– Чаю хочешь? – Кира плюхнулась на диван, вытянула ноги.
– Нет, спасибо. – Аля уселась на стул, тронула рукой альбом с фотографиями.
Альбом был раскрыт на том самом месте, где его открывал брат.
– Ты права, я виделась с Денисом…
Не хватало только сейчас выслушивать, как брат продолжал любить Альку, несмотря на ее замужество.
– Знаю! – отрезала Кира. – Я все знаю про своего брата, говорила же уже! Я все знаю про Дениса, про тебя и…
Она чуть не выпалила «и про вашу любовь», но слово «любовь» к подруге Але не подходило. Она не любила Дениса.
Подруга посмотрела на нее, отвела глаза, снова посмотрела.
– Мне тебя очень жалко, – вздохнула Аля. – Ты совсем одна.
– Я не одна! – рявкнула Кира. Почему-то Алины слова показались оскорбительными. – Я не одна, и нечего меня жалеть! Лучше о своих проблемах подумай!
Подруга продолжала сидеть непонятно зачем, Киру это даже удивило.
– Если нужна помощь, звони, – вздохнула Аля.
Опять строит из себя сердобольную!
– Мне не нужна помощь!
– Как там следствие? Подозреваемые есть?
– Не знаю!
Аля слегка отодвинула альбом, покачалась на стуле и поднялась.
– Ладно, я пойду.
– Пока.
Кира не шевельнулась и только через несколько минут вышла в прихожую запереть дверь.
Потом она долго лежала в ванне, а сразу после этого заснула. Проснулась часа через два и больше уже не спала. Она плакала и ничего не могла с этим поделать.
«Она знает!» – стучало в мозгу. По всему выходило, что Кира знает Алину тайну, иначе не намекнула бы на Алины проблемы.
Думать об этом было так страшно, что Але пришлось посидеть в машине, чтобы успокоиться.
Хорошее настроение, радовавшее с утра, исчезло напрочь. А радоваться было чему, утром позвонила Юлька и взахлеб начала рассказывать, что Костина Девка, как выяснилось, отбывает за границу. Будет учиться в аспирантуре в Лондоне, ну и, конечно, потом там останется. Не дура же, чтобы возвращаться.
Аля сначала очень обрадовалась, а потом подступила грусть. Во-первых, очевидно, что Лондон Девке устроил Костя. Она что, семи пядей во лбу? Титан ума? Если такая умная, могла бы и здесь неплохо устроиться, а торчала в государственной конторе. Конечно, зарплаты там неплохие, но это они для руководящего состава неплохие, а для рядовых сотрудников очень даже скромненькие.
Было обидно. Получалось, что Аля обычная домохозяйка, а Девка успешная деловая женщина.
Ну а самое главное, Девка ускользала от Алиной мести. Как можно отомстить чужой женщине, Аля не представляла, но сама мысль о том, что Девка когда-нибудь ей заплатит, помогала Але пережить ужас прошедших месяцев.
Еще, конечно, смущало, что Юлька знает то, чего ей знать не стоило, и может когда-нибудь распустить язык, но тут Аля понимала, как нужно действовать.
– У тебя ведь родственница болеет? – вспомнила Аля. Юля как-то рассказывала, что то ли тетке, то ли бабке предстоит операция. Аля тогда только поморщилась – нужны ей чужие проблемы! А теперь вспомнила.
– Да, – насторожилась Юля.
– Давай встретимся, – предложила Аля. – Я хочу помочь твоей родственнице.
Встретились в кафе, как обычно, и Аля положила на стол завернутые в бумагу сто тысяч. Можно было дать и пятьдесят, для Юльки все равно сумма неплохая, но Аля никогда не мелочилась.
Подруга должна все понять правильно.
Кира вконец испортила хорошее настроение. Бог ей судья.
Зазвонил телефон, Аля полезла в сумку, ответила мужу.
– Ты где гуляешь? – шутливо спросил Костя.
Вообще-то мужу в последние дни было не до шуток. Ему было грустно, Аля хорошо это видела.
Он был грустным из-за Девки. Господи, сколько же горя принесла Але эта мерзавка! Убила бы, если бы не боялась попасть в тюрьму.
– С Кирой встречалась, – объяснила Аля. – Мне так ее жалко, она совсем одна.
– Кира это…
– Это сестра Дениса. Помнишь, я на похороны ходила?
– Может быть, ей нужны деньги?
– Конечно, нужны. Я дала сто тысяч, – вздохнула Аля. С деньгами получилось удачно. Конечно, Костя ее счета не проверяет, да у него и доступа к ним нет, но мало ли что. – Она совсем одна, получает мало. Я понимаю, сумма большая, но это из тех денег, которые папа мне на день рождения подарил. Ты не возражаешь, Костенька?
– Аленька, это твои деньги, – с небольшой заминкой ответил Костя. – Ты можешь делать с ними, что хочешь.
Сумма мужу не понравилась. Они с Костей похожи, настоящие муж и жена, ей бы тоже не понравилось, заплати Костя сто тысяч какому-нибудь дружку.
– Ты скоро приедешь?
– Скоро, – пообещала Аля. – Через полчасика.
– Лесю отпускать?
– Не надо. Ты с работы, устал. Пусть дождется меня.
– Отпущу, – решил муж. – Ты и Данила – мой отдых. Посторонние мне не нужны.
Аля убрала телефон в сумку, положила руки на руль. У нее прекрасный брак, и она никому не даст его разрушить.
30 августа, вторник
– До чего же неохота на работу, – пожаловался Павел.
Он преувеличивал, работа была важной частью его жизни. Не менее важной, чем Маша.
– Терпи, – засмеялась Маша. – Зарабатывай денежки.
Он опаздывал, торопливо ее обнял, Маша потерлась о гладкую, только что выбритую щеку.
И неожиданно почувствовала, что ненавидит Тополева. Мерзкие слова встали между ней и мужем, и она ничего не могла поделать с отвратительным чувством ненадежности всей ее отлично выстроенной жизни.
Маша заперла за мужем дверь, допила кофе и торопливо оделась. Нужно было позвонить Кире, но звонить она не стала, а спустилась вниз, поехала к подруге и позвонила уже в дверь.
Кира открыла не сразу, только после второго звонка.
– Разбудила? – виновато спросила Маша.
– Ничего, – буркнула Кира. – Заходи.
Подруга выглядела ужасно. Маше хотелось ее обнять, но она этого не сделала, Кира снова от нее отдалилась. Теперь, наверное, уже навсегда.
– Тебе Тополев оставил визитку… – начала Маша.
– Да. – Кира подошла к окну, отвернулась от подруги.
– Можно я ее сфоткаю?
– Да возьми совсем, – равнодушно бросила Кира. – Мне-то она зачем?
Ничего конкретного Маша от этой встречи не ждала, но неожиданно почувствовала себя окончательно брошенной. Совсем одинокой, несмотря на мужа, родителей, любимую тетю и еще многих людей, с которыми ей всегда было приятно видеться.
– В тумбочке посмотри, в прихожей, рядом с ключами.
Ключей в ящике не оказалось, а визитку Маша нашла.
– Я ее тебе верну.
– Да не нужна она мне! – Подруга так и стояла, глядя в окно.
Маша помялась, попрощалась и закрыла за собой дверь.
Визитку она рассмотрела, сидя в машине. Адреса на бумажном прямоугольнике не было, только название фирмы. Так же, как и на той визитке, которую Тополев сунул Маше на похоронах. Маша достала телефон, принялась искать сайт фирмы. Сайт фирма имела и контакты, к счастью, не скрывала. Физический и юридический адреса совпадали.
Улицы, указанной в контактах, Маша не знала, но навигатор показал, что находится адрес всего в двадцати минутах езды.
Доехала она даже быстрее, за восемнадцать минут. Остановилась рядом с высоким офисным зданием и принялась ждать. Вход в здание был метрах в пятнадцати за решетчатым забором. Рядом служебная стоянка. Если Тополев ездит на машине, она его точно не поймает. В здание входили и выходили, кто-то шел прямо на стоянку, кто-то проходил мимо Маши. Маша через стекло вглядывалась в мелькающие лица.
Покидать машину не хотелось, машина словно защищала ее от чего-то опасного, подстерегающего в окружающей действительности. Но Маша все-таки выбралась из удобного сиденья, захлопнула дверь, вошла на офисную территорию, поднялась на крыльцо.
Мимо проходили мужчины и женщины, на нее никто не обращал внимания.
Мужчин было заметно больше. Маша вспомнила давний разговор, бабушка тогда смеялась, недоумевая, куда деваются мужчины. Маша только поступила в институт, и родители отмечали это событие. «У нас в институтской группе было всего четыре девочки, – рассказывала бабушка, – а на работе у меня мужиков можно было по пальцам пересчитать».
Времена изменились, теперь можно по пальцам пересчитать женщин и удивляться, куда они деваются. Это действительно казалось странным, поскольку из всех Машиных подруг не работала одна Аля.
Впрочем, судя по табличкам, висевшим у входа, здесь находились фирмы преимущественно технического направления, а техника девушек не слишком привлекает.
Маша прислонилась спиной к высоким перилам, продолжая вглядываться в проходящих мужчин. Дважды вышел покурить молодой человек в белой рубашке и черных брюках, наверняка охранник. Во второй раз внимательно посмотрел на Машу, Маша отвела глаза.
Она простояла около часа, потом начала прогуливаться по дорожке, ведущей к стоянке. Территория была ухожена, вдоль дорожки росли крупные розы. Около одной вился шмель.
Маша в очередной раз развернулась у входа на стоянку и почти уперлась в грудь мужчине. Сергею Тополеву.
– Привет, – удивился он. Она не ожидала, что он ее узнает.
– Привет, – кивнула Маша и не дала ему себя обойти. – Я тебя жду.
– Чем обязан? – Глаза у него сделались насмешливые и какие-то усталые. Глаза, между прочим, были красивые, серые, под длинными черными ресницами.
– Кончай, – поморщилась Маша. – Знаешь, чем обязан.
Он вздохнул, тронул ее за руку и предложил:
– Я иду обедать. Приглашаю. Ресторан рядом, и неплохой.
– У вас нет столовой? – Маша кивнула на здание.
Тополев странно на нее действовал, она становилась несчастной перепуганной студенткой рядом со строгим преподавателем и от этого очень на себя злилась.
– Столовая есть, – объяснил он, – но я предпочитаю ресторан.
И снова потянул Машу за руку, она послушно пошла рядом.
Ресторан действительно был совсем близко, в соседнем здании. Тополев провел ее через стоянку, срезав путь, открыл перед ней дверь, подвинул стул у столика в углу.