10. Сифор’ же и Иузан не пошли в город, но остались там на весь день и ночь. И явился им Фома и сказал: Я не здесь; зачем же вы сидите, наблюдая? Ибо вознесся я и обрел все, на что надеялся. Итак, встаньте и идите, и скоро вы пребудете вместе со мной. А Масдей и Харисий, сколько не принуждали Тертию и Мигдонию, не могли заставить их отказаться от своей веры. И Фома явился женщинам и сказал: Да не забудете то, что прежде всего, ибо святой и праведный Иисус поможет вам. И когда те, кто был с Масдеем и Харисием, не убедили их отречься, то оставили их жить по своей воле. И все братья собрались вместе. Ибо блаженный апостол, когда вели его на смерть, рукоположил в горах Сифора пресвитером, а Иузана диаконом. И Господь помогал им, и через них верой преисполнились (братья).
И. По прошествии долгого времени случилось так, что один из сыновей Масдея стал одержим нечистым духом, и был этот дух столь упорен, что никак не могли изгнать его. Масдей же, подумав, сказал: Я пойду и открою гробницу, возьму кость от тела апостола, дотронусь ею до моего сына, и будет он исцелен. И отправился он сделать задуманное. А блаженный апостол явился ему и сказал: Живому ты не верил мне, почему же теперь веришь мертвому? Но не бойся, ибо милостив к тебе Иисус Христос из-за великого Своего милосердия. Масдей же, когда не нашел костей, ибо перенес их один из братьев', взял горстку пыли из того места, где покоились кости, коснулся ею сына своего и произнес: Верую в Тебя, Иисусе, ныне, когда покинул меня тот, кто не дает людям видеть Свет Разума Твоего145146, о Владыка всемилостивый. Исцелив таким образом своей) сына, он присоединился к остальным братьям, повинующимся Сифору, и призвал их молиться за него, дабы получил он милость Господа нашего Иисуса Христа, чья слава пребудет во веки веков. Аминь
Глава IX
ПИСАНИЯ И ДЕЯНИЯ АПОСТОЛА ФИЛИППА
Апостол Филипп — герой многочисленных апокрифических сказаний. Как уже рассказывалось выше, он — один из немногих учеников Иисуса (помимо главных героев повествования — Петра и Павла) действует и проповедует в канонических Деяниях апостолов. О его призвании говорится в Евангелии от Иоанна (1:43—45). Иисус призывает Филиппа следовать за ним сразу после Андрея и Петра. Филипп, согласно этому Евангелию, происходил из Вифсаиды, выходцами оттуда были также Петр и Андрей. Филипп в свою очередь приводит к Иисусу некоего Нафанаила, о котором нет упоминаний в первых трех Евангелиях. Имя Филипп — греческое. Интересно, что этот апостол мог происходить из того же города, что и Андрей, также взявший греческое имя-прозвише. Именем Филипп звали двух сыновей царя Ирода, возможно, это повлияло и на выбор имени будущего апостола, а может быть, греческое влияние было достаточно сильно именно в том районе, откуда происходили три ученика Иисуса, двое из которых предпочли носить греческие имена.
С именем Филиппа связано одно из гностических Евангелий, найденных в Наг-Хаммади в Египте’. Оно также представляет собой перевод с недошедшего до нас греческого текса на коптский язык. Это Евангелие меньше связано с новозаветной традицией, чем Евангелие от Фомы, хотя автор его знал ее. Одна из главных идей Евангелия от Филиппа — мир был создан не Богом, а архонтами — властями, т.е. низшими силами, которые «пожелали обмануть человека», но Святой дух вложил в созданное ими (прежде всего, в избранных людей) частицу Истины. Евангелие от Филиппа по существу отрицает воскресение мертвых во плоти, ибо плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия. Воскресение Иисуса — это воскресение Логоса (Его «плоти») и Духа святого (Его «крови»). Главным способом постижения истины в этом Евангелии выступает мистическое познание — гносис, своего рода откровение, которое человек получает из глубин своего сознания. Важно типичное для гностиков противопоставление духа, заложенного в человеке, «презренному» телу, что приводило к требованию аскетизма во многих гностических группах. Требование это нашло свое отражение и в апокрифических писаниях.
Особенностью этого Евангелия было провозглашение спасения только для избранных, которым доступен гносис. Как сказано в Евангелии от Филиппа, есть люди, которые много ходят, но никуда не приходят, они сравниваются с ослом, который ходит вокруг жернова, а когда его отвязывают, он находится все на том же месте (стих 52). Такие люди не способны ничего увидеть.
Автор Евангелия от Филиппа знает новозаветное учение о непорочном зачатии, но не признает его. В этом Евангелии не отрицается прямо обряд крещения, но этот обряд не является таинством: в Евангелии от Филиппа говорится: «Если некто опускается в воду, и выходит оттуда, ничего не получив, (и) говорит: Я — христианин, он взял имя в долг. Но если он получил Дух святой, он получил в качестве дара имя...» (стих 58). Таким образом, сам акт крещения еще не делает человека христианином.
Евангелие от Филиппа — сложное произведение, требующее расшифровки: в одном из речений сказано, что «Истина не пришла в мир обнаженной, но она пришла в символах и образах» (стих 67). Это писание заслуживает особого рассмотрения, но связь между этим Евангелием и рассказами о судьбе Филиппа менее заметна, чем связь между гностическим учением и Деяниями Фомы. Поэтому здесь мы ограничимся только беглой характеристикой Евангелия от Филиппа, хотя оно было известно за пределами собственно гностических групп, однако именно в силу своей сложности большого влияния не оказало.
Деяния Филиппа представляют собой отдельные рассказы о путешествиях Филиппа в разные области и совершенных там чудесах. Большинство деяний создано было на греческом языке. Исключение составляют деяния Филиппа в Карфагене, дошедшие только на сирийском языке. Возможно, их перевода на греческий язык вообще не было147.
Деяния Филиппа были созданы достаточно поздно, вероятнее всего в IV веке, хотя не исключено, что они были в то время переработаны и отредактированы, а в основе рассказов об этом апостоле лежит более ранняя традиция, восходящая ко второму веку. Эта точка зрения, обоснованная, в частности, А.П. Скогоревым, кажется мне достаточно убедительной, поскольку в этих деяниях прослеживается жесткое противостояние сторонников иудаизма и христианства, характерное именно для времени второй половины II века.
В Деяниях Филиппа рассказывается о совершенных им чудесах, воскрешениях, исцелениях, а также наказании его противников. Поскольку рассказ о деяниях Филиппа в Карфагене стоит особняком среди других историй, связанных с именем этого апостола, остановимся сначала на этОлМ апокрифе.
Карфаген, некогда разрушенный во 11 веке до н. э. римлянами после побед в Пунических войнах, был затем отстроен и превращен в римский город, который стал центром провинции Африка. Население города было этнически неоднородным, кроме римлян, там могли находиться ливийцы, нумидийцы, евреи, переселившиеся из Палестины. В 111 веке там существовала значительная христианская община, испытавшая гонения при императорах Деции (III век) и Диоклетиане (рубеж 1П и IV веков; во время последних гонений погиб глава карфагенских христиан епископ Киприан). Стремление показать христианизацию этого крупного города апостолом Филиппом было, по-видимому, одной из главных целей создания апокрифа.
Полное название деяний в Карфагене: «История Филиппа, апостола и Евангелиста». То. что Филипп назван Евангелистом, указывает на известность Евангелия от Филиппа создателям рассказа о пребывании апостола в Карфагене, хотя прямого влияния этого Евангелия незаметно. Рассказ этот начинается с того, что Филиппу является Иисус и отправляет его в Карфаген. Традиционного сюжета о жребии между апостолами для распределения между ними областей здесь нет. Филипп получает своего рода индивидуальное задание от Иисуса уничтожить в Карфагене правителя-Сатану. Сам образ сатанинского правителя города необычен. В других апокрифах, в том числе и в других историях Филиппа, некоторые правители поддерживают апостола, другие действуют по наущению дьявола или демонов, но не отождествляются с Сатаной. В своем предисловии к деяниям Филиппа А.П. Скогорев выдвигает предположение, что под правителем Карфагена подразумевается император Адриан, которого христиане считали своим врагом. Такая трактовка возможна: после подавления восстания Бар Кохбы Адриан начал преследования иудеев, с которыми он мог отождествлять и христиан. На месте Иерусалима была основана римская колония Элия Капитолина (Элий было родовым именем Адриана). После изгнания из Карфагена сатанинский правитель вместе со своими легионами переносит свой трон в Вавилон, город, который со времени Апокалипсиса Иоанна служил символом Рима; его гибель предрекал автор Апокалипсиса».
Дальнейшая история Филиппа развивается следующим образом: Филипп сомневается, сможет ли он проповедовать христианство в Карфагене, так как он не знает ни греческого, ни латинского языков, на которых говорили жители Карфагена, а только арамейский. На что Иисус ему отвечает, что Он всесилен и сделает так, что Филиппа будут понимать. Ситуация с исторической точки зрения мало вероятная: бытовой греческий язык знали многие в Палестине, а само имя апостола указывает на его связь с греческой традицией. Только сельское население не владело греческим, хотя оно пользовалось названиями распространенных в Палестине разных греческих изделий148149. По-видимому, создатели апокрифа хотели подчеркнуть связь Филиппа именно с арамейской средой (сирийский язык развился из арамейского), а также показать очередное чудо Иисуса.
Филипп отправляется в путешествие и садится на корабль в Кесарии Палестинской. Нужно отметить, что географически путь Филиппа описан достаточно точно: это тоже одна из особенностей апокрифических деяний, за исключением тех, которые происходят в сознательно выдуманных фантастических странах, как, например, в городе людоедов. Подлинность места действия как бы создает реальный фон, призванный повлиять на восприятие читателями и самого сюжета. На корабль Филипп садится без всякой поклажи и объясняет капитану (навар-ху), что у него ничего нет, кроме Иисуса Мессии. Тем самым подчеркивается отказ апостола от всех мирских ценностей. На корабле происходит важная для сюжета встреча Филиппа с иудеем Хананием. Это имя могло значить достаточно много для читателей апокрифа. Во II веке среди иудейских учителей и книжников достаточно часто встречалось имя Ханании. Возможно, речь идет о конкретном человеке, известном по еврейским источникам. Правда, он выступал против христиан, но особенно активно полемизировал с фарисеями, что перекликалось с антифарисейскими высказываниями Иисуса в Новом Завете