужик, под ручку с красивой женщиной.
Я-то ничего не видел тогда, да и сонный был, а вот Ксюха сразу поняла, кто перед нами.
– Как ваше здоровье, господин полковник? Здравствуйте. И вообще, какими судьбами в военном санатории, когда рядом есть подобное заведение МВД под названием «Приморье»?
И тут я начинаю догадываться…
– Да вот хотел лично поблагодарить за спасение, а с вояками легко договорились. Мне какая разница кому за путёвки платить? – улыбается – А так, хоть со своей спасительницей познакомлюсь и с её спутником. Кстати, это моя жена…
А дальше знакомство, общение…
Классный мужик, простой, хоть и мент при больших погонах. К его радости, кстати, то дорожно-транспортное происшествие, особой огласки в СМИ не получило. Особенно, тот факт, что в момент ДТП полковник был немного пьян. Все довольны, в особенности Ксюша, да и я, на будущее, заимел неплохие связи в ментовке.
Так и проводили последние дни отдыха…
Лечение, спорт, по вечерам, либо стрелялки, либо культурная программа, причём жена полковника, да и он сам, почти всегда составляли нам компанию в наших развлечениях.
Я же ловил себя на мысли – да я же счастлив! Впервые за столько лет, я просто почувствовал, что такое настоящее, семейное счастье!
Наверное, от осознания того, что очень скоро всё это закончится, я начал хандрить, и первым лекарством, которое помогало от этой болезни, были конина и Ксюха, вернее её тело. Может, наверное, даже стоило бы поменять их местами. Ксения дарила мне тепло и ласку, коньяк – спокойствие, расслабленность и способность к спокойному лицезрению всего, что происходило вокруг.
Но когда-нибудь всё заканчивается, подходил и наш совместный отдых к концу. Первыми срулила чета милицейского, вернее уже полицейского полковника. Гулянку под конец устроили, просто отпад!
А вот потом…
– … прости, но меня вызывают.
До окончания отдыха ещё почти неделя, а тут…
Отчего-то Ксюша тоже грустная…
Ладно, понятно я, а она… ну уж точно не могла она в меня влюбиться, не тот я уровень для неё, да и такая дикая разница в возрасте!
– Вчера вечером звонок был. Я тебя расстраивать раньше времени не хотела.
А я усмехаюсь. А я-то думал, чего это ночью мне спать не давали! Такая ночь любви и никаких отступлений, в виде глупых, никому не нужных разговоров об отношениях, и вообще, о несправедливости жизни!
На завтрак не пошли. Некогда. Повалялись в постели, потом немного времени ушло у Ксюхи, чтобы привести себя в порядок. Собрать вещи, которые я отнёс в Крузак.
А потом:
– Я не люблю, когда меня провожают! – чуть не плача, произносит красавица, повиснув у меня на шее. – У нас с самого начала ничего общего быть просто не могло, но кто же знал, что весь отдых пройдёт так прекрасно! – уже всхлипы слышатся и что-то мокрое прижалось к моей щеке.
– Ты и раньше ведь сразу про это сказала. – тихо шепчу я ей на ушко.
– Но я же не знала, что расставание с тобой для меня окажется таким тяжким… Впрочем, как говорит мой дед, прощаться надо так же, как и встретились, а вот встретились мы с тобой…
И снова мелодия из смартфона…
Затемнённые плотными шторами окна, извивающееся в танце красивое юное тело, правда, в этот раз стриптиз был полный и одним минетом не обошлось.
Но вот и всё! Щёлкнул замок при закрытии входной двери, через пару минут рыкнул под окнами движком Крузак…
И резкий старт, с пробуксовкой. А я…
А я так и сидел с обалдевшим видом и спущенными штанами. И понимал – счастье закончилось, осталась впереди одна обыденность бытия…
– … У нас не столь много времени, – скалится, сидя в кресле напротив меня за столом в гостиной номера Иваныч.
Сегодня последний день. Пора съезжать, но до вечера я ещё в своём праве.
Четыре дня один.
Ну, как один? Почти один. Тут такое дело: Ксюха всё-таки была звезда. Все ломали головы, что же связывает такую буйную красотку и мужика под пятьдесят? Короче, местные дамы на меня смотрели с интересом, причём явно желали понять, что же такого, кроме денег, во мне нашла очаровательная особа, с которой был за эти два месяца знаком каждый сотрудник и отдыхающий санатория. Особенно не давала покоя моя непонятная тайна нашему лечащему врачу. Прикреплена была к нам врачиха бальзаковского возраста. Красивая, ухоженная, умная, и очень амбициозная особа. Вот как только прошёл слух, что я остался один, и стало известно, что Ксения съехала окончательно, вечером на чай ко мне зашла, находящаяся на дежурстве, мой медицинский ангел хранитель. Всё-таки два месяца отдыха и лечения – это срок. Причём, срок, не омраченный никакими перерывами. В общем, из моей кровати дама убыла только под утро.
Не знаю, что она там себе напридумывала и какие слухи поползли обо мне по санаторию, но факт остаётся фактом, я ни одну ночь, вплоть до убытия, так в одиночестве и не провёл. Дважды отметилась милый доктор, и ещё два раза отметились дамы из состава женской части отдыхающих и обслуживающего персонала, причём возраст последних явно не дотягивал до тридцати.
Видит бог, я и пальцем не шевелил, чтобы кого-то зацепить. Не ходил в клуб, в кино, и на танцы, даже волейбол забросил и на процедуры забил, впрочем, как и на принятие пищи! Как-то уж соскучился по простой докторской колбасе, шпротам и корейскому Дошираку. В общем, как говорили на зоне, бич обеды…
Но, основным моим топливом в эти дни, был усечённый запас конины. Большую часть остатка с собой забрала Ксюха, мне же было выделено по два фуфыря на каждый оставшийся день отдыха, ну а в день отъезда, я с удивлением увидел в окно утром парковавшийся под балконом наш внедорожник, с до боли знакомыми номерами. Не буду врать, у меня защемило сердце.