о просто попытаться её в своё пользование получить, или, на крайний случай, в аренду. Василич же как-то свои бунгало оформлял на себя? У него опыт есть – его и попросим эту тему провентилировать. И девочек своих спрошу, может, ещё кто не воспользовался своим правом… и даже тех, кто меня вот уже как месяц во Владивостоке ждёт.
Ждёт и всё никак дождаться не может!!! – усмехаюсь я.
Но сегодня никуда не поеду! Отосплюсь, выпью малость – и в баню!
Надо, кстати, девчонок попросить, чтобы затопили баньку… ну и сами приготовились.
Ненасытный «самэц» к ним едет, именно таким я себя сейчас и ощущаю!
Глава пятая
– Ры-ы-ы, ры-ы-ы-… рычит мотор.
Лесная дорога лесовозов. Разбитая напрочь, после прошедших дождей. «Тундра» несётся по ней, почти не сбавляя скорость, благо, подвеска позволяет, вот только всё равно жалко машину, но и тащиться с черепашьей скоростью мне просто не хочется.
Раннее утро…
Вырвался я всё-таки на простор, притом один. Один! Совсем один!
Василич так вчера и не вернулся, хотя ближе к полуночи и отзвонился, спрашивал, как я дошёл до села.
Нормально дошёл. Спокойно… никуда не гнал, всё думки думал.
А дома…
Катер у пирса. На канатах. Сигналка включена. Подобный брелок с управлением у Василича есть. В случае чего, уберёт сам яхту, если уж понадобится. Разгружаться не стал только мокрые вещи, немного отстиранные и вычищенные от экскрементов, в мешке решил домой забросить. Оружие в кейсах, только винчестер в кофре упакован. А так… ну не скажу, что я нагружен сверх меры.
Вначале в подземелье своё спустился. Оружие уход любит, но займусь я чисткой немного попозже. Переодеться надо бы, да и проголодался я что-то. Заодно и вещи в стирку отнесу. Теперь их не стыдно и сдавать. Ведь отмыл… почти.
По проходу из оружейки прямо до дома дошёл.
Вначале до санузла, и в ванную заскочил. В тазик пластмассовый вещи из мешка скинул и замочил со стиральным порошком. Потом в машинку стиральную закину…
Довольный пошел в сторону кухни, вроде, там кто-то шебаршится. Девчонки мою просьбу о бане выполняют и теперь, видно, ужином озаботились..
Коридор, поворот…
А вот и кух..
Ну, ничего себе, видок!
Я опешил.
Эх! Наверное, раньше бы не столь явно бы изумлялся и так отреагировал.
Ленка наклонилась о подоконник и что-то на улице во дворе рассматривает, а на плите, на сковородке мясо шкворчит..
Такой аппетитный задец!
Что-то мне вздёрнуло – явно вторая молодость просыпается.
А не об этом ли я мечтал сегодня, пока на катере до дома добирался?
Ленка с кем-то, оказывается, по телефону разговаривает.
Ну-ну! Не упускать же такой шанс пошалить!
Тихонечко подошёл, отложил снятую курку, которую держал в руках на стол, и обхватил прекрасную выступающую часть своей экономки.
Что удивило, визга почти не было, хотя явно испугалась.
Только вскрикнула немного, но поняв, кто сзади, выпрямилась и прильнула ко мне спиной. Причём, бесстыдница, так и не перестала по телефону разговаривать.
А дальше…
А дальше без особых комментариев, помню только, как начал расстёгивать на ней халатик, попутно целуя шейку и лаская одной рукой грудь.
А потом кухня, на довольно продолжительное время, превратилась в спальню.
Что я только не творил. И на столе, и на подоконнике, и даже кресло кухонное опробовали!
Это было что-то бесподобное, и самое смешное, что почти половину нашего безумства наблюдала, стоя в дверях кухни, её напарница!
В общем, оторвался. Будет теперь девчонкам, что в своих отчётах писать, вот только…
Я же раньше как-то, ну не очень…, проявлял инициативу.
Да, не спорю, познакомил девочек со своим младшим братом, что в штанах моих живёт, но так, без фанатизма, а теперь словно бес в меня вселился. Никак остановиться не мог. А ведь потом и баня была, и в бассейне отметились, а спать и вовсе завалились в комнате для свиданий, расположенной в бане, опробовав её жёсткий и такой удобный для этих дел раздвижной диван. До своей спальни так и не дотянул. Не дотерпел…
Девочки в шоке, да и я сам, если честно, тоже! Ну не ожидал я от себя таких подвигов.
Но, с утра, не будя никого, ведь вчера ещё предупредил, что мне с утра на выезд…
Тихонечко, выкатив из гаража «Тундру», покидал на заднее сидение вещи, кое-какие документы, прихватив к ним ещё и аргумент в виде «Бердыша» на внутренней, скрытной, подвесной системе, прикрытой курткой, и пустился в путь.
Хорошие воспоминания. Самому понравилось, словно разом пару десятков лет сбросил. И, что самое радостное, сердечко-то не колет – ведь и в парной я не раз был, и не просто был, а и шалили там, и даже попарился, с замоченными девочками, вениками, из веток дуба.
Мясо шло на ура.
Вино красное к нему тоже. Пить водку или «конину» не стал – мне же за руль с утра надо было, а проблемы с ментами на ровном месте мне точно ни к чему.
Фух… конец моим мучениям. Вышли на федералку, теперь можно реально притопить. И в Уссурийск успеваю заскочить, а потом и до Витька быстро добраться.
Девятый час… можно и на связь выходить, к тому же, она появилась. По лесу бывает – только экстренные вызовы могут сработать, и то не факт. Всё-таки тайга вокруг.
Солнышко светит. Птички, наверное, поют. Но я их не слышу – в салоне надрываются колонки, испражняя из себя всесильный шансон. Шуфик про «Третье сентября» мне душу изводит, но у меня сегодня настроение такое, немного сентиментально-лирическое, ну ещё бы, после такой то ночи! Я уже всех люблю в этом мире, а в том?
Настроение резко скакнуло вниз.
Проблемы…, одни проблемы.
Но, вот если разобраться, а на кой они мне сдались то? Сам себе их навязываю, а ведь можно…, можно и забыть за них. Сегодня девчонки ясно дали понять, что жизнь-то прекрасна. Какие тела, какие чувства, какие эмоции, а я опять себе голову забиваю непонятно чем!
С другой стороны, именно то, что попал непонятно куда, и главное, выбрался оттуда, и подарило мне эту волшебную ночь. Подумать только, даже шрамы рассосались, и здоровье вернулось, словно и не болел никогда. Спина не болит, суставы не ломит, даже обычного насморка нет. И как после этого забыть?!
Я вздохнул.
Взглядом повёл по обочине, проносящейся мимо.
Обычная местность для Приморья. Трасса несётся мимо, иногда и выщерблины есть и ямки попадаются, но для Тойоты это не проблема, стрелка уверено лежит на сто двадцати. Мне ещё таким ходом часа полтора, не меньше, идти, и это только до Уссурийска, а до Владика ещё минимум минут сорок лететь, хотя мне и поближе надо.
Трасса словно на горках – с холма – на холм, по бокам зелень пролетающего леса. Но уже не видать ни кедра, ни лиственницы – сплошной дубняк, но не такой, как на западе или на Кавказе – тонкий, раскоряченный во все стороны, но может, просто выпилили тут всё приличное. И кустарником вся обочина забита. Если и «приспичит» встать, то не пролезть. Сплошная зелёная стена по опушке растёт – особенность Дальневосточной Тайги.
А вот и развилка. Можно свернуть на Михайловку, а там и до Уссурийска всего километров пятнадцать останется, с другой стороны объездная…
Пара минут на обдумывание решения и…
Проезжаю мимо поворота на Уссурийск. Вначале серьёзные дела, а потом уже по магазинам прошвырнусь и на рынок китайский заеду, хотя…
Я и в Артёме могу глянуть, что у наших косорылых соседей есть интересного из ширпотреба, а потому, курс на Владик, тем более, толкаться в пробках на въезде в Уссурийск, ну очень мне не хочется.
Музыка кричит, Тойота летит, а я наслаждаюсь поездкой. Скорость и комфорт, ну что ещё надо для счастья?
Ну, для счастья вообще-то многое надо, и не всегда это многое есть под рукой у простого человека. У меня, вроде, есть, вот только любви нет. Хотя, по заверениям некоторых классиков, «любви все возрасты покорны», а я, в последнее время, стал маленьким гигантом большого секса.
И, если честно, то меня это очень радует.
О! Вот, вроде, Витёк проснулся. Смс пришла, что телефон подключён к сети. Есть у него такая привычка все средства связи на ночь отключать. Если среди ночи приходит сообщение, что он почему-то на связи, то можно со стопроцентной уверенностью говорить, что у Витька что-то случилось.
Но сегодня всё, как обычно. А потому, можно и предупредить.
– Чего тебе не спится, полковник? – вместо приветствия недовольный, не выспавшийся голос Витьки.
– Ты, как всегда! – смеюсь я, – с утра ещё не расходился.
– А-а, не бери в голову, – бурчит Витёк, – вчера под машиной пролежал полдня, и целый вечер, теперь вот спина не разгибается. Если бы не допинг, то вообще бы не встал.
– И сколько допинга было применено? – смеюсь я.
Допинг, в понимании Витьки, это минимум пузырь водки.
– Обычная норма, но качество – дрянь, а потому, жду тебя… полечиться мне надо.
– Не вопрос! Вопрос только в том, как у нас насчёт твоего родственника?
– Родственников, ты хотел сказать! – поправляет меня друган по зоне.
Я напрягся немного. То, что я захватил с собой, не стоит показывать большому числу зрителей.
– Вроде, разговор только о дяде шёл? – уточняю я.
– О дяде, но я же тебе говорил, что он сейчас почти не при делах, но заинтересовался. Я ему пообещал, что будет серьёзный заказ. И хорошо оплачиваемый! – объясняет Витька… – племяш мой, его сынуля, тоже в мастера пошёл. Вроде, получается, но не сказать, чтобы очень уж хорошо. Клиентуры мало – порастеряли, как дядя от дел отошёл. Вот и хватаются за любую работу.
– А насчёт… – намекаю я на то, чтобы за зубами инфу держали.
Но старый мент просекает такие недомолвки на раз.
– Не ссы. Всё норм. Что дядя, что племяш – проверенные! Или ты думаешь, в государстве, где сложно со свободным оборотом золота, легко живётся золотых дел мастерам? Ошибаешься, мой друг, а золото любит обходительное обращение, и суеты не приемлет. А потому, не волнуйся. Давай, двигай! Когда будешь-то? Мне ведь народ предупредить надо.